Блог Жёлтый мяч

Энди Маррей: «Из-за брата я мог остаться без пальца»

Энди Маррей стал гостем программы «In Depth», ведущим которой является известный американский журналист Грэм Бенсингер.

Передача очень популярна в США. В программу к Бенсингеру приходят самые знаменитые спортсмены. Из теннисистов в гостях у Грэма бывали сестры Уильямс.

Портал «Желтый мяч» предлагает вам эксклюзивный перевод тех частей программы, что были выложены в открытом доступе. Энди Маррей о весьма напряженных отношениях с братом, массовом убийстве в родной школе, сравнении с Леброном Джеймсом и о том, как допинг-тест едва не лишил его встречи с принцем Уильямом.

В таком возрасте все происходящее понимается по-другому. Возвращаясь к тем временам, тебя удивило, как город справился с трагедией? (местные жители добились ужесточения контроля над продажей оружия – прим. автора).

— Да, я восхищен тем, как в Данблейне смогли пережить эти события. Я горжусь городом, в котором я вырос, стараюсь приезжать туда как можно чаще. После побед на Олимпиаде и US Open я возвращался в Данблейн, чтобы разделить свою радость с жителями.

Там живет моя семья. Мои бабушка с дедушкой прожили там где-то 40-50 лет. Мама провела всю свою жизнь в Данблейне, а мой папа и сейчас живет в этом городе. Поэтому я стараюсь приезжать туда как можно чаще.

Несколько лет назад ты говорил, что начал интересоваться событиями, произошедшими в то время, искать различные факты. Почему это для тебя так важно?

— Я думаю, что это было бы важным для каждого. Это нечто личное. Я по-другому представлял те события, поэтому хотел разобраться в них, прояснить «темные пятна» в своей памяти. Я не люблю возвращаться к тем временам, обсуждать их.

— Ты добился невероятного успеха в теннисе. Насколько важно для тебя представлять Данблейн миру в положительном свете?

— Я рад, что могу сделать что-то полезное для города. Когда я вернулся туда после победы на US Open, провел в Данблейне много времени, встретился с учителями, друзьями. Я смог сделать что-то, чтобы они мной гордились.

— Когда ты возвращался в Данблейн впервые после победы и видел заполненные людьми улицы, насколько волнующим был момент?

— Я тогда был приятно удивлен, поскольку не знал, сколько людей соберется, придет ли вообще кто-нибудь. Конечно, момент был волнующим, такого у меня не было ранее. Я встретил многих знакомых: друзья детства, учителя, первые тренеры. Когда я проходил по главной улице, я вспомнил свое детство, как шел этим путем в школу. Тогда мне казалось, что это очень длинная нескончаемая дорога.

«Брат всегда был лучше меня»

— Твоим первым тренером была мама, которая, наверное, года в два уже вложила ракетку в твою руку. Чему ты научился у нее?

— Прежде всего, мама старалась, чтобы я и мой брат получали от игры удовольствие. Я часто встречал примеры давления родителей на детей. Я всем говорю, что дети должны наслаждаться игрой. Им нужно дать возможность самим принимать решение, хотят они играть в теннис или нет. Когда мы с братом играли, мама не оказывала никакого давления, она постоянно улыбалась, придумывала что-то веселое.

Она никогда не заставляла нас играть в теннис. Было время, когда я отвлекался на футбол, а мой брат увлекся гольфом. Мама всегда нас поддерживала.

— В своей биографии ты говоришь, что обязан стольким успехам тому, что в детстве брат всегда был лучше тебя. Как это повлияло на твою карьеру?

— Мой брат старше на 15 месяцев, и в любом виде спорта мы постоянно играли вместе. Он всегда был немного сильнее меня. Я постоянно ему проигрывал и старался стать лучше. Я научился совершенствоваться, всегда хотеть чего-то большего. Я очень много ему проигрывал, поэтому жажда к победам у меня появилась еще в раннем возрасте.

— Расскажи, когда тебе впервые удалось у него выиграть?

— О, я хорошо помню этот момент. На одном из юношеских турниров мы играли друг против друга, и я впервые выиграл у него. Со злости брат ударил меня по пальцу после игры. Тогда у меня слез ноготь, я даже мог остаться без пальца. Ноготь и сейчас у меня не отрастает, поэтому воспоминания моей первой победы над братом я вижу каждый день.

«Я – теннисный Леброн Джеймс»

— Уимблдон 2012 года. Ты произнес эмоциональную финальную речь после поражения от Роджера Федерера. Чем были вызваны такие сильные эмоции?

— Для этого было много причин. Я был первым за 76 лет британцем в финале. Мне постоянно напоминали об этом факте на пресс-конференциях, и это не шутка. На каждой пресс-конференции перед турниром.

— В Штатах были удивлены таким поведением. Они этого не понимают. У них нет таких событий, которые бы сравнились по накалу и историческому значению с Уимблдоном для нас. Верно?

—  Да, наверное, это так. Когда меня спрашивают об этом американские журналисты, я привожу в пример Леброна Джеймса. Он всегда был лучшим, но не выигрывал титула чемпиона НБА.

— Им было бы легче понять, если бы Леброн был единственным, на кого вся страна возлагает надежду.

— Просто это был лучший пример из всех, чтобы объяснить людям причину моего разочарования. Во время Уимблдона невероятное давление оказывается не только на меня, но и на всех британцев. А играть в финале особенно тяжело. Мне было трудно с эмоциональной точки зрения проиграть тот матч Роджеру в 2012 году.

— Тогда ты сказал, что тебе снилась победа на Уимблдоне. Это тоже повлияло на твои эмоции?

— Хах, в какой-то мере. Но я быстро справился с эмоциями, поскольку впереди были Олимпийские Игры, и мне выпала честь представлять свою страну на этом крупном турнире.

Не забудьте нам поставить плюс за работу и подписаться. Можно подписаться на нас и вк:). 

Полное интервью доступно по ссылке. 

Автор перевода — Виталий Беднарский.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья