«Моя жизнь — череда невероятных событий»
Редакция This Is Anfield • My Liverpool Life • 5 июня 2020 года
Перевод: t.me/nohayapuro
От переводчика. Интервью опубликовано в июне 2020 года; временные отсылки сохранены. Сэфтон работал диктором «Энфилда» с 1971 по 2025 год.
В этом выпуске рубрики «Моя жизнь с „Ливерпулем“» своими замечательными историями делится Джордж Сэфтон — человек, которого вы наверняка знаете как голос «Энфилда».
Почему я стал болеть за «Ливерпуль»
В нашей семье за «Ливерпуль» болели ещё в начале XX века.
В 1923 году мой отец был на просмотре в «Ливерпуле». Почти сто лет назад — страшно подумать! Но в ту эпоху в Ливерпуле было примерно как в Глазго сейчас или ещё совсем недавно: католики болели за «Эвертон», все остальные — за «Ливерпуль». Без всяких «если», «но» и «может быть».
Так что отец был красным, и у нас дома даже мысли не возникало, что можно болеть за кого-то другого.
Всё просто: отец болел за «Ливерпуль», и я пошёл по его стопам. Хотя в детстве он ни разу не взял меня на футбол — очень странно. Он считал, что субботние походы на «Энфилд» — это его личное дело.
Мой первый матч
Совсем недавно раздобыл программку того матча. 30 января 1960 года, Кубок Англии, против «Манчестер Юнайтед». Те самые «малыши Басби», как их тогда называли, — уже после мюнхенской катастрофы. А «Ливерпуль» всё ещё играл в тогдашнем Втором дивизионе.
Помню, как мы с двумя школьными приятелями часами стояли в очереди за билетами, которая тянулась вокруг Стэнли-парка. Впечатлений было, мягко говоря, немало. Я ведь толком ничего не знал: куда вставать, что делать.
«Юнайтед» нас хорошенько отделал — 1:3. Но в те времена этого и следовало ожидать: они были одним из ведущих клубов, а мы шли в верхней части таблицы Второго дивизиона, но до зоны повышения в классе ещё не дотягивали. И всё равно впечатления были потрясающие.
Как я стал диктором «Энфилда»
Тогда я этого не знал, но человек, работавший у микрофона в начале 1971 года, подменял Алана Джексона. Тот уехал на остров Мэн — у него был полугодовой контракт на радио.
Джексон оставил его за себя, а тот пару раз напортачил. Жена в те годы ходила со мной на матчи среди недели. И вот стоим мы в секторе «Паддок», а он снова говорит какую-то глупость. Я жене: «Да за него же стыдно!» А она посмотрела на меня с совершенно невозмутимым видом и ответила: «Сам бы лучше не справился».
А я подумал: вообще-то, по-моему, справился бы. Из чистого упрямства пришёл домой и написал Питеру Робинсону длинное письмо на бумаге формата А4.
Моё письмо легло ему на стол как раз тогда, когда с этим человеком решили расстаться. Питер прочитал и подумал: «Ну, по-английски он изъясняется, мысли формулирует неплохо. Позовём, поговорим».
Я произвёл на Питера хорошее впечатление, и он взял меня на пробу. Строго говоря, испытательный срок у меня до сих пор не закончился: никто ведь так и не сказал, что меня приняли на работу.
Я был преданным болельщиком, с начала шестидесятых ходил на матчи «Ливерпуля», стоял на «Копе». А когда получил работу в клубе, стал, как я это называю, профессиональным болельщиком.
Мне платят за то, что я сижу, ставлю музыку и смотрю футбол. Разве не здорово?!
Самый памятный момент за пределами поля
Тут всё просто. Сейчас здесь непривычно: моё рабочее место перенесли на другую сторону стадиона, я теперь редко с кем-то пересекаюсь и мало общаюсь с людьми. Но лучший момент в моей карьере случился, когда пришёл Юрген.
Его первый матч был на выезде с «Тоттенхэмом», а в следующий четверг мы играли в Лиге Европы с казанским «Рубином». Мне понадобилось зайти на ресепшен старой Главной трибуны.
Я стоял там, мимо прошёл Юрген. Я сказал кому-то, что надо бы с ним поздороваться, и пошёл за ним по лестнице.
Я окликнул Клоппа: «Извините…» Он оборачивается, вопросительно на меня смотрит. Я протягиваю руку: «Хотел бы представиться, меня зовут Джордж…» Дальше договорить не успел. У него загорелись глаза: «А, да! Вы же знаменитый голос „Энфилда“!»
Я совершенно опешил. Меня нечасто оставишь без слов, а тут я просто онемел. Он поклонился и одновременно пожал мне руку. Ещё один момент, когда не веришь, что всё происходит наяву. Думаешь: лучше уже просто не бывает.
Я спустился к трём стюардам. Двое были ошарашены не меньше моего, а третий подошёл и сказал: «Я работаю в клубе на полной ставке. В будни работаю в Мелвуде, а в дни матчей прихожу сюда. Этот человек здесь всего шесть дней¹, а уже знает, как зовут всех: не только игроков, но и женщину, которая разносит чай, офисного кота, охранников — всех».
Вот в этом весь Юрген Клопп. За это его все и любят. Он как никто умеет находить общий язык с людьми.
Два самых памятных матча
Я всегда говорю: мой любимый матч на «Энфилде» из тех, что я видел до начала работы здесь, — игра Кубка ярмарок в 1967 году, когда мы разгромили «Мюнхен 1860» со счётом 8:0.²
Мне говорят: наверное, соперник был совсем никакой. Да нет же — в ответной игре они нас обыграли. А тогда это было словно показательное выступление.
Что ни удар — всё залетало. Кроме одного момента: кажется, Томми Смит ближе к концу не попал в пустые ворота. Так что должно было быть девять. Но меня и 8:0 вполне устроило.
Чудесный матч. Смотреть такой футбол — чистое удовольствие.
А ещё мы обыграли грозный «Тоттенхэм» — 7:0, вскоре после чемпионата мира 1978 года. За них тогда уже играл Осси Ардилес.
Помню тот день ещё и потому, что воскресные газеты тогда выставляли игрокам оценки по десятибалльной шкале. Так вот, на следующий день все наши получили по десять из десяти.
Что для меня значит клуб
Всё. Моя жизнь, жизнь моей бедной жены и всей нашей семьи крутится вокруг футбольного клуба «Ливерпуль».
Сколько же времени я просидел у телевизора, следя за жеребьёвками еврокубков, Кубка Англии и всего остального! Вся моя жизнь вращается вокруг «Ливерпуля». И я страшно горжусь тем, что причастен ко всему этому.
Девять лет назад, на мой 65-й день рождения, Кенни Далглиш сказал по телевизору, что я — «часть истории и традиций этого клуба».
Мы с женой и родными как раз выбрались поесть, и вдруг на телефон стали одно за другим приходить тёплые сообщения. Я думаю: «Да что же он сказал?» А когда узнал, говорю: «Ну всё, теперь можете вывести меня и пристрелить. Лучше уже не будет».
Вот чем я запомнюсь людям. Я — Джордж Сэфтон, голос «Энфилда».
Думаю, кто-то наверху за мной присматривает. Всё в моей жизни случается удивительно вовремя.
Родился через девять месяцев после окончания войны. Учился в те времена, когда система образования, по моему скромному мнению, была куда лучше нынешней. Обязательный призыв я тоже не застал — разминулся с ним на пару лет. Люди ведь уже забывают, что такое было. А потом начал ходить на «Ливерпуль», кажется, недели через три после прихода Билла Шенкли.³
Так что я видел всё: годы славы, европейские триумфы — и так вплоть до сегодняшнего дня, когда с нами замечательный Юрген. Лучше и быть не могло.
Если бы мне, как пришельцу из космоса, предложили выбрать, в какое время здесь оказаться, я бы не придумал ничего лучше.
Моя жизнь — череда невероятных событий. Сколько раз я замирал и думал: «Как я здесь оказался? Стою в этом месте, разговариваю с этими людьми — да как вообще это случилось?»
Трое, с кем я хотел бы поужинать
Кенни, разумеется. Он ведь легенда во всех отношениях. Выиграл дубль тренером — в те времена, когда такой дубль действительно чего-то стоил.
Он до сих пор лучший футболист из всех, кого я видел на «Энфилде». Именно лучший футболист вообще, а не только среди игроков «Ливерпуля». Я бы ни на кого его не променял. Оставьте себе ваших Месси и Кройффов — я их всех видел, но Кенни для меня лучший.
Наверное, Джейми Каррагер. С ним было бы здорово. Только дай ему заговорить — и сиди слушай. Он великолепен.
Я безмерно им восхищаюсь: и за то, как он не щадил себя на поле, и за всё, чего добился потом, выстроив новую карьеру. Никогда бы не подумал, что он станет телевизионным экспертом, но он так здорово с этим справляется. Я-то был уверен, что он войдёт в тренерский штаб, а потом станет главным тренером.
Ну а третьим, пожалуй, снова назову Юргена. Очень хочется верить, что однажды мы сядем с ним за обедом или ещё где-нибудь и просто часок поговорим. Уж ему-то есть что рассказать.
Редакция This Is Anfield благодарит Джорджа за рассказ о своей жизни с «Ливерпулем» и приглашает следить за новыми материалами рубрики My Liverpool Life. Джордж в Twitter: @voiceofanfield.
Примечания к переводу
Клопп был назначен 8 октября 2015 года, а матч с «Рубином» состоялся 22 октября — через две недели. «Шесть дней» — так в оригинале; реплика стюарда сохранена.
В оригинале назван Кубок обладателей кубков. На самом деле матч с «Мюнхеном 1860» 7 ноября 1967 года проходил в Кубке ярмарок. Название турнира в переводе исправлено.
Шенкли был назначен 1 декабря 1959 года и приступил к работе 14 декабря. Первый названный Сэфтоном матч состоялся 30 января 1960-го — почти через семь недель после его прихода. Приблизительная оценка рассказчика сохранена.
Оригинал: https://www.thisisanfield.com/2020/06/a-succession-of-surreal-experiences-george-sephton-the-voice-of-anfields-liverpool-life/
О завершении работы Сэфтона: https://www.liverpoolfc.com/news/voice-anfield-george-sephton-retire-after-more-50-years
Перевод: t.me/nohayapuro
Комментарии