В футбол я начал играть где-то лет с четырёх. Сначала – с отцом, который меня научил элементарным техническим приёмам: как останавливать мяч, делать пас, правильно бить, объяснил, что такое «щёчка», «шведка» у стопы, в каких случаях нужно бить подъёмом или «пыром». Сам он играл на любительском уровне, выступая сначала за институт, потом - за команды предприятий, на которых работал, участвуя в различных турнирах, что в большом количестве проводились в то время спортивными и физкультурными организациями СССР. Своё мастерство я, естественно, оттачивал во дворе с ребятами, мы играли практически каждый день, благо мест, где можно было поставить 4 кирпича в качестве ворот, было предостаточно. Футбол – это самая демократичная игра, которую придумало человечество. Не нужно никакого особого инвентаря кроме мяча, амуниции типа ракетки или клюшки, сложных приспособлений в виде натянутой сетки или подвешенного кольца. Поле может быть вообще любым и по размерам, и по покрытию – снег, лёд, кочки, всё это не имело значения. Когда в школе мы играли в коридоре на переменах, вместо мяча использовали резиновый ластик, который очень неплохо двигался по линолеуму. Физические данные тоже не принципиальны – рост, вес, длина рук или высота прыжка. Человек, который не умеет кататься на коньках, не сможет играть в хоккей, а если он первый раз вышел на футбольную поляну, вполне может постоять в воротах или побегать в защите. Правила тоже достаточно просты, а нарушения визуально легко определимы, в отличие от того же баскетбола, где очень сложно играть без квалифицированного судьи, иначе всё превращается в подобие регби.
Первый раз на матч чемпионата СССР по футболу отец взял меня в 6 лет. В 75-м по всей Европе гремело киевское Динамо. Тотальный футбол Лобановского, запредельная физическая готовность, прекрасно подобранный состав команды. Ну и, конечно, великолепный Олег Блохин, лидер и лучший бомбардир клуба и сборной СССР всех времён, забивший в двух матчах финала Суперкубка все 3 гола непобедимой Баварии во главе с Францем Беккенбауэром. Блохин на многие годы стал моим кумиром, я старался смотреть все матчи по телевидению, вырезал фотки с ним из газет Советский Спорт и Футбол-Хоккей, которые развешивал на стене у себя в комнате, и всегда стремился играть под 11-м номером.
Поэтому, как уже сложившегося болельщика киевского Динамо, отец решил сводить меня посмотреть воочию настоящий футбол на матч с ЦСКА. Специально посмотрел в интернете, он состоялся 25 апреля 1976-го года на стадионе Динамо. Мне было 6 лет. Народу пришло достаточно много, болели активно, но игра выдалась довольно скучной. Выездная модель Лобановского работала на все 100 (стратегия у него была - победа дома, ничья в гостях), киевляне сушили игру, до Блохина мяч практически не доходил. Когда в конце второго тайма армейцы подавали угловой, мяч прилетел в штрафную киевлян, и защитник ЦСКА Сергей Ольшанский, высоко выпрыгнув, своей лысой головой точно пробил в створ. Игра вскоре завершилась, моему горю не было предела, и вот этот гол и лысину Ольшанского я помню по сей день.
Но тем не менее болеть за киевское Динамо я не прекратил, чем очень расстраивал моего отца, давнего болельщика другого Динамо, московского, и удивлял многочисленных моих товарищей, которые топили в основном за Спартак. Учась в институте, я старался посещать стадионы, когда в гости к столичным клубам приезжала моя любимая команда, но походы обычно бывали неудачными: когда мои проигрывали, я подвергался насмешкам со стороны своих друзей, а если побеждали – лёгкому физическому воздействию, выражавшемуся в плотных ударах по корпусу, когда мы в метро возвращались по домам после матчей.
В начальных классах школы у меня была мечта профессионально заниматься футболом, но отец мне запретил и правильно сделал, так как, учитывая особенности конституции моего тела, я бы, наверное, довольно быстро стал инвалидом. Достаточно сказать, что даже на любительском уровне банковских команд я умудрился порвать связки голеностопа и заработать несколько переломов, не говоря уже про более мелкие повреждения.
В середине 90-х, после одной из моих футбольных травм, я написал такую песню:
А я сломал его на тренировке -
Так получилось, я не виноват.
Он пёр, как танк, с мячом по самой бровке,
А я - двумя ногами и в подкат.
Ой, сколько было суеты и ору,
Что я - убийца, зверь и костолом!
Его - в носилки и в ЦИТО на скорой,
Не шутка ведь - открытый перелом.
Потом я навестил его в больнице,
Купил цветов, арбуз на 5 кило.
Так, мол, и так, хочу, мол, извиниться...
Ну что же делать, коль не повезло?
Не вечен человек, а кости хрупки,
Футбол - не шашки, даже не балет.
А впереди - турниры, еврокубки,
И мне берут в Италию билет.
И я играю, звезд пусть не хватаю,
Пусть не талант, но всё же не балбес.
А чё тут думать-то? - проход по краю
До углового флага, и - навес.
А раньше протирал штанами банку,
Сидел в запасе глухо, весь сезон.
А нынче вот зовут играть в загранку,
В Зимбабве, во второй дивизион.
Я улечу в любую заграницу,
Прощай, Москва, Норильск и Кокчетав!
Смысл жизни прост: лови свою синицу,
Ломай других - и попадешь в состав.
На самом деле, основана она на реальных событиях - Динамо (Москва) играло в Коломне на кубок с местной командой, и защитник хозяев Сергей Бодак в центре поля подкатился под нападающего гостей Юрия Тишкова, игрока сборной и восходящую нашу звезду, сломав ему малую берцовую кость. Этот матч транслировали в прямом эфире, поэтому крик пострадавшего слышала вся страна. После травмы Тишков так по-серьёзному уже и не заиграл, в 27 закончил с футболом и стал одним из наших первых футбольных агентов. В январе 2003-го его убили заточкой около своего подъезда. Как говорили, за участие в переговорах по трансферу одного футболиста, которого сильно не хотел отпускать владелец клуба, где тот был на контракте. Убийца не найден. Сергей Бодак отбыл годовую дисквалификацию и ещё долго радовал своей игрой болельщиков раменского Сатурна.
Комментарии