Блог Эпицентр

Ода Гомеру

За две недели до своего 40-летия Томас Хольмстрем решил завершить карьеру. Первые коньки и немилость Скотти Боумэна, потасовка со Стиви Айзерманом и шутки Криса Дрэйпера – в блоге «Эпицентр» перевод материала Yahoo Sports о самом трудолюбивом из шведских легионеров «Ред Уингс».

Год назад Томас Хольмстрем стал шестым тысячником в истории «Детройта». Фото: REUTERS/Rebecca Cook

Из всех невероятных историй о Томасе Хольмстреме особняком стоит та, в которой рассказывается, почему он носит свитер с 96-м номером.

В марте 1998-го, в конце своего второго сезона с «Ред Уингс», Хольмстрем отдал 15-й номер перешедшему в «Детройт» защитнику Дмитрию Миронову, взяв свитер с 96-м. Так он хотел отметить год своего появления в НХЛ, но тренер «краснокрылых» Скотти Боумэн посоветовал ему кое-что другое. Детали истории туманны, и могут меняться в зависимости от того, кто ее рассказывает, но, в общих словах, разговор прошел так:

– Тебе стоит взять 98-й номер, – сказал Боумэн.

– В смысле? Почему? – ответил Хольмстрем.

– В этом году ты вернешься в Швецию.

Удивительно, что Хольмстрем вообще оказался в НХЛ. Его поставили на драфт только в 21-летнем возрасте, да и то он был выбран под 257-м номером, в 10-м раунде. Томас был простоватым пареньком из маленького городка на севере Швеции, который едва говорил по-английски и с трудом мог кататься на коньках на профессиональном уровне. Но Боумэн шутил, и Хольмстрем смеялся последним.

Удивительно, что Хольмстрем вообще оказался в НХЛ

Сейчас 2012-й. «И я все еще здесь, в «Детройте», – ухмыляется Томас.

К 39 годам Хольмстрем выиграл 4 Кубка Стэнли, а когда в пятницу швед выйдет на лед против «Анахайма» (матч состоялся 11-го февраля – прим. «Эпицентра»), он станет всего лишь шестым хоккеистом в истории «Ред Уингс», проведшим 1000 матчей за клуб. Остальные пять это Горди Хоу, Алекс Дельвеккио, Стив Айзерман, Никлас Лидстрем и Крис Дрэйпер. В «Детройте» Хольмстрем занял нишу скромного, трудолюбивого, не жалеющего себя носителя рояля, оставшись таким же простоватым пареньком, приехавшего в Штаты из провинциального шведского городка. Его английский стал лучше, хотя это смотря с чем сравнивать. Прежде его акцент был настолько груб, что собеседники не могли понять, откуда он родом. Сейчас они, по крайней мере, пытаются догадаться. «Мне говорят: «Вы франкоканадец?» – говорит Хольмстрем. «Ага, oui (французское «да» – прим. «Эпицентра»).

Хольмстрем стал лучше кататься, но опять таки – все познается в сравнении. Швед – всего лишь 48-й игрок в истории НХЛ, проведший 1000 матчей за один клуб, но, по словам Хокана Андерсона, который и открыл миру хоккеиста, «Томас – худший конькобежец из всего этого списка». Но в этом и заключается вся прелесть достижения Хольмстрема. Он достиг всего тяжелым трудом – компенсировав свои недостатки пониманием игры и самоотверженностью, не жалея себя на пятаке и получая удары клюшкой по рукам, закрывая обзор вратарям и подправляя шайбы.

В общем, как-то.

«Вы когда-нибудь видели его клюшку?» – восклицает Дрэйпер, который по окончании карьеры стал скаутом «Детройта». «Томас леворукий игрок, но крюк его клюшки загнут так, будто он праворукий».

Колени Хольмстрема не смогут прожить без шарнирных бандажей и регулярных инъекций для смазки суставов

Хольмстрем не использует максимальную защиту для плечей. Его надплечники пришиты к подтяжкам, чего ответственный за экипировку игроков «Ред Уингс» Пол Бойер не видел со времен Ги Лафлера. Томасу нужно защищать не столько верхнюю часть тела, сколько поясницу и ноги, по которым его хлещут соперники. Икры шведа защищены разрезанными на две части надплечниками, которые привязаны к голени шнурками от коньков. Колени Хольмстрема не смогут прожить без шарнирных бандажей и регулярных инъекций для смазки суставов. Всю свою карьеру в НХЛ он играет без медиальной боковой связки в одном из коленей.

– Учитывая то, какой игровой стиль выбрал Томас, в любой момент может показаться, что его тело вот-вот перестанет слушаться хозяина», – отмечает Дрэйпер. – Мне кажется, его тело уже давно не слушается Хольмстрема, но Томас обладает самым сильным болевым порогом из всех людей, с которыми я знаком.

– Его сложно назвать классным конькобежцем, но этот парень с характером победителя, – говорит тренер «Ред Уингс» Майк Бэбкок. – Это лишний раз доказывает, что в хоккее проявить себя может каждый – вне зависимости от роста, веса и таланта.

Ограниченный талант Хольмстрема не сказывался на его желании заниматься хоккеем. Первую пару коньков он получил примерно в 2-3 года, и родителям приходилось вытаскивать своего сынишку с катка за уши. Проснувшись однажды утром, они заметили, что Томаса нет в комнате. Они обыскали весь дом, обзвонили соседей, но никто не знал, куда ушел мальчуган. В конце концов, родители заметили, что вместе с Томасом исчезли и его коньки. Звонок на ближайший каток и… да, он был там. Какой-то малыш смиренно сопел на скамейке около площадки. Хольмстрем самостоятельно ушел на каток, попросил кого-то завязать ему коньки, после чего провел на льду около часа. Набегавшись, он обессилел настолько, что тут же уснул.

Прошло несколько лет. Его детский тренер распустил команду по домам на рождественские праздники, и для Томаса это означало два дня без тренировок.

Хольмстрему было всего 17 лет, когда он впервые попался на глаза Андерссону

– Несмотря на Рождество, Томас ходил по дому сердитым. На следующее утро он продолжил брюзжать, после чего его отец сказал: «Хорошо, иди тренируйся. Я ничего не скажу тренеру, – вспоминает Андерссон. – И Томас расцвел, как новогодняя елка, и тут же полетел на каток.

Хольмстрему было всего 17 лет, когда он впервые попался на глаза Андерссону. В тренировочном лагере сборной Швеции, помимо него, было еще 29 человек. Томас носился за шайбой, смело шел на ворота, боролся за отскоки, не уступая никому, несмотря на скромные габариты – около 177 сантиметров и 75 килограмм. Тем не менее, он не пробился в состав команды.

– Не сказать, что он мне сразу запомнился, – признается Андерссон. – Может быть, я оставил небольшую заметочку о боевитом малыше, но, наверное, все.

Спустя пару лет, беседуя с одним из тренеров с севера Швеции, Андерссон попросил назвать лучшего игрока его лиги. В ответ он услышал знакомое имя– Томас Хольмстрем. Малыш подрос до 181 сантиметра, прибавив в весе до 86 килограмм. Он стал игроком силового плана, получив прозвище «Разрушитель» (Demolition Man). Андерссон просмотрел Хольмстрема в деле пару раз, после чего внес его в свой список.

– Его катание было и остается проблемой, – отмечает Андерссон. – Но мне понравились его руки, и он неплохо читал игру. Томас понимал, что происходит на площадке, он знал, куда после отскока направится шайба. Это меня и привлекло. К тому же он показался мне очень ответственным парнем.

«Ред Уингс» задрафтовали Хольмстрема только в 10-м раунде, но, по словам Боумэна, Андерссон уже тогда представлял своего протеже, как возможную замену Дино Сисарелли, ключевой фигуре спецбригад большинства команды. «Разрушитель» появился в Детройте сразу после обмена Сисарелли в «Тампу», проявив себя в первой же смене. Он чуть не «вырубил» капитана «красных крыльев» Стивена Айзермана.

– По-моему, в первой же смене на тренировочных сборах «Ред Уингс» он пытался применить силовой прием против Стиви. Нам даже пришлось схватить его и объяснить, что такие вещи в НХЛ не проходят, – говорит Дрэйпер.

Он чуть не «вырубил» капитана «красных крыльев» Стивена Айзермана

Однажды, когда «Ред Уингс» работали над улучшением катания, Боумэн закричал на Хольмстрема, потребовав двигаться быстрее.

– В какой-то момент Гомер не выдержал и ответил: «Коуч, и я так стараюсь изо всех сил, – рассказывает Дрэйпер. – А Скотти сказал: «Если это все, на что ты способен, нам придется найти кого-то быстрее тебя». Гомер опустил голову и задвигал ногами пуще прежнего. Вряд ли он думал, что его диалог с тренером дойдет до такого.

Другой случай. Дрэйпер отдыхал в сауне, как вдруг в нее заглянул Хольмстрем.

– Он говорит мне: «Слышь, как мне вылезти из загона для собак? (dog yard – прим. «Эпицентр»)» – говорит Дрэйпер. – И он продолжает: «Я застрял там и никак не могу выбраться». Я ему: «Гомер, может ты хотел сказать doghouse (тренерская немилость – прим. «Эпицентр»)». Он лишь бросил в ответ: «Doghouse. Dog yard. Какая разница, я застрял там».

Но не надолго.

– В «Детройте» постоянно шутили над Хольмстремом. Томас был мишенью для подколов, но он и сам тот еще остряк. Со стороны он таким не кажется, но, на самом деле, Гомер очень сообразительный парень.

В команде любят шутить над его «сообразительностью».

– Он и в самом деле очень мудро распоряжается с шайбой, – объясняет Дрэйпер перед тем, как перейти к кульминационному моменту шутки. – Так вот, получив шайбу, он тут же отдает ее Паву (Павлу Дацюку), Зи (Хенрику Зеттербергу) или Нику (Никласу Лидстрему), после чего возвращается на свою позицию перед воротами. Нет, ну вы посмотрите, какой он все-таки смышленый хоккеист!

А ведь Бэбкок выпускал Гомера с Павом и Зи и в равных составах

Ха, ха. Но никто бы не поставил Томаса рядом с Лидстремом, Дацюком и Зеттербергом, если бы при таком катании он плохо читал игру. А ведь Бэбкок выпускал Гомера с Павом и Зи и в равных составах.

– Хольмстрем очень умный игрок, – говорит Зеттерберг. И он абсолютно серьезен.

В «Детройте» любят подшучивать над голами, которые из-за его нарушений на вратарях, зачастую, не засчитываются судьями.

– Спросите у Ника. Из-за меня арбитры не засчитали порядка 50 его голов, – отмечает Хольмстрем.

Его подкалывают из-за мифических голов, которые записывают на его счет.

– Мы всегда шутим над Гомером, когда он забивает гол, – рассказывает Дрэйпер. – Эй, Гомер, ты точно коснулся шайбы? Скажи правду, ты точно ее задел? А он говорит: «По-моему, да. Давайте посмотрим еще раз на видео».

Ха-ха. Но все то, что его партнеры потеряли из-за отмен заброшенных шайб, Хольмстрем компенсировал сполна. Закрывая обзор вратарям и подправляя шайбу на пятаке, он принес «Детройту» немало пользы, которую многие упорно не замечают. Он заслужил каждый из своих 240 голов в НХЛ, а на его счету должно быть намного больше 284 результативных передач. Почти все голы Хольмстрема за «Детройт» были забиты им, когда он находился в метре-двух от ворот. То, что он делает, это тоже искусство.

Почти все голы Хольмстрема за «Детройт» были забиты им, когда он находился в метре-двух от ворот. То, что он делает, это тоже искусство

Многое, безусловно, зависит от силы воли Хольмстрема. Парни, вроде Роба Блэйка и Эдда Белфора, не упускали возможностей стукнуть его, когда он стоял у ворот, но дело не только в воле. Многое зависит и от дисциплины, выбора позиции и нужного времени, особого чутья. Томас редко теряет самообладание и зарабатывает удаления за отмашки от назойливых соперников. Похоже, он вообще практически не теряет концентрации.

– Большая часть хоккеистов, играя на пятаке, пытается ответить тому, кто бьет его по рукам, не думая о том, где находится шайба, – замечает Бэбкок. – Хорошие хоккеисты не обращают внимания на кросс-чеккинг. Они все время ищут шайбу.

И Хольмстрем находит шайбу в нужный момент. Он не просто стоит на пятаке – он постоянно перемещается. Если он встанет перед вратарем слишком рано, защитник может оттолкнуть его в сторону, а голкипер успеет осмотреться. Поэтому Томас будто сидит в засаде. После долгих лет тренировок с таким пойнт-меном, как Лидстрем, Хольмстрем прекрасно знает, когда будет нанесен бросок, и куда полетит шайба. Он знает, когда ему нужно выкатиться перед вратарем, чтобы закрыть обзор; он знает, как подправить шайбу, чтобы она оказалась в воротах.

– Хольмстрем прекрасно выбирает позицию, вставая перед глазами вратарей, – отмечает форвард «Эдмонтона» Райан Смит, еще один эксперт по игре на пятаке. – Томас ведет себя, как настоящий вратарь, постоянно передвигаясь из угла в угол.

– Иногда кажется, что стоит тебе сделать шажок в сторону, как он вырастает перед тобой, – поражается вратарь «Ойлерс» Николай Хабибулин. – А шайба уже летит, и у тебя нет времени что-то противопоставить Хольмстрему. Наверное, это особый талант. Даже если шайба летит мимо ворот, ты не можешь расслабиться, так как своей клюшкой он может изменить направление броска. Когда Хольмстрем перед воротами, расслабляться нельзя. Особенно, если «Ред Уингс» играют в большинстве.

Томас неплохо знает особенности игры своих врагов – вратарей. Вот пример из недавнего матча «Ред Уингс» с «Блюз». Во время розыгрыша большинства Хольмстрем вывел из себя голкипера «Сент-Луиса» Ярослава Галака, который, разгорячившись, выкатился чуть вперед и толкнул шведа.

– Галак покинул линию ворот и потерял позицию, и когда Крунвалль нанес бросок, шайба залетела в ворота, – резюмирует Боумэн. Здорово, неправда ли?

Меняется мир, и вместе с ним и Хольмстрем, который не стоит на месте. Некоторые нововведения помогли ему – теперь, вратари и защитники не лупят его так часто, как это было раньше. Другие изменения доставили шведу немало проблем, но всякий раз он справлялся с трудностями. Крутые меры, принятые лигой после локаутного сезона-2004/05, сделали игру в НХЛ еще более быстрой, что привело к увеличению количества удалений. Можно было подумать, что после этого Хольмстрем станет бесполезным в равных составах, но только взгляните на его статистику. В двух сезонах до локаута он забил 35 голов (18 из них в большинстве, 51,4%). В двух сезонах после локаута – 59 (24 в большинстве, 40,6%). Иными словами, Хольмстрем стал более разноплановым игроком. Услышав вопрос о том, насколько улучшилось его катание, Томас только буркнул в ответ: «Хотел бы я знать». Но, по его словам, он многое доказал и себе, и остальным. Гомер даже похудел почти на 10 килограмм.

Меняется мир, и вместе с ним и Хольмстрем, который не стоит на месте

– Если бы я не стал лучше кататься, то вряд ли бы остался в НХЛ. Нельзя было прекращать работу над собой, так как амбициозная молодежь постоянно стучится в команду, – говорит Хольмстрем. – Желающих занять твое место в составе очень много.

Томас хотел бы остаться в «Детройте» и провести в команде еще несколько лет, но его контракт истекает по окончании сезона, а тело каждый день напоминает о травмах. Кости в коленном суставе от огромных нагрузок начинают стираться, на тренировках он не может выполнять прыжковые упражнения, иногда ему тяжело бегать.

Когда во время перерыва на Матч звезд врачи ввели в колени Гомера смазку для суставов, его организм негативно отреагировал на уколы, из-за чего нападающему пришлось пропустить одну игру. По окончании карьеру Томаса, возможно, придется лечь на операционный стол, если он хочет и дальше бегать, кататься на лыжах или играть в теннис.

– Мне будет непросто принять решение, – признается Хольмстрем. – Я сделаю окончательный выбор, когда завершится сезон.

Когда-нибудь его игровой свитер будет увековечен на «Джо Луис Арена». Но даже если это не случится, Томас в любом случае проделал огромный путь от парня, которому советовали взять 98-й номер. Его наследием для молодых игроков будет следующее – иногда твои умения перевешивают все твои недостатки.

– Как хороший скаут, я должен оценивать каждое качество игрока, – добавляет Андерссон. – У каждого есть свои преимущества. И, конечно, свои слабости. Томас, ты же понимаешь о чем я?

Никлас Лидстрем: Само совершенство

Играй, музыкант! О хоккеистах-музыкантах

Без вины виноватый. О трагедии Эспена Кнутсена

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья