2009 год. Для мира – год экономического кризиса, для тенниса – год триумфа Федерера и зарождение Дель Потро. Но для пятерых пацанов из провинциального Домбаровского района, затерянного в бескрайних степях, это год, когда теннис ворвался в их жизнь, как ураган, сметая скуку и предрассудки.
Мы, провинциальные мечтатели, с наивной дерзостью решили бросить вызов судьбе и заняться «этим большим теннисом». Идея казалась абсурдной, почти безумной. Но разве юность боится безумств? Мы построили свой корт. Прямо в соловьиной роще, где пели птицы и шелестел ветер. Это был наш маленький мир, наша личная Rod Laver Arena, только вместо именитого покрытия – утоптанная земля и трава.
Мы жадно впитывали знания о теннисе, как губка. Каждый смотрел матчи дома, в одиночку, анализировал удары, тактику, поведение игроков. Но был один момент, один день, когда мы собрались все вместе: я, Серега Андросов, Вадим Риферт, Слава Жуков и Дима Фомичев.
О Диме я писал мало. Слишком мало. Словно боялся спугнуть что-то важное. А ведь он был одним из нас. Верный соратник, пятый в нашей неразлучной компании. Сейчас я понимаю, что несправедливо обходил его вниманием. Нужно это исправить.
Димка был из состоятельной семьи. Его дед, первый предприниматель в Домбаровском, открыл продуктовый магазин, и это давало семье определенный достаток. Димка был толстеньким мальчиком. Антропометрия явно не спортивная. Но, вопреки всему, он был с нами. Всегда. Даже если ему не очень хотелось бегать и прыгать. Он был частью нашей спортивной банды, и я не могу представить свое детство без него. Он вносил особенный вклад в наше спортивное братство.
И вот однажды, Дима позвал нас к себе. В его трехкомнатной квартире, казавшейся нам дворцом, был компьютер. Компьютер, подключенный к интернету, а значит, к целому миру. Именно там, на его компьютере, мы скачали с торрента rutracker.org матч Australian Open 2009 между Маратом Сафиным и Роджером Федерером.
Федерер. Глыба. Машина. Живая легенда. Сафин. На спаде. Но все же – двукратный победитель турниров Большого шлема. Уважаемый человек. Русская надежда.
Я помню этот момент, как сейчас. Кто-то сидел на диване, кто-то на полу, кто-то – на компьютерном кресле. Экран монитора светился от дневного солнца. Мы затаили дыхание. На экране разворачивалась драма.
Яркий, синий корт Rod Laver Arena. Желтая широкая футболка Сафина. Его вишнево-белая ракетка Head Prestige. Это была не просто ракетка, это был его символ. Символ точности, контроля, мощи. Ракетка для настоящих мастеров. Мы, конечно, о таких только мечтали.
Сафин проиграл тот матч. Но он творил невероятные вещи. Даже на спаде, он был взрывным, непредсказуемым, гениальным. Он боролся до конца, как настоящий гладиатор. И что самое главное – он был нашим. Мы болели за него, не зная результата. Мы верили в него, как в себя. Он был частью нас, частичкой нашей мечты.
Этот матч был искрой, зажегшей пламя. Он стал нашим общим пониманием этого великого спорта. Он проложил дорогу нашему дворовому большому теннису. Он научил нас не только бить по мячу, но и думать, чувствовать, переживать.
Этот матч, увиденный в трехкомнатной квартире у Димки, стал отправной точкой. Он навсегда связал нас, пятерых друзей, любовью к теннису. Он подарил нам мечту, которую мы воплощали в жизнь на своем самодельном корте в соловьиной роще.
Принимая во внимание, что это был первый матч, увиденный всеми нами вместе, я бы хотел рассказать о 2009 теннисном годе нашего легендарного Марата Сафина, годе, когда теннис ворвался в нашу жизнь.
Марат Сафин начал 2009 год с Кубка Хопмана, играя вместе со своей сестрой Динарой. Перед турниром у него были заметные травмы: перевязанный палец, синяки под глазами и рассечение, полученные в драке в Москве. Несмотря на это, они с сестрой дошли до финала, но оба проиграли свои одиночные матчи.
Из-за травмы плеча Сафин пропустил турнир Kooyong Classic, но успел восстановиться к Открытому чемпионату Австралии, где выиграл свой первый матч. Он дошел до третьего круга, где проиграл Федереру.
В Дубае он выбыл в первом круге одиночного турнира, но дошел до полуфинала в парном разряде. В марте он помог России выйти в четвертьфинал Кубка Дэвиса, выиграв свой матч.
В течение года Сафин улучшил свой рейтинг и вернулся в топ-20 впервые с 2006 года. Однако на Уимблдоне он проиграл в первом же раунде.
На турнире в Бостаде он также проиграл. Затем он добрался до четвертьфинала в Лос-Анджелесе, где проиграл Томми Хаасу.
Открытый чемпионат США стал его последним турниром Большого шлема, где он проиграл в первом раунде. После этого он играл на турнире в Таиланде, а затем вышел на турнир в Пекине, где дошел до четвертьфинала, проиграв Надалю.
Кубок Кремля в Москве стал началом конца его карьеры. Он выиграл свой первый матч против Давыденко, но проиграл во втором. Затем он дошел до полуфинала на турнире в Санкт-Петербурге.
Стиль игры
Марата Сафина описывали как мощного игрока, который предпочитал атаковать с задней линии. Еще в 1999 году Борис Беккер отмечал его впечатляющую силу ударов с обеих сторон. У Сафина была сильная подача, точный форхенд и один из лучших двуручных бэкхендов в истории тенниса. Он также неплохо играл у сетки и эффективно выполнял удары с лёта.
Однако после его победы на Открытом чемпионате Австралии в 2005 году, главным его недостатком стали считать недостаток стабильности и мотивации.
Сафин обычно показывал лучшие результаты в конце сезона, на быстрых крытых кортах (с твердым или ковровым покрытием). При этом, травяные корты были его наименее любимым покрытием, хотя другие игроки с похожим стилем игры часто успешно выступали на траве.
Сафина считают одним из самых талантливых игроков в истории тенниса. Но его карьере помешали постоянные травмы и недостаток целеустремленности. Многие эксперты и болельщики считают, что он один из самых невезучих игроков, поскольку он не смог полностью реализовать свой огромный потенциал.
Сафин также был известен своими эмоциональными вспышками во время матчей и тем, что часто ломал ракетки. По некоторым оценкам, в 1999 году он разбил 48 ракеток. В 2011 году Сафин заявил, что за свою карьеру он сломал 1055 ракеток.
Экипировка
Марат Сафин с 1997 года играл ракеткой Head Prestige Classic 600. Хотя он и пользовался этой моделью, он часто менял расцветку ракеток, используя дизайн новых моделей Head Prestige, таких как Intelligent, Liquidmetal, Flexpoint и Microgel. Раньше он использовал струны Babolat VS Natural Team Gut, толщиной 17L, но позже перешел на струны Luxilon Big Banger Original, натягивая их с усилием от 62 до 67 фунтов. Одежду для Сафина производила компания Adidas, и с 2000 года он был лицом их линии «Competition».
В завершении хочется сказать, пусть Сафин проиграл тот матч, пусть Федерер был непобедим, мы выиграли гораздо больше. Мы выиграли дружбу, мечту и веру в себя. И за это я всегда буду благодарен тому синему корту, желтой футболке и, конечно же, Димке Фомичеву, нашему верному соратнику, без которого эта история никогда бы не случилась.
Комментарии