2011 год. В самом сердце Оренбургской степи, в поселке Домбаровский, развернулась настоящая теннисная революция. Нет, это не был филиал академии Ника Боллетьери и не подготовка к Кубку Дэвиса. Это было кое-что гораздо большее – рождение мечты, воплощенной в пыли проселочных дорог, в тени соловьиной рощи и на самодельных кортах, созданных с любовью и невероятной фантазией.
Я, обычный парень из провинции, вместе с моим другом Сергеем Андросовым, был одержим теннисом. В эпоху, когда интернет был роскошью, а теннисные корты - чем-то из другой жизни, мы нашли свой способ прикоснуться к миру большого спорта.
Телевизор стал нашим окном в мир. Именно там, на экране, мы впервые увидели величие Ролан Гаррос. Красный грунт, неистовые подачи, мощные удары – все это завораживало. Мы жадно впитывали каждый кадр, мечтая оказаться на месте Федерера, Надаля, Ферреро.
И вот, мечта начала обретать очертания. Мы решили, что нам нужен свой корт. И не один! Наша провинциальная земля стала нашим холстом, а мы – архитекторами теннисных арен. Первый корт был простым, как все гениальное: ровный асфальт возле моего дома, без сетки и разметок. Но это было только начало.
Потом появился наш «Уимблдон» – корт в гуще степи, за «Соловьиной рощей». Представьте себе: бескрайние просторы, палящее солнце, и мы, с бадминтоновыми ракетками в руках, пытающиеся повторить подачи Роддика.
Самым любимым и стойким стал корт прямо в «Соловьиной роще». Райское место, спрятанное от посторонних глаз, за речкой, в глуши деревьев. Мы чувствовали себя закрытыми от всего мира, особенными, как будто тренируемся в Австралии, готовясь к Открытому чемпионату.
И, наконец, апофеоз нашей теннисной архитектуры – грунтовый корт мечты прямо возле моего дома. Одна часть сетки цеплялась к дворовому столику, где после субботников собирались соседи. Тетя Вера Новик выносила самовар, взрослые пили чай, а мы, соседские дети, играли в прятки. У нас был дружный двор, настоящая семья. Вторая часть сетки крепилась к палке, вкопанной в землю. А над столиком висел фонарь, позволяя нам играть даже в сумерках.
Рядом был детский сад «Светлячок», и родители, забирая детей, часто останавливались, чтобы посмотреть на нас. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с усмешкой, мол, какой большой теннис в глухой провинции.
Но нам было все равно. Мы были счастливы. После школы мы скидывали вещи и по пять часов играли с Серегой в теннис. Разметка корта была особенной, без боковых линий для парного тенниса, как на итоговых турнирах ATP 2001 и 2002 годов. Я решил сделать ее такой, потому что однажды скачал с торрента Rutracker финальный матч итогового турнира ATP 2002 между Ллейтоном Хьюиттом и Хуаном Карлосом Ферреро. Мне понравился этот формат.
Играя на грунтовом корте, я, конечно, представлял себя Ферреро, специалистом по игре на грунте. Иногда я даже брал у Вадима Риферта его ракетку с оранжевыми струнами. В 2009 году с такими струнами играл только Джон Изнер. Ракетка у него была фирмы Prince. А ведь Хуан Карлос Ферреро в начале 21 века тоже играл ракеткой фирмы Prince. В моей голове круг замкнулся.
Серега же всегда представлял себя Роджером Федерером. Я помнил только один матч между Ферреро и Федерером, в полуфинале Australian Open 2004, где Роджер легко обыграл испанца. Но это не мешало нам представлять наши баталии в лице меня (Ферреро) и Сереги (Федерера).
Учитывая изложенное, я бы хотел сегодня поговорить о своем профессиональном прототипе тех баталий с Серегой - теннисисте Хуане Карлосе Ферреро.
В июне 1998 года финал юниорского «Ролан Гаррос» свёл двух будущих суперзвёзд мирового тенниса - чилиец Фернандо Гонсалес победил испанца Хуана Карлоса Ферреро. В том году в теннисном мире на слуху было имя блистательного испанца Карлоса Мойи, поэтому юного Ферреро поспешили зачислить в наследники. Хуан Карлос Второй, будущий монарх теннисной Испании.
А ещё худощавого паренька, молниеносно перемещавшегося по корту и жалившего соперников разящими выпадами, прозвали «Москитом». Уроженец Онтиньенте, маленького городка неподалёку от Валенсии, он стал играть в теннис довольно поздно, по меркам ведущих теннисистов - только в семь лет отец привёл маленького Хуанито на корт. Впрочем, это не помешало Ферреро- младшему навести страху сначала на игроков юниорского Тура, а потом постепенно заявлять о себе в Туре взрослом.
Так уж повелось, что карьера практически всех ведущих теннисистов Испании последних лет связана с Майоркой. На этом острове родились Мойя и Надаль, здесь же в 1999 году девятнадцатилетний Ферреро выиграл свой первый титул АТР, обыграв в финале грозного соотечественника Алекса Корретху. Первые пятьдесят две недели в Туре подняли Хуана Карлоса из четвёртой сотни почти до четвёртого десятка.
В новом 2000 году Ферреро продолжил удивлять. Он дошёл до финала крупных турниров в Дубае и Барселоне, проиграв звёздным Николасу Киферу и Марату Сафину. Это позволило ему войти в первую двадцатку рейтинга, а затем молодой испанец блеснул на парижских кортах, дойдя до полуфинала «Ролан Гаррос». Обыграв по пути Мариано Пуэрту, Марка Филиппуссиса и многострадального Алекса Корретху, в полуфинале «Москит» наткнулся на блистательного Густаво Куэртена. Долгий пятисетовый поединок молодости и опыта завершился в пользу последнего.
Зато Ферреро в 2000 году покорился трофей, о котором Куэртену, ввиду слабости остальных бразильских теннисистов, даже не приходилось мечтать. «Москит» выиграл все свои поединки на пути к вожделенному Испанией Кубку Дэвиса. Наконец, тот сезон Хуан Карлос завершил, не дотянув двух позиций до заветной «десятки».
Следующие три года прошли для Ферреро как непрекращающийся карнавал. Фиеста, если хотите. В 2001 году он выиграл свой первый «Мастерс», победив в Риме того же Куэртена, а в полуфинале «Ролан Гаррос» бразилец уверенно взял реванш. К тому времени испанец уже был твёрдым игроком Топ-десятки, которую не покинет в ближайшие несколько сезонов. Наконец, в 2001 году своё первое появление на Итоговом чемпионате АТР Ферреро увенчал выходом в полуфинал, где уступил дорогу блистательному Ллейтону Хьюитту.
Чем был хорош Хуан Карлос, так это тем, что он, в отличие от многочисленных звёздных предшественников, был успешен не только на грунте, но и на харде, и даже на траве. Два четвертьфинала Уимблдона тому подтверждение. Ферреро был представителем новой волны испанского тенниса, которая, не теряя мощи на грунте, отлично себя чувствовала на других покрытиях.
И всё же, даже несмотря на уверения самого «Москита», что его любимое покрытие - хард, главных достижений Хуан Карлос добился именно на «Ролан Гаррос». В 2002 году ему наконец-то покорился полуфинальный рубеж, он считался безусловным фаворитом финала, но... сумасшедший стартовый рывок Альберта Косты, который выиграл два первых сета со счётом 6/1, 6/0, оказался решающим. Ферреро так и не смог прийти в себя и уступил титул опытному соотечественнику.
Не беда - в этом году он победил в Монте-Карло, а также продвинулся на шаг дальше в классификации Итогового чемпионата АТР. В финале пришлось сложить оружие всё перед тем же Хьюиттом.
Но Ллейтон уже доигрывал свои последние недели в ранге первой ракетки мира. Ещё недавно безоговорочного лидера мирового тенниса догнали и американский сплав молодости и опыта в лице Роддика и Агасси, и сам Ферреро. В 2003 году он впервые в жизни дошёл до четвертьфинала Australian Open, где проиграл южноафриканскому ветерану Уэйну Феррейре, затем выиграл «Мастерсы» в Монте-Карло и Мадриде. Оставалась только одна «грунтовая» вершина, ещё не покорённая «Москитом».
К «Ролан Гаррос»-2003 испанец подошёл в ранге третьей ракетки мира. Он уверенно обыграл швейцарца Мишеля Кратохвила, чилийца Николаса Массу, британца Тима Хенмана и своего соотечественника Феликса Мантилью. Четвертьфинал турнира напомнил о сыгранном здесь же пять лет назад финале юниорских соревнований. На сей раз Хуан Карлос в пяти сетах оказался сильнее Фернандо Гонсалеса, ну а в полуфинале он в трёх сетах взял сладостный реванш у Альберта Косты.
Фамилия второго финалиста мало кому что-либо говорила. Голландец Мартин Веркерк, теннисная «Золушка», бал которой пришёлся на две недели «Ролан Гаррос», и обыгравший таких асов грунтовой игры, как Карлос Мойя и Гильермо Кория. Однако в решающем матче часы громко пробили двенадцать, чары спали, а Хуан Карлос Ферреро в трёх партиях легко завоевал желанный титул.
Спустя несколько недель, когда он уступил в четвёртом круге Уимблдона Себастьяну Грожану, испанец поднялся на вторую строчку рейтинга АТР. Впереди был только ветеран из ветеранов Андре Агасси. Невзрачно выступив на летних «Мастерсах», Ферреро откатился на одну позицию, но US Open мог всё изменить.
В четвёртом круге US Open вылетел Федерер, который шёл впереди Хуана Карлоса. Сам же испанец к тому времени прошёл чеха Яна Вацека, австрийца Юргена Мельцера, аргентинца Хуана Игнасио Челу и американца Тодда Мартина. В четвертьфинале был повержен недавний лидер мирового тенниса и неоднократный обидчик Хуана Карлоса - Ллейтон Хьюитт. Оставался полуфинал и схватка с Агасси. Учитывая, что ни Энди Роддик, ни Давид Налбандян, встречавшиеся в параллельном матче, не доставали до первого места даже в случае победы на турнире, полуфинал стал битвой за корону.
Ферреро уверенно начал матч и выиграл два стартовых сета. Опыт и класс Андре (а также, безусловно, поддержка трибун) позволили ему отыграть одну партию, но в четвёртой у испанца открылось второе дыхание и он победил. На финал против Роддика «Москит» выходил, уже зная, что завтра он станет первой ракеткой мира.
На разных игроков такое известие действует по-разному. Новак Джокович в подобной ситуации не растерялся и победил. Ферреро в трёх сетах проиграл, но мало кто может упрекнуть его за это. Роддик провёл действительно выдающийся матч и заслуженно завоевал свой первый титул на «мэйджоре». К сожалению, ни Энди, ни Хуан Карлос не догадывались, что больше им побед на турнирах «Большого шлема» не видать.
Ферреро продержался на вершине восемь недель. Он помог сборной Испании выйти в очередной финал Кубка Дэвиса, выиграл «Мастерс» в Мадриде, однако ранний вылет в Париже предрешил исход его борьбы с Роддиком. А проиграв Роджеру Федереру в полуфинале Итогового чемпионата АТР, испанец потерял и вторую строчку мирового рейтинга. В довершение, его команда на австралийской траве уступила хозяевам кортов, а сам Ферреро в упорной борьбе проиграл оба своих поединка.
Ещё один, блистательный шанс занять трон представился «Москиту» в начале 2004 года в Мельбурне, когда восставший из пепла Марат Сафин сокрушил Роддика в четвертьфинале. Дежа-вю - полуфинал «мэйджора» снова стал решающим в борьбе за первое место. Но полного повторения не получилось - Роджер Федерер без особых проблем победил испанца и на долгие годы воцарился в Туре. Занавес.
И действительно - занавес. Для Ферреро. После этого поражения испанец как будто утратил всё везение. Его начали одна за другой преследовать травмы и он постепенно начал скатываться в рейтинге. Высокий класс игры не позволял упасть слишком низко, но как только Хуан Карлос начинал возвращаться наверх, следовала новая травма...
Да и в родной стране он больше не был главной надеждой. В 2005 году хорвату Иво Карловичу предложили накануне «Ролан Гаррос» потренироваться с одним молодым пареньком. После тренировки Иво похвалил тинейджера - «Хороший парень, талантливый! Вполне может когда-нибудь добраться здесь до четвертьфинала». Стоит ли упоминать, что паренька звали Рафаэль Надаль?
Отодвинутый в тень, Ферреро продолжал бороться. В апреле 2009 года он, впервые за почти шесть лет, выиграл турнир АТР. В том же сезоне Хуан Карлос великолепно послужил своей стране, опять выиграв свои поединки на пути команды к финалу Кубка Дэвиса. К решающему матчу выздоровел Надаль, и Хуана Карлоса отчислили из команды. Он присутствовал на барселонских трибунах и неистово поддерживал своих. После того, как Испания разгромила чехов, на церемонии награждения присутствовали все игроки. Кроме Хуана Карлоса Ферреро.
Постепенно он успокоился. Он знает, что уже не достигнет былых высот. Знает, что его удел на закате карьеры - периодически напоминать о себе, выигрывая не самые престижные турниры. Как, например, было летом прошлого года в Штутгарте. Он преуспевающий бизнесмен - владелец отеля на берегу Средиземного моря и один из совладельцев турнира АТР в Валенсии. Можно сказать, что карьера его удалась. И всё же - периодически «Москит» на турнирах больно жалит лидеров мирового тенниса. Чтобы не забывали, кто он такой - Хуан Карлос Второй, наследный принц, так и не ставший королём.
Мы были творцами, архитекторами своей теннисной вселенной. Мы строили корты, придумывали правила, выбирали себе кумиров. И, пусть у нас не было профессиональных ракеток и идеального покрытия, у нас было кое-что гораздо большее – мечта и страсть к игре, которые сделали нашу жизнь в провинциальном Домбаровском районе по-настоящему счастливой. И кто знает, может быть, именно тогда, на этих самодельных кортах, зародилась будущая теннисная звезда, вдохновленная нашей провинциальной мечтой.
Комментарии