2010 год. Дворовой теннис захватил нас целиком. Мы не просто играли, мы жили этим. Изучали историю великих, знали всех победителей «Шлемов», разбирались в ракетках и тонкостях рейтинга ATP. И, конечно, создали свой собственный мир, свою лигу, свой рейтинг.
Именно тогда и появилась идея – создать свой рейтинг ATP. Тетрадка, исписанная корявым почерком, стала нашим священным писанием. Результаты турниров, начисление очков, перемещение игроков – все как у взрослых. Мы даже делали посев, чтобы «номинальные» первые и вторые номера не встретились в первом же круге.
Самое забавное – мы играли под именами своих кумиров. Я был Энди Роддиком, Сергей Андросов – Роджером Федерером, Вадим Риферт – Новаком Джоковичем, Слава Жуков – Робином Содерлингом, Дима Фомичев – Джо Вильфредом Тсонгой, Ваня Князев – Маратом Сафиным. Каждый выбирал себе героя, подражал его стилю, мечтал о его славе.
Наша система подсчета очков была простой, но справедливой: 500 очков за победу в турнире из двух сетов (аналог «Мастерса»), 1000 очков за победу в турнире из трех сетов (аналог турнира «Большого шлема»).
И вот однажды мы решили провести свой, уникальный, турнир «Большого шлема» в Соловьиной роще.
Подготовка началась примерно за пару дней до турнира. Мы договорились встретиться на корте. Максим Попов на своем скутере привозил песок, чтобы обновить боковые линии и линию подачи. Вышка для судьи, гордо возвышавшаяся над кортом, была установлена ровно посередине. Мы даже смастерили лавочки для отдыха и перекуса, как это делают настоящие звезды тенниса.
День турнира. В 9 утра мы собрались у моего дома, Заводской переулок, дом 14. Все с сумками, полными «профессионального» инвентаря, и с боевым настроем. Мама дала мне с собой бутылку воды, кепку (хотя я их не любил и играл без нее), напульсники для протирания пота и пару бананов для перекуса.
Перед турниром я пересмотрел финальный матч US Open 1995 между Питом Сампрасом и Андре Агасси.
Агасси проиграл, но именно он запал мне в душу. Его коричневая футболка, залысины, бородка, черно-желтая ракетка Head, крутые кроссовки, красивая болельщица в лице невесты Брук Шилдс… И, конечно, его двуручный удар слева. Я тоже играл слева с двух рук, поэтому Агасси был для меня идеальным примером.
Воодушевленный Агасси, я шел на турнир с одной мыслью – победить. Я выиграл тот турнир. Но запомнился мне не сам триумф, а матч первого круга против Вани Князева, который называл себя Маратом Сафиным.
Ваня был уверен в победе. Накануне он хвастался, что обыграет меня. Но на корте все оказалось иначе. Я выиграл этот матч со счетом 6-0, 6-0, 6-0. Такого разгрома у меня никогда раньше не было. Наш уровень был просто несопоставим.
Хотите верьте, хотите нет, но Ваня на последнем мяче просто расплакался. Слезы лились по его щекам, он протирал грязными руками глаза. Но мне не было его жалко. Во мне кипел спортивный азарт. Я хотел выиграть именно с разгромным счетом. Пацаны смеялись над ним, и я в глубине души тоже. Это был не злобный смех, а скорее удивление и осознание собственного превосходства.
Он встал в 8 утра, пришел к 9 на турнир, чтобы проиграть и пойти домой. Даже сейчас, вспоминая этот эпизод, я улыбаюсь. Это было очень смешно.
Тот турнир я провел на уровне провинциального Андре Агасси. Учитывая изложенное, я бы хотел отдать дань этому стильному гению золотой эпохи большого тенниса.
Что можно сказать про Андре Агасси после тех гор книг, что были о нём написаны? После фильмов, снятых о нём и его автобиографии, вызвавшей в теннисном мире эффект разорвавшейся бомбы. После того, как он двадцать один год радовал мир своей игрой. Из блистательного поколения, появившегося в американском теннисе в конце восьмидесятых годов, трое юных дарований действовали строго по заветам Томаса Эдисона - гений без трудолюбия - это ничто. Трое из четверых. Четвёртым был Агасси.
Вокруг личности его отца, иранского армянина Эммануэля Агассяна, ставшего после эмиграции в США Майком Агасси, тоже намешано множество слухов. Например, отечественные биографы, отмечая участие Агасси-старшего (неплохого, кстати, боксёра) в Олимпийских играх 1948 и 1952 годов, упоминают, что в Хельсинки он уступил в четвертьфинале великому венгру Ласло Паппу. Сомнительно, по двум причинам. Во-первых, все англоязычные источники в один голос рассказывают о двух поражениях на старте, а во-вторых, вряд ли Паппа допустили бы к Агасси - при всей колоссальной разнице в мастерстве легендарный венгр был еще и на двадцать килограммов тяжелее.
В любом случае, Эммануэль, проявив недюжинную дальновидность, вскоре эмигрировал в США. Уже тогда в Агасси-старшем горела неугасимая любовь к теннису. Не сумев достигнуть больших успехов сам, он задался целью вырастить будущего чемпиона. Трое старших детей под требования отца не подошли: две девочки и болезненный мальчик. И вот, наконец, 29 апреля 1970 года родился он - долгожданный будущий теннисист, которому дали имя Андре.
Как бы то ни было, а усердие отца принесло свои плоды: юный Андре громил сверстников, тренировался с Джимми Коннорсом, но со временем Майк понял, что его умения не хватит для того, чтобы огранить такой алмаз. Андре был нужен новый тренер, причём отец решил выбрать лучшего. Ника Боллетьери.
Первоначально Майк Агасси договорился с тренером, что Андре будет заниматься в академии всего три месяца – у него были определённые проблемы с деньгами. Но, посмотрев на паренька в игре, Боллетьери сказал: «Заберите деньги. Я буду тренировать его бесплатно!» Сияющий талант Агасси привлекал внимание и к самой академии, так что Боллетьери терпел не самый, скажем прямо, ангельский характер воспитанника. Позднее Ник признавался: «Моей главной задачей было не допустить, чтобы Андре попал в тюрьму». Именно тогда сформировался бунтарско-плейбойский имидж Агасси, который многие годы шокировал теннисный мир.
А пока что Андре без раскачки принялся за дело. Уже на второй сезон в Туре он взял свой первый титул, а по итогам 1988 года, дважды побывав в финалах «мэйджоров», финишировал третьим в рейтинге АТР. Напомним, что это значило: выше Коннорса, выше Макинроя, выше Эдберга и Беккера. И уж, понятное дело, выше Сампраса, Чанга и Курье.
Если кто-то ожидал, что Андре сбросит обороты на следующий год, то они ошибались. Снова полуфинал US Open и седьмое итоговое место в рейтинге. Правда, Майкл Чанг выиграл «Ролан Гаррос»...
Не беда! В финале «Ролан Гаррос» следующего сезона Андре однозначно считался фаворитом. Считался, но уступил эквадорцу Андресу Гомесу. На Уимблдон же скандальный ласвегасец не поехал в третий год подряд - легендарный «преимущественно белый» цвет не вязался с пёстрым нонконформизмом Агасси. Зато ему удалось дойти до финала US Open, где победу довольно неожиданно одержал Пит Сампрас.
Когда Джим Курье одолел Андре в решающем матче «Ролан Гаррос» 1991 года, тому было впору сетовать на фатальное невезение. А тут еще и на следующий год Курье, старый знакомец и сосед Агасси по комнате в период обучения, стал первой ракеткой мира. Надо было что-то менять...
«Умение побеждать - несущественно. Важно уметь проигрывать. Я всегда любил проигрывать весело».
Долгожданная победа пришла к Андре в 1992 году, на том самом Уимблдоне. Одетый в «преимущественно белое» американец прошёл Бориса Беккера, Джона Макинроя, а в финале наглядно продемонстрировал Горану Иванишевичу, что на всякую суперподачу найдётся гениальный приём. В данном случае - едва ли не лучший приём в истории тенниса. Пять сетов - и Андре поднял над головой свой первый трофей «Большого шлема».
Следующий сезон должен был стать годом Агасси, но, как часто бывает, вмешалась судьба. Травма за травмой - и Андре, сидя на трибуне или у телевизора, наблюдал, как Пит Сампрас отбирает у Джима Курье титул первой ракетки мира. Отбирает надолго.
Агасси вернулся. Что-что, а триумфально возвращаться он умел. В 1994 году он блистательно переиграл Михаэля Штиха в финале US Open, а через несколько месяцев в четырёх сетах заставил Пита Сампраса уступить чемпионский кубок Australian Open. Несколько недель ожесточённых боёв местного масштаба - и с победой в Ки-Бискейне (естественно, над Сампрасом) Андре достаётся и теннисная корона. 10 апреля 1995 года Андре Агасси стал двенадцатой по счёту первой ракеткой мира.
Правда, финал US Open был проигран всё тому же Сампрасу, но 1995 год стал для Андре на тот момент самым успешным в карьере.
«То, что было между мною и Сампрасом, сложно назвать простым соперничеством. Это было что-то, что подняло нас обоих на небывалую высоту. Это научило меня чему-то, чего я хотел, и чему-то, что вызывало у меня дрожь. Это соперничество происходило на самых разных уровнях, в игре и за ее пределами. Я думаю, что если бы когда-нибудь я проснулся утром в его теле, а он в моем, мы бы сошли с ума».
В лучших традициях жанра, дальше последовал спад. «Всего» два полуфинала турниров «Большого шлема» в 1996 году и полностью проваленный 1997 год. Порадовало только «золото» Олимпиады в Атланте, завоёванное на родной американской земле. Сам Андре винил в неудачах травму запястья, «жёлтая пресса» - его скандально известный брак с актрисой и моделью Брук Шилдс.
