22 мин.

Почему Берлин разделился стеной – и вместе с жизнью разделил немецкий футбол

Денис Пузырев о главном шраме на теле Европы.

Разделенные города – одна из ярких и зловещих примет XX века. Иерусалим, Бейрут, Никосия, Белфаст разделялись на зоны, жители которых не посещали свободно другую часть города. Где-то ограничивались контрольно-пропускными пунктами, а где-то возводили длинные стены, превращая единую среду в две разных. И самый знаменитый пример такого разделения – Берлинская стена. Она простояла 28 лет и стала символом холодной войны и противоборства двух социально-политических систем.

А окунуться в чемпионат Европы помогает «Кинопоиск» − там покажут матчи турнира в эфире «Матч ТВ»

Германия не должна была разделиться на ФРГ и ГДР. Все изменилось после денежной реформы

Еще до окончания Второй мировой войны, в феврале 1945-го, лидеры стран Антигитлеровской коалиции – СССР, Великобритания и США – договорились о разделе Германии после победы на оккупационные зоны. В каждой из четырех зон (к странам коалиции добавлялась Франция) планировались оккупационные войска стран-победительниц . Англии достался северо-запад с промышленным Рурским регионом и Гамбургом, США – юг с Баварией и Гессеном, Франции – запад с частью Бадена и землей вдоль Рейна, а СССР – пять земель на востоке страны. Столица Германии Берлин, оказавший в советской зоне оккупации, получил особый статус и  разделился на четыре неравные оккупационные зоны.

Изначально не планировалось, что Германия разделится на две разных страны – только будет уничтожена ее военная промышленность, ликвидированы все общественные институты и организации времен нацизма, сформированы демократические органы власти. После чего страна заживет самостоятельно с экономикой, ориентированной на сельское хозяйство и производство товаров для внутреннего потребления.

Само по себе создание зон не ограничивало свободу перемещения для жителей Германии. Однако уже вскоре после окончания войны отношения между странами-победительницами начали портиться. Обострение, предопределившее раскол Германии, произошло летом 1948 года. Вначале СССР отверг предложенный США «план Маршалла» – американцы выделили 13 млрд на восстановление разрушенных войной экономик стран Европы. Возврата денег не требовали, но хотели согласовывать все траты. Западные страны в ответ отказались от плана Сталина, который предполагал всеобщие выборы и формирование единого правительства Германии. В Лондоне и Вашингтоне не без оснований считали, что в случае проведения выборов значительное число мест в правительстве получат коммунисты, после чего под контроль СССР перейдет вся Германия, а не только ее восточная часть.

Начало расколу положила денежная реформа, проведенная в западных зонах. После войны там заморозили зарплаты и цены на ключевые продукты питания. Была введена карточная система. Но на практике эти меры привели к возникновению в стране огромного черного рынка и скрытой инфляции – на руках у населения оставались большие сбережения в рейхсмарках, поэтому цены официальных магазинах (в которых практически ничего не было) и на рынке различались в 30 раз.

Чтобы разрешить ситуацию, в США напечатали новые деньги – немецкие марки – и организовали обмен старых рейхсмарок по курсу 1:1, но только в количестве не более 60 марок на человека. Все выше обменивалось уже по курсу 1:10 (то есть за 10 рейхсмарок давали 1 новую). Таким образом из экономики изъяли 145 млрд старых марок и ввели вместо них 13,2 млрд новых.

Обмен денег проходил и в Западном Берлине. Но с особенностью: если в западной части все товары приобретались только за новые деньги, то в восточной принимали и старые рейхсмарки. Жители 2,5-миллионного Западного Берлина устремились в восточную часть города, скупая все, что попадало под руку за обесценивавшиеся деньги.

Берлин пережил годовую блокаду. Спас воздушный мост

Советские власти отреагировали на ситуацию введением блокады Берлина – город закрылся на въезд по железным и автомобильным дорогам, а также речным транспортом. Единственным способом попасть в Берлин из западных зон оккупации стал авиатранспорт – через аэропорт Темпельхоф в черте города. Так советская администрация стремилась не допустить в город приток старых денег и скачок инфляции.

Для снабжения жителей Западного Берлина товарами, продовольствием и медикаментами американцы вместе с англичанами организовали воздушный мост. Это были два воздушных односторонних коридора из Франкфурта и Гамбурга, в которых самолеты занимали сразу пять уровней. Самолеты со всем необходимым приземлялись в аэропорте Тимпельхоф и возведенном за 90 дней новом аэропорте Тегель каждые три минуты.

Полчаса на разгрузку, и они улетали назад по третьему воздушному коридору в Ганновер. В операции задействованы 543 самолета. 15 апреля 1949 года был поставлен рекорд: 1 398 рейсов и 12 849 тонн грузов за 24 часа. Помимо продовольствия (сухое молоко, порошковое картофельное пюре и мука) на самолетах доставлялся уголь для отопления и производства электроэнергии, а также бензин, медикаменты и другие необходимые городу предметы.

Блокада завершилась в мае 1949-го. Раскол Германии оформился официально. В западной зоне появилась Федеративная Республика Германия (ФРГ), а в восточной – Германская Демократическая Республика (ГДР). Граница ФРГ и ГДР начала укрепляться, хотя вплоть до 1952 года относительно свободно пропускала людей – за три года в ФРГ перебрались около 700 тысяч жителей Восточной Германии.

Но оставалась проблема Западного Берлина из-за особого правового статуса города. Согласно решениям Ялтинской конференции, бывшая столица Германии  не была частью какой бы то ни было страны. То есть после официального образования ФРГ Западный Берлин не стал ее частью. Даже несмотря на то, что в Западном Берлине ходила марка ФРГ и действовали западногерманские законы. Восточный Берлин, ставший в начале 1950-х де-факто столицей ГДР, вплоть до 1967 года сохранял особый статус: при поездках в Берлин с территории ГДР стоял паспортный контроль, как при выезде за границу.

ГДР фактически заблокировала внешние границы с Западным Берлином – в  ФРГ ввели только поезда без остановок и транзитные автотрассы с запретом на длительные остановки – только на АЗС, где все сотрудники были внештатными агентами восточногерманской разведки Штази.

Но заблокировать границу между секторами внутри самого Берлина власти ГДР не могли. Ежедневно десятки тысяч человек переходили из советского сектора Берлина в западный и наоборот. На момент раздела Германии 122 тысячи жителей Западного Берлина работали в восточном секторе, а 76 тысяч восточных берлинцев – на западе. С введением новых валют власти организовали систему обмена: заработанные в чужом секторе деньги менялись на имевшие хождение в своем, хотя официально ФРГ и ГДР не признавали валюту друг друга.

Жители Берлина постепенно приспосабливались к жизни в городе, на территории которого одновременно функционировали две диаметрально противоположных экономических системы. В Восточном Берлине жители имели бесплатное образование и медицинское обслуживание. В Западном – более высокие зарплаты. И хотя власти Восточного Берлина ужесточали правила для посещения западных секторов – например, вводили ограничения при трудоустройстве, лимиты для обмена восточных марок на западные и наоборот, – реально повлиять на миграцию между секторами они не могли.

Чемпионат ГДР возник как реакция на побег футболистов на запад

Одна из причин, по которой жители Восточного Берлина регулярно посещали Западный – футбол. Берлин был одним из первых центров, где появилась игра, а столичная «Германия 1888» (сейчас выступает в 8-м дивизионе) – старейший немецкий футбольный клуб. 26 из 80 клубов-основателей Футбольной Ассоциации Германии (DFB) представляли Берлин.

Исторически сложилось, что большинство ведущих берлинских клубов располагались в западной части города: «Герта», «Виктория», «Теннис-Боруссия», «Блау Вайс». Их поддерживали болельщики и из восточных районов города. Так вышло во многом из-за формулы розыгрыша чемпионатов Германии до отделения восточных клубов в 1950-м и образования Бундеслиги в 1963-м.

Все участники первенств в высшем дивизионе разделялись по региональному принципу. Вначале команды выявляли сильнейших в своей региональной Оберлиге (при нацистах переименованы в Гаулиги), после чего победители региональных чемпионатов сходились в финальной пульке. Клубы из столицы соревновались в Оберлиге Берлин-Бранденбург. До начала 1930-х берлинцы считались мощной силой, выиграв пять национальных титулов – по два раза «Герта» и «Виктория» и один раз «Унион». Однако в 1930-х на первые роли вышли клубы из других немецких регионов, в частности, из индустриального Рура. В годы правления нацистов доминировал «Шальке» – 6 побед из 11.

Во время проведения финальной стадии симпатии болельщиков сосредотачивались вокруг клуба, который представлял на общегерманском уровне их регион. Берлин на этой стадии чаще всего представляла «Герта» из района Гезундбруннен, который после разделения города на сектора оказался в французской зоне, но граничил с районом Панков в советской зоне. Это позволяло «Герте» позиционировать себя как клуб всех берлинцев вне зависимости от привязки к району.

После окончания войны розыгрыш чемпионата Германии возобновился практически сразу – в 1945-м и по прежней формуле. Клубы из советской зоны (которая позже станет ГДР) не участвовали в турнире, но в Берлине проводились игры столичной Оберлиги, в которой участвовали команды и с востока, и с запада города. Западные продолжали доминировать, хотя в сезоне 1947/48 региональное первенство выиграл восточно-берлинский «Унион». Эта победа подарила им плей-офф, который закончился для берлинцев в первом же матче – в четвертьфинале, который проводился на Олимпийском стадионе в присутствии 70 тысяч зрителей, «Унион» отлетел от «Санкт-Паули» со счетом 0:7.

В 1950-м берлинский футбол оказался окончательно разделен. Власти только что образованной ГДР решили это после двух инцидентов. 

Первый. «Унион» занял второе место в берлинской Оберлиге, которое вновь давало ему место в плей-офф. Только в этот раз матч 1/8 финала против «Гамбурга» проходил не в Берлине, а на выезде в западногерманском Киле. Администрация Восточного Берлина не выдала футболистам «Униона» разрешения на выезд, и те просто перешли в Западный Берлин и уехали в Киль сами.  Проиграв там (опять 0:7), они остались в Западном Берлине и  учредили новый клуб «Унион-06». Часть игроков клуба не поехали в Киль и в дальнейшем продолжили выступления в чемпионате ГДР. Клуб не имел особых успехов: в 1968-м выиграли Кубок ГДР, но большую часть сезонов проводил в низших дивизионах восточногерманского футбола.

Второй – побег футболистов и тренеров клуба «Фридрихштадт» из Дрездена. Он был участником первого чемпионата ГДР по футболу в сезоне 1949/50. Титул разыгрывался в финальном матче, в котором «Фридрихштадту» противостоял «Хорьх» из Цвиккау. Матч вышел скандальным – по мнению болельщиков из Дрездена, судья не реагировал на грубость «Хорьха». В итоге «Фридрихштадт» заканчивал матч с семью полевыми игроками и проиграл 1:5. Игра несколько раз прерывалась из-за прорыва фанатов на поле. Наведением порядка на стадионе занималась конная полиция. После завершения игры руководители лиги обвинили игроков «Фридрихштадта» в подстрекательстве и расформировали клуб. Большинство игроков вместе с тренерским штабом после этого сбежали в Западный Берлин, где их приняла на работу «Герта».

После этого клубы из ФРГ и ГДР встречались между собой только в еврокубках. А команды из разных частей Берлина и вовсе были лишены дерби вплоть до объединения Германии в 1990-м.

До строительства стены из ГДР уехали 20% населения

В разделенной Германии Берлин с его особым статусом продолжал оставаться главным источником внутриполитической нестабильности. За 12 лет с провозглашения ГДР страну покинули 3,5 миллиона человек – 20% населения страны. И 90% из них использовали для отъезда Берлин. Ситуация становилась критической. Основную массу мигрантов составляли молодые люди с образованием и востребованными профессиями. Число трудоспособного населения в ГДР снизилось более чем на 10%. Особенно тяжелыми были потери среди специалистов: инженеров, техников, врачей, учителей, юристов и квалифицированных рабочих. Прямые потери для экономики Восточной Германии из-за массовой эмиграции оценивались в 7-9 миллиардов долларов.

Единственный плюс ситуации для руководителей Восточного блока благодаря столь массовому выезду на запад граждан ГДР они наводняли ФРГ и прочие страны Западной Европы армией собственных агентов.

Ситуация обострялась. В конце 1950-х впервые заговорили о вероятности ядерного конфликта между Востоком и Западом. СССР предлагал партнерам по антигитлеровской коалиции вывести войска из Берлина и сделать его нейтральным демилитаризованным городом, указывая, что это было прописано в Ялтинских, а позднее и Потсдамских соглашениях. Запад отказывался с аргументом, что в договорах не четко прописаны сроки и условия вывода войск. С экономической точки зрения существование Западного Берлина приносило западным союзникам одни убытки – двухмиллионный город жил исключительно на дотации. Однако в условиях Холодной войны он рассматривался как символ,, поэтому отдать его нельзя по политическим причинам.

Инициатором строительства стены вокруг Западного Берлина был лидер ГДР Вальтер Ульбрехт. Глава СССР Никита Хрущев не радовался плану, но идей получше у него тоже не было. 12 августа 1961 года Ульбрехт подписал приказ о строительстве Берлинской стены.

Бетонные блоки, полоса смерти, противотанковые ежи, овчарки и стрельба на поражение

Иногда говорят, что Берлинскую стену возвели за один день. На самом деле это не так. В первый день, 13 августа, весь периметр Западного Берлина – 155 км, из которых 43,1 км проходили в городской черте – был обнесен колючей проволокой, вдоль которой выставлены вооруженные посты. Бетонные блоки высотой от 2 до 3,5 метров начали устанавливать спустя четыре дня. Вообще, стена модернизировалась и перестраивалась на протяжении 20 лет – последние работы завершились в начале 1980-х. Все это происходило вдоль границы советской зоны на территории Восточного Берлина, поэтому у войск и полиции Западного Берлина не было формального повода вмешиваться.

В первые дни строительства стены у жителей Восточного Берлина еще были возможности для побега – многие дома прилегали к новой границе. Вход в подъезд был в Восточном Берлине, а окна выходили на Западный. Но вскоре солдаты армии ГДР начали закладывать выходящие на Запад окна кирпичами, а впоследствии такие дома расселялись.

На самом деле Берлинских стен было две – внутренняя и внешняя. Между ними располагался участок земли шириной от 30 до 150 метров, прозванный «полосой смерти». Чтобы сбежать из Восточного Берлина, недостаточно просто перелезть через стену. Сразу за внутренней стеной начинался участок – металлическая сетка с колючей проволокой, оборудованная бесшумной сигнализацией. После металлической сетки шли ряды противотанковых ежей или «сталинский газон» – полотно, усеянное металлическими шипами для тех, кто попытается прорваться через стену на автомобиле.

После этих препятствия была дорога, по которой передвигались патрули на мотоциклах, а также пограничники с немецкими овчарками. Сразу за дорогой начиналась следовая полоса из песка, а за ней – Внешняя стена, граничащая непосредственно с Западным Берлином. Каждые 200 метров располагались сторожевые вышки, на которых дежурили пограничники из ГДР с приказом стрелять на поражение в любого, кто попытается сбежать. Чтобы не допустить сговор с пограничниками, напарников по дежурству называли в последний момент

Для пересечения границы внутри Берлина оставили 9 пограничных переходов. Жители западных стран должны были оформлять визу для въезда в Восточный Берлин, в которой могли отказать без объяснения причин. Для граждан ГДР посещение Западного Берлина и ФРГ еще сложнее: разрешение на выезд давали для визита родственников при наличии важного повода, типа похорон или свадеб, а также тем, чья работа связана с поездками за рубеж – например, дальнобойщикам. Также выпускали пенсионеров старше 65 лет.

Отдельная проблема  – разделение городских коммуникаций. Часть линий берлинского метро проходила по обоим секторам. Причем линии располагались так: начинаясь в Западном Берлине,проходили участок в Восточном, а затем опять уходили на Запад. Из-за этого такие восточные станции стали «призраками» – поезда метро шли через них без остановок, а на платформах дежурила полиция ГДР. Похожим образом поступили и с линиями трамваев. А вот разделить канализацию так и не смогли – она осталась общей.

С западной стороны стену никто не охранял, и она превратилась в площадку для граффити. Хотя рисовать на стене небезопасно: формально она и земля непосредственно перед ней принадлежали территории Восточного Берлина, поэтому были случаи, когда художников задерживали пограничники ГДР – через скрытые двери в стене для подобных случаев. Правда, никаких серьезных последствий для нарушителей за этим не следовало.

Совсем другое отношение – к тем, кто пытался выбраться из-за стены с Восточной стороны. Люди рыли тоннели, перелетали на планерах и воздушных шарах, таранили шлагбаумы на КПП, укрывались в двойных днищах автомобилей. За годы существования стены совершены 5075 успешных побегов в Западный Берлин. Но многие погибали, пытаясь перебраться на Запад. Точных данных о числе погибших нет – официально подтверждены 192 таких случая (включая 8 пограничников ГДР, застреленных беглецами). По неофициальным данным, число погибших могло достигать 1245 человек. Еще 3 тысячи человек арестованы за попытку побега.

Было движение и в обратном направлении – около 400 человек задержаны за попытку несанкционированно проникнуть в Восточный Берлин. В основном это пьяные выходки: стена с западной стороны не охранялась, и достаточно приставить к ней лестницу, чтобы перебраться на другую сторону. Таких нарушителей задерживали пограничники ГДР, допрашивали и выдворяли обратно в Западный Берлин.

В Западный Берлин не хотели ехать футболисты. Зато он стал центром контркультуры и искусства

Для западных берлинцев появление стены тоже оборачивалось проблемами. К моменту ее возведения 12 тысяч жителей Западного Берлина продолжали работать в Восточном. Большинство из них – железнодорожники, но еще и ученые, врачи, учителя, практически полный состав исполнителей Немецкой национальной оперы, здание которой находилось на проспекте Унтер-ден-Линден в восточной части Берлина. Перед всеми ними возникла альтернатива: либо остаться без работы, либо переселиться в Восточный Берлин. Большинство выбрали первый вариант.

Для флагмана берлинского футбола «Герты» строительство стены означало существенное падение доходов. В начале 1960-х немецкие клубы зарабатывали главным образом продажами билетов на игры. После появления стены «Герта» лишилась значительной части фанбазы.

До образования Бундеслиги в 1963-м Оберлига Берлин считалась самой слабой региональной лигой. Когда формировали состав первого национального первенства, для столичных клубов отвели всего лишь одно место. Для сравнения: Оберлиги Запад и Юг делегировали в Бундеслигу по 5 команд, Оберлига Север – три, Юго-Запад – две.

Отбор участников первого розыгрыша Бундеслиги проходил по довольно непростой системе. Учитывались результаты клубов в региональных лигах за последние 10 сезонов по формуле «первое место – 16 очков, 16-е – 1 очко». При этом баллы, набранные в сезонах с 1952-го по 1955-й, учитывались один раз, с 1955-го по 1959-й – удваивались, а с 1959-го по 1963-й – утраивались. За выступление в финальной группе и достижения в Кубке Германии предусматривались бонусы.

По этой системе участником Бундеслиги от Берлина стала «Герта», хотя если складывать все заработанные очки за послевоенный период в региональной Оберлиге, она была бы только пятой, а по количеству титулов уступала «Теннис-Боруссии». Однако у «Герты» оказались лучше выступления в последних перед формированием Бундеслиги сезонах, что принесло ей более весомые очки при подсчете.

В Бундеслиге «Герта» задержалась ненадолго. По итогам сезона 1964/65 она была исключена из высшего дивизиона, хотя заняла третье место с конца и сохранила прописку по спортивному принципу. Однако проведенное Бундеслигой расследование показало, что «Герта» нарушала правила потолка зарплат, доплачивая ведущим игрокам из черной кассы. И это тоже из-за статуса Западного Берлина – руководители клуба доплачивали хорошим игрокам, чтобы те соглашались у них играть. Никто не горел желанием жить в городе, окруженном стеной и колючей проволокой, куда в любой момент могли войти советские танки.

И такая ситуация была во многих сферах жизни Западного Берлина – многие покидали город, где уничтожены промышленные предприятия и нет перспектив карьерного роста. И вообще небезопасно. Зато город стал центром притяжения для молодой богемы: художников, артистов, музыкантов, радикальных политических активистов и просто маргиналов. В Западном Берлине появилось множество пустующих домов. Их захватывали, преобразуя в художественные центры или просто сквоты для жилья.

«Не все знают, что Берлин – очень специальное место. Мало детей, мало людей средних лет. В основном молодежь и старики, а между ними почти никого. И активное музыкальное движение. Прямо волшебная страна. Целый заброшенный город, – описывал Западный Берлин американский музыкант Игги Поп, поселившийся в городе в конце 1970-х. – Когда немцы проиграли войну и пришли русские, вся промышленность исчезла практически за одну ночь. Остался целый город прекрасных заводских строений. Гигантские лофты, построенные в двадцатые-тридцатые годы. Много свободного места. Законы здесь попустительские, все вежливые: «Да, сэр – нет, сэр». Не то чтоб им совсем наплевать на торговлю наркотой – просто людям не мешают оттягиваться».

Кроме Игги Попа в Западном Берлине поселились Дэвид Боуи и Ник Кейв. В городе возникла уникальная рок-сцена. Среди самых громких имен – крестная мать немецкого панка Нина Хаген, сбежавшая перед этим из ГДР, индастриал-авангардисты Einstürzende Neubauten, электронщики Tangerine Dream. В корпусах опустевших заводов возникали подпольные танцевальные клубы.

Тогда же, в 1970-х, по обе стороны стены возникала и футбольная фанатская субкультура. В эти годы зародилась дружба между фанатскими объединениями «Герты» и «Униона». Болельщики из Западного Берлина приезжали на матчи чемпионата ГДР, чтобы поболеть за братский клуб, а фанаты «Униона» в сезоне-1978/79 пробили несколько выездов за «Герту» в Кубке УЕФА. «Герта» в том сезоне прошла болгарский «Ботев», тбилисское «Динамо», пражскую «Дуклу» и остановилась только в полуфинале, где по итогам двух встреч уступила «Црвене Звезде».

Падение Берлинской стены – конец холодной войны

Падение Берлинской стены в ноябре 1989 года иногда преподносят как стечение обстоятельств и чуть ли не случайность. Действительно, разрушение разделявшего город барьера началось, когда 9 ноября прямом эфире телевидения ГДР член Политбюро ЦК правящей Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) Гюнтер Шабовски, рассказывая об упрощенных правилах выезда в западные страны для граждан ГДР, на уточняющий вопрос про срок вступления в силу, ответил: «Немедленно».

В реальности новые правила вступили бы в силу через пару месяцев и речь в них не шла о снятии запрета – лишь об упрощении процедур подачи заявки на выезд. Но в шпаргалке Шабовски этой информации не было, и он сказал «Немедленно», не осознавая последствия. В эту же минуту 20 тысяч жителей Восточного Берлина устремились к стене и в итоге снесли ее при помощи техники, подогнанной с западной стороны.

Все это – исторический факт. Однако стена к тому времени была обречена и без ошибки партфункционера. За полгода до этого на волне демократизации в Восточной Европе министры иностранных дел социалистической Венгрии и капиталистической Австрии символически срезали ворота на границе между странами. В сентябре того же года венгерское правительство объявило о полном открытии границ. Тысячи немцев из ГДР хлынули в Венгрию, чтобы транзитом через Австрию добраться до ФРГ. В течение трех дней австро-венгерскую границу пересекли 15 тысяч граждан ГДР. Венгерские пограничники, которые по договору с ГДР должны были не пропускать немецких граждан, этого не делали.

В Восточном Берлине начались массовые демонстрации с требованием смены курса. Они привели к отставке правительства во главе с Эрихом Хоннекером, который еще в январе 1989-го, выступая на митинге на Эрфуртском комбинате микроэлектроники, заявлял: «Берлинская стена простоит 50 и 100 лет, пока не будут устранены причины, ее породившие».

С открытием венгерской границы существование берлинской стены как преграды для жителей Восточной Германии на пути в Западную потеряло смысл. Только произошло это не через 100 лет, а всего лишь через 10 месяцев. Стена-символ противостояния двух систем рухнула. Холодная война второй половины XX века завершилась.

Одним из символов воссоединения Германии стал матч между «Гертой» и «Унионом», которых называли «друзья через колючую проволоку». На игру в январе 1990-го на Олимпийском стадионе Берлина пришли 50 тысяч болельщиков и с запада, и с востока города. «Герта» победила 2:1, но это не имело никакого значения. Весь стадион в едином порыве заряжал Hertha und Union – eine Nation («Герта» и «Унион» – единая нация).

Фото: Gettyimages/Keystone/Hulton Archive, Hulton Archive, Steve Eason; zbarchiv, Gunter Bratke, imago stock&people, Rosseforp, Britta Pedersen, Heinz-Juergen Goettert, imago sportfotodienst, von Keussler, Rosseforp, Soeren Stache, Peter Homann, Paul Glaser, O.Behrendt via www.imago-images.de/Global Look Press