Осака о том, что изменилось в ее жизни за год: «Год назад не было Барби, сделанной под меня. Это одна из самых больших перемен»
Первая ракетка мира Наоми Осака, в понедельник в третьем круге Индиан-Уэллса обыгравшая Даниэль Коллинс (25) 6:4, 6:2, поделилась ощущениями от первой в своей жизни защиты титула.
Прошлогодняя победа на BNP Paribas Open, напомним, стала для Осаки первым титулом любого уровня: ни по юниорам, и в ITF-туре она практически не играла.
«В прошлом году я не была здесь сеяной – это из очевидного. Если говорить не только о теннисе, то меня сейчас больше людей знает. Но это тоже довольно очевидно (улыбается). Короче, по-моему, вы и сами все знаете. Год назад не было Барби, сделанной под меня, так что я бы сказала, это одна из самых больших перемен.
В прошлом году я приехала сюда хорошо провести время и, может, дойти до четвертьфинала. Знаю, это плохо звучит, но я никогда раньше не проходила на таких турнирах далеко. И у меня в каждом круге были очень сильные соперницы, так что я просто выходила на корт повеселиться (улыбается). Но я продолжала побеждать и в какой-то момент подумала: уоу, может, я могу выиграть этот турнир. Я его выиграла, потом развила успех в Майами, где обыграла Серену. Дальше в Чарльстоне получилось не очень, но вообще, это был нереальный опыт. Еще года не прошло, а мне кажется, что прошло десять.
Я никогда [до прошлогоднего Индиан-Уэллса] не выигрывала турниров, так что после победы здесь какая-то часть меня решила, что я теперь каждый турнир должна выигрывать. Это было совершенно идиотское и невыносимое давление, под которое я сама себя подставила, и в результате у меня не сложился ни грунтовый, ни травяной сезон. Я рассчитывала сразу начать побеждать при переходе на хард, но этого не произошло, и тогда я сказала себе перенастроиться и снова начать получать на корте удовольствие. Нам, теннисистам, в этом смысле повезло: у нас очень много турниров в отличие, например, от олимпийцев. Вот на них должно быть просто нереальное давление. Меня очень поддерживают люди, которые меня окружают, и мы с ними не смотрим на этот турнир как на что-то, что мы защищаем. Я не защищаюсь, а борюсь за что-то новое».
О кукле Барби, сделанной в честь нее
«Для меня это много значит. Я сама играла в Барби в детстве. Я пока что не совсем в это верю, потому что всего год назад со мной ничего подобного произойти не могло, но вот сейчас я здесь и могу представлять людей, которым не всегда хватает репрезентации. Для меня это очень важная цель».
О работе с Джермейном Дженкинсом
«Для меня это не какая-то драматичная перемена – это не фитнес-тренера поменять. Упражнения на тренировках другие, но я играю в том же стиле, что и раньше. Мы много разговариваем, потому что – хоть это и вредно – я много думаю, и он мне помогает».
