Реклама 18+
Блог Metta Physics
Трибуна

АБА – безумная лаборатория, где родился современный баскетбол

Оригинал – The Undisputed Guide to Pro Basketball History

Некоммерческий перевод специально для читателей блога «Metta Physics» сайта Sports.ru.

Глава 3. Большая месть

1970 – 1979

НБА семидесятых можно разделить на две, а то и на три различных фазы. Вначале «Никс» выиграли пару чемпионств, Уилт и Уэст наконец-то получили шанс пожить без удушающего захвата от «Селтикс», а молодой центровой по имени Лью Алсиндор был готов проследовать по стопам Билла Расселла. В то же время мятежная АБА готовила свой мощнейший баскетбол, где стиль был неотделим от содержания. Но вскоре между двумя лигами разразилась война, зарплаты взлетели до небес, афроцентрический уклон игроков изменил имидж всей игры, и судебные дела стали влиять на направление развития всего спорта. НБА избавилась от надоедливой АБА в 1976 году, поглотив четыре самые сильные команды, и самое главное, обретя таких привлекательных игроков, как Джулиус Ирвинг и Дэвид Томпсон. Десятилетие закончилось имиджевыми проблемами лиги, кризисом индивидуальности и опасениями относительно отчуждения общественности. Но в эти непростые годы также появились такие выдающиеся игроки, как, к примеру, Боб Макаду и Бобби Дандридж, которых стоит упомянуть.

Часть 3. Записки из андерграунда

Что же такое АБА?

В 1966 году Национальная Футбольная лига (НФЛ) предусмотрительно согласилась на сложное слияние со своим серьезным конкурентом – Американской Футбольной лигой – неожиданный ход, который доказал, что страна безгранично жаждет футбола. Вдохновленная этим сказочным союзом, в следующем году разношерстная группа бизнесменов-владельцев команд основала Американскую Баскетбольную Ассоциацию (АБА), которая захотела заработать аналогичным образом, вынуждая уже существующую НБА поглотить их целиком и хорошенько заплатить за такую привилегию.

АБА была профессиональной спортивной лигой – ровно таким же образом, как комок вирусной материи считается формой жизни. Не отнимая и грамма уважения от игровых лет Джулиуса Ирвинга или кого-либо еще, все-таки к этой лиге не стоит примерять понятие настоящей лиги – по крайней мере в том смысле, который заложен в НБА. Тридцать лет спустя мы до сих пор не знаем, что делать с фразами «участник Матча всех звезд АБА» или «чемпион АБА». АБА была площадкой для нового стиля игры, который в конечном счете завоюет баскетбол. В тоже время это был оппортунистический беспорядок финансовых отступников; команд, которые в любой момент могли поменять имя, местоположение или владельца; маркетинговых идей разного рода – от гениального бренда до хитрых уловок.

У НБА уже были доморощенные звезды, основные баскетбольные рынки и время на национальном ТВ. У АБА из вышеперечисленного не было ничего. Будучи неспособной конкурировать с материальной мощью НБА, АБА орудовала классической партизанской тактикой: изменением условий сражения.

Как и большинство профессиональных спортивных лиг, НБА представляла собой набор отдельных команд, борющихся за титул. Лига пыталась привлечь фанатов и СМИ успехами данных команд и качеством их игры. АБА упростила данное уравнение: все, чего она хотела – переманить глазные яблоки зрителей, доллары и новые рынки от устоявшейся лиги – выяснение того, что делать со всем этим богатством (если об этом вообще задумывались), было в лучшем в случае второстепенной задачей. Орудия для достижения цели были совсем необычными. В дополнение к своему грубому, неистовому стилю игры и неустанным попыткам переманить высококлассных игроков из НБА, АБА придумала, казалось бы, случайно, интересные рекламные трюки; изобрела трехочковый бросок и данк-контест; а также сюрреалистические перфомансы в перерывах (которые включали в себя абсолютно все – от девушек-кроликов Playboy до живых медведей, к сожалению, не одновременно). Лига использовала культовый красно-бело-синий мяч, который можно считать мастерским изобретением, он был особенно популярен на городских площадках. Теоретически, каждая из пиар-минипобед приближала лигу к макрораю, который сулило потенциальное слияние.

Когда дело дошло до наполнения составов команд, АБА пришлось прибегать ко всевозможным уловкам и трюкам. Первоначальные владельцы сильно заблуждались, думая, что звезды НБА будут радостно перебегать на их корабль, но на самом деле, единственным известным игроком, которого удалось сманить в течение первого сезона, был Рик Бэрри. Поэтому АБА пришлось переписывать правила игры.

С самого начала лига решила рискнуть с такими отщепенцами, как Конни Хокинс и Даг Мо. В 1969 году АБА изобрела «правило нужды» (англ. hardship), которое позволяло студенту колледжа раньше времени переходить в АБА, если он или его семья нуждались в деньгах. Хотя данное решение могло иметь далеко идущие последствия, основная цель была до боли конкретной: позволить девятнадцатилетнему Спенсеру Хейвуду присоединиться к «Денвер Рокетс» уже после второго курса университета Детройта. К 1976 году АБА довела свой альтруизм до терминальной стадии, позволив школьнику Мозесу Мэлоуну участвовать в драфте. Лига также ввела в действие страшный план Долгоффа, который стал формой экономического террора для владельцев НБА. План Долгоффа позволил командам АБА предлагать огромные контракты, распределяя деньги с течением времени, объединяя их в отсроченные платежи и аннуитеты. Это вызвало период головокружительной инфляции зарплат игроков, когда НБА была вынуждена сопоставлять практически воображаемые контракты АБА холодной, твердой наличкой. НБА должна была учитывать реальность при построении структуры зарплат. АБА просто вносила предоплату, а остальное обещала отдать позже.

В АБА не было понятия «я». Не имело значения, какая команда украла игрока или вырастила что-то, напоминающее фан-базу, главным условием было привлечение внимания к лиге как таковой. Подобно тому маленькому вирусу, который пялится на мир из своей чашки Петри, повседневная деятельность лиги заключалась в диком мутировании, случайном обмене кусочками генетического материала с головокружительной скоростью. Команды АБА мало напоминали своих коллег из НБА. Подобно друзьям нашим меньшим, ламам или буйволам, команды НБА жили в ужасающей изоляции, зачастую в прямом соперничестве за ресурсы друг друга – в случае буйволов, это трава и кустарники, в случае команд НБА – победы и пики драфта. В 1968 году Лью Алсиндор (позднее – Карим-Абдул Джаббар) всерьез подумывал о переходе в новоявленную лигу после колледжа. Общение НБА с Алсиндором проходило сугубо через «Милуоки Бакс», Алсиндор вел переговоры только с ними. С другой стороны, владельцы команд АБА вели переговоры сообща, отправив целого комиссионера лиги Джорджа Майкена, вооруженного чеком на миллион долларов и норковой шубой – в попытке сманить Алсиндора. Любая команда в отдельности может умереть завтра, но до тех пор, пока для существования лиги достаточно команд, она может возродиться через самопожертвование. Таким образом, франшизы в АБА росли и увядали, переходили из рук в руки, меняли местоположение с комической непринужденностью, вплоть до того, что их индивидуальность потеряла всякий смысл: в период между 1967 и 1976 годами «Нью Орлеанс Буканирс» также именовались «Мемфис Прос», «Мемфис Тэмс», «Мемфис Саундс», «Балтимор Хастлерс», и три свои последние игры провели под именем «Балтимор Клос».

К 1970 году АБА присутствовала достаточно долго – и стала достаточным раздражителем – чтобы владельцы НБА проголосовали 13-4 в пользу слияния. Однако, хорошо это или плохо, но лиге предоставили возможность мутировать дальше и стать чем-то, о чем определенно стоит вспоминать. Той весной президент Ассоциации игроков НБА, Оскар Робертсон, подал антимонопольный иск, имевший серьезные последствия, в котором, среди прочего, утверждалось, что избавление от АБА создаст монополию НБА. Слияние было заблокировано, и АБА прожила еще шесть сезонов.

Осенью 1971 года Джулиус Ирвинг присоединился к «Вирджинии Сквайрс» в качестве свободного агента. Ирвинг радикально изменил динамику отношений между АБА и НБА. До Ирвинга, НБА больше беспокоилась о том, как бы не потерять свою законную собственность в пользу АБА; лига никогда не думала о том, что АБА также может раскрывать и развивать таланты, которые НБА упустила. Стимулом для слияния в основном был захват неиспользованных рынков (особенно южных, которые до того момента практически игнорировались) и снижение инфляции зарплат. Однако с Доктором Джеем стало ясно, что АБА может кое-что рассказать и о направлении развития самой игры. Наряду с Дэвидом Томпсоном и Джорджем Гервином, Ирвинг был тем игроком, который получил выгоду от того, что ему дали шанс вырваться на свободу в АБА.

За два сезона в университете Массачусетса Ирвинг дважды набирал в среднем больше 20 очков и 20 подборов за игру, но он не был задрафтован ни одной из лиг. Вскоре он станет визитной карточкой АБА – хотя чаще всего это обсуждали на словах, нежели видели вживую, из-за отсутствия ТВ-трансляций АБА и комично низкой посещаемости матчей. При росте 6 футов и 8 дюймов, с невероятно длинными руками и способностью взмывать в воздух без какой-то явной точки взлета, Ирвинг доминировал благодаря чистейшей силе стиля. Его движения не были идеальными, но, когда он взмывал в воздух, держа мяч в одной огромной руке, а его афро так привлекал внимание – казалось, что меняется сам баскетбол. Он был подобен человеку в открытом космосе – одновременно пугающим и вдохновляющим.

У Ирвинга были предшественники, другие игроки, которые делали ставку на искусство устрашения. Элджин Бейлор совершенно точно был очевидным ориентиром. Эрл Монро раскидывал оппонентов фейк-движениями. Игру Конни Хокинса вообще было бесполезно контролировать. Бомбический Гас Джонсон уже познакомил людей с тем, как можно данчить через голову зазевавшихся дурачков. Доктор Джей объединил все эти умения в одном теле.

Если Ирвинг был украшением АБА и парнем, которого НБА неистово жаждала (для разнообразия), то игрок «Наггетс» Дэвид Томпсон был тем стремительным рывком в неизвестное, безгранично позитивное, что раз и навсегда сделало его таким ценнейшим кадром. То, как Томпсон мог влетать в толпу и проходить сквозь нее, было настоящим насилием над разумом. Некоторые игроки удивляют нас такими действиями, которые наш мозг может сформулировать лишь поверхностно. Образ Томпсона как игрока был настолько опьяняющим потому, что он, подобно супергероям, брал основную человеческую потребность и усилял ее до неузнаваемости. Мы все хотим уметь летать; мы все когда-либо ощущали чувство полета при прыжке, хоть и совсем ненадолго. В Дэвиде Томпсоне осуществились все наши мечты; воплощенные идеи; обыденность, превращенная во что-то глубокомысленное.

Даже по новаторским стандартам АБА молодого «Ходящего по небу» было невозможно остановить. Он уже был знаком фанатам баскетбола как тот, кто частенько получал аллей-уп передачи в университете штата Северной Каролины (за исключением того факта, что данки были запрещены в университетском баскетболе, но Томпсон был осторожен и клал лейапы – до последней домашней игры в колледже). В Финале Четырех на последнем году обучения он зачехлил Билла Уолтона прямо в краске; тем летом он был выбрал первым номером на драфте и НБА, и АБА. Игра Томпсона была одновременно грязной и неземной, и до сегодняшнего дня она остается неотразимой. Не случайно ЭмДжей выбрал именно Томпсона для своего введения в Зал Славы Баскетбола; Билл Симмонс назвал Томпсона «Intellivision для Джордана-Playstation». К сожалению, он будет испытывать трудности в попытке создать профессиональную карьеру, достойную своих навыков, в том время как его молодой поклонник-падаван воспользуется его эскизами и превратит их в настоящее баскетбольное Писание.

Из-за проблем с наркотиками, травм колена и травм колена, вызванных проблемами с наркотиками (будучи под кайфом, упал с лестницы в клубе «Студия 54» и серьезно травмировался, чем по сути завершил свою карьеру игрока), после окончательного слияния лиг в 1976 году Томпсон пылал талантом не очень долго. Однако, ему хватило времени, чтобы подписать рекордный по тем временам контракт с «Наггетс» в 1978 году на 4 миллиона за 5 лет. Это произошло после того, когда он набрал 73 очка в финальной игре регулярного сезона, пытаясь вырвать титул лучшего бомбардира чемпионата. Чтобы сохранить лидерство, его товарищу по АБА, Джорджу Гервину, пришлось отгрузить 63 очка.

Это было типично для Гервина, стройной гордости «Сан-Антонио Сперс» из АБА, который скорее элегантно дрейфовал вниз по течению, когда Ирвинг и Томпсон стремились плыть против. Для Гервина воздух был более мягким, нежели чем для простых смертных, а мяч в его руках будто бы сам хотел пройти через кольцо. Его фирменный фингер-ролл был, пожалуй, единственным в мире мягким убийственным броском, невероятно эффективным и коварно интимным. Имея прозвище «Айсмен», Гервин не был царственным, как Док, и не был буйным, как Томпсон. Он был кровавой резней, написанной пастельными красками; общепринятая мудрость гласит, что был «тихим» бомбардиром, который забивал оппонентам огромное количество очков, а те даже и не замечали этого. Но этот факт недооценивает одно подлое, и даже жуткое качество Гервина. Способность Гервина незаметно убивать команды имела больше общего с хорошо одетым наемным убийцей, который никогда не говорит, или с гладким, аэродинамичным зомби, или с Ангелом Смерти, или с зомби-Ангелом Смерти, которого бы нанял и Всевышний, если бы гонорар не был таким высоким.

В 1976 году слияние наконец-то осуществилось и НБА пополнилось четырьмя командами из АБА: «Денвер» (Томпсон), «Индиана», «Нью-Йорк» (Ирвинг) и «Сан-Антонио» (Гервин). Среди игроков и тренеров всегда звучали опасения, что они оказались в ловушке и были обведены вокруг пальца, потратив свои лучшие годы на лигу, которая с самого начала задумывалась владельцами ради выгодной сделки. Но это также породило в них определенную гордость андердогов, поскольку целый мир их игнорировал, а собственная лига была больше заинтересована в выгодном самосожжении, чем непосредственно в баскетболе, а НБА насколько возможно долго притворялась, что они граждане второго класса. Они не просто хотели зарекомендовать себя надежными баскетболистами; они также приняли стиль, который сами помогли создать, и весь опыт ABA, как свой собственный, как связное целое, которое имело ценность само по себе. По необходимости они поддерживали ироничное настроение, даже своеобразный юмор висельника по части лиги как инструмента для совершения сделки. Это не означало, однако, что игроки не чувствовали, что они были частью чего-то большего.

В 1989 году Терри Плуто выпустил книгу «Loose Balls» – историю АБА, которая помогла возобновить интерес к данной лиге. Несколько лет спустя, группа Beastie Boys во время своего тура продавали футболки с изображением красно-бело-синего мяча, закрепив лигу как еще один символ странных, возвышенных семидесятых. «Roswell Rayguns» из известной рекламы Nike с Винсом Картером, Полом Пирсом и другими были показаны как раз-таки командой из АБА. Это было ответом баскетбольного возрождения на блэксплотейшн.

Конечно, АБА была неполноценной и во многом непоследовательной лигой. Она не была жизнеспособной альтернативой НБА, и ее единственные ясные цели имели мало общего с переизобретением баскетбола как игры. И все же АБА можно представить в виде мастерской или лаборатории. Каким бы нерадостным ни было это описание для лиги, оно также является самым стойким и четким ее наследием.

***

ВЫСТАВОЧНЫЕ ИГРЫ: Начиная с 1971 года, АБА и НБА проводили воинственные выставочные матчи, в которых различные команды из обеих лиг противостояли друг другу. Несмотря на то, что данные игры не считались официальными, игроки довольно часто получали технические фолы или даже удалялись. Первые несколько лет команды НБА обычно побеждали, но в последних трех сериях перед слиянием команды АБА одерживали победы в серии 15-10, 16-7, и 31-17. АБА победила во всех матчах между чемпионами каждой из лиг.

ЛУЧШИЕ ИМЕНА АБА: Рэд Роббинс, Трупер Вашингтон, Леверн Тарт, Цинциннатус Пауэл, Гус Лайгон, Уилли Уайз.

ПЕРВЫЙ ШКОЛЬНИК: Вопреки распространенному мнению, Мозес Мэлоун не был первым школьником, перешедшим в профессионалы, минуя колледж. Семифутовый центровой, уроженец Детройта Реджи Хардинг был выбран «Пистонс» напрямую из школы на драфтах 1962 и 1963 годов. Хардинг отыграл в НБА и АБА пять сезонов, провел время в тюрьме, имел проблемы с наркотиками, а во время телевизионного интервью пригрозил застрелить генерального менеджера «Пейсерс» Майка Сторена. После завершения карьеры в 1968 году Хардинг содержал винный магазин, только чтобы кто-то узнал его и спросил: «Что ты делаешь, Реджи?», а он ответил: «Это не я, чувак». Его убили на улице Детройта, когда ему было всего тридцать лет.

БАЙКИ СТАРОГО ГУСЯ: Гас «Ханикомб» Джонсон перешел в АБА после десятилетней карьеры в НБА и сыграл за «Вирджинию Сквайрс» всего 50 матчей, но он был необычной личностью, достойной репутации чудака. Вот несколько историй из его жизни:

ЗАВИСТЬ ЛУКАСУ: В сезоне 1963/64 Джонсон финишировал вторым в голосовании за трофей Лучшему новичку года, проиграв товарищу по университетской команде, Джерри Лукасу. Он так обижался на Лукаса, что перед матчами с «Цинциннати Роялс» пялился на его фотографию, чтобы сойти с ума.

ЗУБ …: Предвидя популярность данного стиля в ближайшие десятилетия, Джонсон вставил золотую звезду в один из своих передних зубов.

…И ГВОЗДЬ: Будучи студентом университета Айдахо, Джонсон подпрыгнул с места и коснулся отметки в 11,5 футов (~350 см) на потолочной балке в местном баре. Владелец бара вбил гвоздь на данной отметке, назвав его «Гвоздем Гаса Джонсона» и предложил любому повторить сей подвиг. За двадцатитрехлетнюю историю (до сноса бара) Деннис Джонсон ближе всего подобрался к данному рекорду и фактически коснулся гвоздя, но с разбега.

СТАРЫЙ ХОДОК ПО НЕБУ: Дэвид Томпсон не мог избежать дурацких травм даже после завершения карьеры. На Матче всех звезд 1992 года в Орландо он вывихнул колено в матче Легенд НБА. После МВЗ 1993 года лига отказалась от формата матча Легенд в пользу матча Новичков, во многом из-за травм вроде той, что получил Томпсон.

НЕ БЫВАЕТ ПЛОХИХ НОВОСТЕЙ: АБА была буквально завалена игроками, которые могли бы войти в сонм великих, если бы смогли побороть своих демонов, но ни у кого не было такого потенциала, как у Марвина «Плохие Новости» Барнса. Барнс, или «Новости», как он любил себя называть, был 6-9-футовым форвардом, который умел делать все. Стив «Снэппер» Джонс рассказывал, что Барнс был самым талантливым игроком, которого он когда-либо видел: «Быстр как Уолтер Дэвис. Чутье к подборам, тайминг и сила Мозеса Мэлоуна. Бросок Маркиза Джонсона».

А БЫЛ ЛИ МАЛЬЧИК? Во время слияния лиг на плаву держалось еще шесть команд АБА. НБА взяла к себе только четыре франшизы. Что-то надо было делать с «Сэнт-Луис Спиритс» и «Кентукки Колонелс». Владелец «Колонелс» Джон Я. Браун – основатель KFC (выкупил сеть у Полковника Сандерса в 1964 году за 2 миллиона долларов, продал в 1971 за 284 миллиона) – получил 3.3 миллиона, которые он потратил на покупку половины доли «Баффало Брейвс» в 1976 году. Он был избран губернатором Кентукки в 1979 году. Оззи и Дэн Силна, братья, которые владели «Спиритс» выбрали в качестве преференции процент дохода с ТВ-трансляций «Наггетс», «Пейсерс», «Нетс» и «Сперс» – на неограниченный срок. Каждые несколько лет у них берут интервью за то, что они предприняли самый проницательный шаг в истории бизнеса.

Спасибо за внимание!

Иллюстрации: Jacob Weinstein

Предисловие переводчика. Введение.

Глава 0. И вышел он из вод.

Глава 1. Более совершенный союз.

Глава 2. Они ходили по этой земле. Часть 1. Часть 2.

Глава 2. Они ходили по этой земле. Часть 3.

Глава 2. Они ходили по этой земле. Часть 4.

Глава 2. Они ходили по этой земле. Часть 5. Часть 6

Глава 3. Большая месть. Часть 1. Часть 2

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья