Так они верили в высший разум Вселенной, проявляющийся в законах природы, которые они изучали, их восхищал этот разум. Эйнштейн обозначил это как космическое религиозное чувство. А бога как властителя судеб людей он не признал. - "Слово «Бог» для меня не более чем выражение и продукт человеческих слабостей, а Библия — свод благородных, но всё же примитивных легенд».
Так они верили в высший разум Вселенной, проявляющийся в законах природы, которые они изучали, их восхищал этот разум. Эйнштейн обозначил это как космическое религиозное чувство. А бога как властителя судеб людей он не признал. - "Слово «Бог» для меня не более чем выражение и продукт человеческих слабостей, а Библия — свод благородных, но всё же примитивных легенд».
Я с вами)
Ну Радзинский то хорошо сказал, но я как-то не связываю это с институтом церкви)