Что бы ни было причиной спада, а недавний лидер мирового рейтинга опустился за пределы первой сотни и вынужден был играть «Челленджеры». Ему было двадцать шесть лет, он проводил двенадцатый сезон в карьере. Некоторые специалисты предсказывали ему скорый закат. Мало кто мог знать, что Агасси предстояло провести в Туре ещё девять лет, сыграть в восьми финалах «Большого шлема» и в пяти одержать победу. Да и сам Андре тоже не мог знать.
«Я не умею мыслить гипотетически».
Очередной триумфальное возвращение началось в 1998 году, когда Андре выиграл пять турниров и вернулся в первую десятку. На «мэйджорах» он, правда, выступил не очень. По своим, ясное дело, меркам. Ну а в следующем сезоне грянул гром... Казалось бы, со времён, когда американец блистал на «Ролан Гаррос», прошла целая эпоха. Финал турнира образца 1999 года выглядел поединком реликтов начала девяностых - Андрей Медведев против Андре Агасси. Украинец потрясающе отыграл два первых сета, отдав Андре только три гейма, но тем более впечатляющим оказался «камбэк» Андре.
Фотография объятий двух соперников на церемонии награждения обошла весь мир. Агасси был больше нужен этот титул - он стал первым за много лет обладателем карьерного «Большого шлема», а учитывая «золото» Олимпиады - и вовсе первым. Даже уступив всё тому же Сампрасу в финале Уимблдона, Андре вернул себе первую строчку рейтинга АТР. Выиграв же US Open, Агасси смог впервые в карьере закончить год первым в мире.
Впрочем, наверное, свою главную победу Андре одержал именно в Париже. Ведь именно там, где свой последний «мэйджор» выиграла Штеффи Граф, на балу чемпионов, и начались их романтические отношения. Через два года теннисные легенды сочетались законным браком и идут по жизни вместе уже более десяти лет. В отличие от недолговечного брака с Шилдс, здесь всё хорошо и надолго.
«Случается, что Штеффи обыгрывает меня в теннис. Это удивительно, потому что я и не думаю ей поддаваться».
Обретя, наконец, душевное спокойствие, Андре заиграл едва ли не сильнее, чем в молодые годы, хотя ему уже исполнилось тридцать. Если не считать последнего в его карьере, 2006 года, то в каждом сезоне после наступления тридцатилетия он хотя бы раз выходил в полуфинал турнира «Большого шлема». А три подряд победы на Australian Open (в 2002 году Андре не выступал на турнире из-за травмы) дорогого стоят. Более того, дважды по ходу 2003 года американцу удавалось взойти на вершину мирового рейтинга. Напоминаем - в тридцать три года! Никому, даже архиветерану Джимми Коннорсу, не получалось сделать такое.
Впрочем, время давало о себе знать. Ушёл из игры Сампрас, дважды обыграв Андре в запоминающихся матчах на US Open: эпическом «матче без брейков» в четвертьфинале 2001 и финальном поединке 2002 года. Новые соперники Агасси: Ллейтон Хьюитт, Энди Роддик, Хуан Карлос Ферреро, представляли уже новую эпоху в истории тенниса.
И вот с этими молодыми талантами Андре всё же небезуспешно сражался. На пути к финалу US Open 2005 года он победил Иво Карловича, Томаша Бердыха, Ксавье Малисса, Джеймса Блэйка и Робби Джинепри. И как же был удивлён великолепный Роджер Федерер, когда после проигранного первого сета финала тридцатипятилетний Агасси взял вторую партию и вёл с брейком в третьей! Правда, на сей раз гений Роджера оказался сильнее гения и опыта Андре.
«Самая великая вещь в теннисе - отсутствие игры на время. Это делает вас сильнее. Ведь времени нет, и до тех пор, пока я в игре, у меня есть шанс».
В последнем сезоне в своей карьере Агасси сыграл на двух турнирах «Большого шлема». На Уимблдоне он в третьем круге уступил другой будущей легенде - Рафаэлю Надалю, а на US Open зрители были заворожены надписью на табло: «А. Агасси - Б. Беккер». Увы, всего лишь Бенджамин. Уступив в пяти сетах, Андре долгие восемь минут слушал несмолкающие овации стадиона. Восемь минут аплодисментов, двадцать лет славы.
Он ушёл, не оглядываясь. Бизнес, семья, ветеранские турниры. «Большая четвёрка» американского тенниса, как и прежде, активно сражается на кортах. Они стали старше, мудрее и опытнее, уже не могут выдержать полный матч. Но мастерство осталось с ними, и магия имён никуда не делась.
Этот турнир в Соловьиной роще стал легендой. Он показал нам, что даже в провинциальном поселке можно создать свой мир, свои правила, свои страсти. Он научил нас бороться, побеждать, проигрывать и смеяться над поражениями. И, конечно, он подарил нам незабываемые воспоминания, которые мы будем хранить в своих сердцах всю жизнь. Андре Агасси против Марата Сафина. Эпос Заводского переулка.
Комментарии