14 мин.
0

Худшая сборная России в истории. Тренировал Бышовец, а Ковтун забивал Черчесову

Рассказ Ильи Васильева.

О какой команде вы бы подумали при вопросе о худшей сборной России в истории?

Про сборную России Фабио Капелло, застывшую в нескольких шагах от непопадания на Евро-2016? Или о сборных Леонида Слуцкого и Станислава Черчесова, которые провалились на чемпионатах Европы против Уэльса (0:3) и Дании (1:4)? 

Но самой безнадежной сборной была Россия Анатолия Бышовца. Она проиграла в шести матчах подряд, показав худшие стороны нашего футбола в 1990-х.

Что с ней было не так?

Бышовец принял конфликтующую сборную

Главное впечатление о сборной России после распада СССР: в той команде никто не построил цельный коллектив. Руководители, тренеры и футболисты думали исключительно о себе, и никто не хотел уступать.

Первый громкий конфликт случился при подготовке к чемпионату мира 1994 года. Сборная России ментально раскололась после «Письма четырнадцати» и больше нервничала, чем играла и тренировалась. Последствия ощущались и при Олеге Романцеве, который возглавил сборную перед отбором на Евро-1996: подписанты и те, кто вместо них поехал на ЧМ-1994, смотрели друг на друга косо, игроки спорили с РФС из-за премиальных, а перед матчем с Италией даже угрожали не выйти на поле. Затем Романцев отстранил Сергея Кирьякова, отказавшегося выходить на замену против сборной Германии. После чемпионата Европы-1996 тренер заявил, что морально-нравственный климат сборной оставлял желать лучшего, обвинив в разладе Игоря Шалимова, Сергея Кирьякова и Дмитрия Харина. 

Дальше команду принял Борис Игнатьев, который помогал Павлу Садырину, а затем стал преемником Романцева и предшественником Анатолия Бышовца в сборной – тренеры, футболисты и функционеры переругались на его глазах. 

При Игнатьеве не стало спокойнее. В марте 1997-го Россия сыграла вничью на Кипре, после чего Игнатьев исключил из сборной Валерия Карпина и Александра Мостового. Главный тренер заявил, что хотел взбудоражить лидеров, чтобы они поменяли отношение к сборной. Публичный конфликт так и не удалось погасить до самого ухода Игнатьева из сборной. Позже тренер признал ошибку: стоило быть мягче. Карпин же считал, что решение о его невызове на самом деле принимал президент РФС: утверждал, что Вячеслав Колосков распоряжался не подпускать к сборной Кирьякова, Шалимова и Харина.

Сейчас в это сложно поверить, но когда-то сборная просто не могла собрать лучших для борьбы за попадание на чемпионат мира. Осенью 1997 года Игнатьев не знал, кто готов сыграть в стыковом матче против Италии. Например, Олег Веретенников сообщил Игнатьеву, что не приедет из-за травмы паха, но затем вышел за «Ротор» в матче со «Спартаком» за чемпионство, где усугубил повреждение. Валерий Есипов из «Ротора» должен был полететь в сборную вместе со спартаковцами, но остался в Волгограде из-за упущенного золота и ощущения недоверия в сборной. По словам Игнатьева, Егор Титов проигнорировал вызов в сборную из-за травмы, а главный тренер «Алании» Валерий Газзаев накануне важной игры сборной не согласился поберечь травмированного Игоря Яновского. Вдобавок лига не смогла перенести матчи на раннее время: между двумя стыками с Италией в России сыграли два тура. В итоге Россия проиграла в Неаполе и не попала на чемпионат мира-1998 (0:1).

«Долю вины за то, что не получилось в 1990-е, надо взять на себя нашему тренерскому сообществу. Упущения были, – объяснял Игнатьев. – Но уж больно много тогда было скептиков среди самих игроков. 

Они давали понять, что у нас в условном Манчестере и воздух другой, а что это тут по сравнению с условным Миланом за тренировки... А уж бутсы-то, бутсы! Совсем не было понимания, что отсюда ты вышел, вырос и поехал в ведущие лиги мира – и теперь, будь добр, что-нибудь верни. Не деньгами, а страстью. Вместо этого велись постоянные разговоры о качестве футболок, обуви. Это уводило в сторону».

В таком разбитом состоянии сборная России пришла к одному из идеологов «Письма четырнадцати» – Анатолию Бышовцу. Тренеру, с которым сборная развалилась окончательно.

Бышовец воевал с Романцевым и мечтал о базовом клубе сборной

Бышовец в своей книге «Не упасть за финишем» писал, что против его назначения выступал руководитель РФС Колосков: «Второй раз я возглавил национальную сборную вопреки его воле. Задача по своей схеме не изменилась, я хотел создать команду с прицелом на чемпионат мира 2002 года.

Колосков лоббировал кандидатуру Михаила Гершковича при поддержке Олега Романцева, так что столкновение интересов было гарантировано. После чемпионата Европы 1992 года Колосков произнес на совете федерации свою знаменитую среди сотрудников федерации фразу: «Пока я работаю, Бышовец никогда не будет возглавлять национальную команду». Мы с ним все равно при случае общались. Тем не менее это создало прецедент несовместимости в работе и отсутствия всякого сотрудничества. Но перед моим вторым назначением у нас состоялся довольно жесткий разговор, после которого мы согласились прекратить войну».

Новым противником Бышовца стал главный тренер «Спартака» Олег Романцев, который не всегда отпускал игроков в сборную. В августе 1998-го Бышовец запланировал селекционный сбор-знакомство, на котором ждал шестерых спартаковцев, но Романцев отказался их отпускать. Он объяснил, что «Спартаку» нужно готовиться к первому квалификационному матчу Лиги чемпионов с болгарским «Литексом». Впоследствии Романцев часто не отпускал игроков – например, на товарищеский матч с Испанией поехал только Дмитрий Хлестов, хотя Бышовец ждал Егора Титова, Андрея Тихонова и других игроков «Спартака».

Также Бышовца не устраивало отсутствие базового клуба для сборной: он мыслил еще по советским методичкам. После поражения от Украины в первом отборочном матче Бышовец заявил, что хочет готовить сборную, как соперник, который состоит из игроков киевского «Динамо» и использует отработанные связи.

Бышовец расширил эту мысль незадолго до своего увольнения: «Я уже не раз говорил, что буду создавать новую сборную, только если она будет формироваться по базовому принципу. Это означает, что сборная должна формироваться на базе какого-то клуба и ее интересы будут приоритетными. Это означает также, что у тренера должно быть время для работы с игроками. Для того, например, чтобы настроить их психологически, чтобы пробудить у них чувство патриотизма. Ведь именно с ним, этим чувством патриотизма, у нас были проблемы в последнее время».

План Бышовца был неосуществим. В 1998-м лишь «Спартак» мог считаться базовым клубом сборной России, но Бышовца туда приглашать никто не собирался. Авторитет Романцева был огромен.

Тренер «Спартака» неприкрыто ставил интересы клуба в приоритет, а легионеры не планировали срываться в Россию ради игры за сборную. 

В общем, Бышовец просил невозможное, так и не приспособившись к новой реальности. 

Игроки не понимали Бышовца

Хотя тренер начал с хорошего шага – вернул в сборную Карпина, Мостового, Шалимова, Харина, Канчельскиса, которые выпали из состава при Игнатьеве. Но тренер так и не нашел баланс, который подходил бы лидерам. Егор Титов вспоминал: «В Киеве Бышовец почему-то поставил шесть игроков оборонительного плана, заранее отдав инициативу украинцам. Играй тогда с первых минут Мостовой и Карпин, уверен, исход матча был бы другим».

Александр Мостовой рассказывал, что команда не понимала тренера: «Обстановка в команде была не идеальной: Бышовец пришел на смену Борису Игнатьеву и творил что-то непонятное – то был за нас, то был против».

Бышовец не стеснялся публично критиковать игроков: обвинял Аленичева и Мостового в нарушении игровой дисциплины из-за дриблинга вместо прострелов. Говорил, что Семак в ЦСКА и сборной – это разные люди. В книге он объяснял, что считал свою работу нормальной, однако игроки не добивались слаженности и не вовремя исполняли подкаты. 

Бышовец закончил главу про сборную такими словами: «С Хиддинком мы только здороваемся при встрече. Нам даже не нужно лишних слов, чтобы понять друг друга. Мы, как два мудреца, смотрим в глаза и прекрасно осознаем, что происходит». В общем, тренер вряд ли задумывался, что причина проблем может быть и в нем.

Надменность Бышовца негативно влияла на коллектив. Например, так испортились отношения между ним и Владиславом Радимовым: «В 1998-м он вызвал меня в сборную на товарищеский матч с Испанией. Игра в Гранаде. Говорит: «Завтра выйдешь в основе». Утром оглашает состав, а я на скамейке. Бышовец уточняет: «Второй тайм твой». В перерыве начинаю разминаться, переодеваюсь – и слышу: «Ты куда? Замен нет». 

Минут за пятнадцать до конца выпускает. На непривычную позицию переднего защитника. Испанцы вдесятером, ведут 1:0, стоят сзади всей командой. Мы пытаемся их дожать, сравнять счет, но никак. А на следующий день сцена в аэропорту. Я возвращаюсь в Сарагосу, сборная чартером в Москву. Подходит Бышовец: «Надо, чтобы из-под колес не пыль, а искры летели!» Я прифигел. Мало того, что не дал толком сыграть, по-человечески ничего не объяснил, так еще и обвинил черт-те в чем!»

Пять игровых наблюдений о сборной Бышовца

1. В дебютном официальном матче Бышовец удивил оборонительным настроем против сборной Украины. Он выставил шесть оборонительных защитников в Киеве (Онопко вышел в центре поля). Атаковать могли только Семак, Аленичев, Канчельскис и Колыванов. 

Команда Йожефа Сабо шла вперед большими силами и оборонялась малыми, а Россия припарковалась, не боролась за инициативу и не пыталась наказать Украину за смелую расстановку. Показательная тактическая особенность: Россия вышла в пять защитников и выставила фланговых латералей, а Украина использовала четверку защитников. При выносах от своих ворот фланговые игроки Яновский и Минько сборной России располагались очень низко, почти не переходя на чужую половину, а украинские крайние защитники не боялись атаковать, хотя латерали в пятерке защитников могут действовать смелее, чем оборонительные игроки в четверке.

Россия ожила только после выхода Мостового и Карпина во втором тайме. 

2. В матче против сборной Франции Россия неплохо атаковала благодаря спартаковскому блоку: очень хорошо двигались Тихонов, Аленичев и Титов. Некоторые комбинации были даже изящнее идей Зинедина Зидана.

3. Россия оставалась жутко неорганизованной и часто пропускала по глупости. Хаос шел от стартовых идей и замен Бышовца. Самый явный пример – странности против Исландии. Например, Мостовой вышел ложной девяткой против габаритной обороны. Это мешало контратаковать и бороться за выносы. Атакующий латераль Тихонов получил травму, вместо него вышел опорник Алексей Игонин, хотя в центре полузащиты и так играл дисциплинированный Алексей Смертин – из-за этого на фланг перешел полузащитник Игорь Шалимов, который не блистал скоростью. Смертин заканчивал матч на позиции Карпина справа в атаке – оттуда Алексей и заработал удаление. Круговерть похлеще хамелеона Гильермо Абаскаля.

4. Конечно, эпизодически России не везло. Она была не слабее Исландии, создавала моменты против Франции – если бы не нелепые пропущенные голы, могла набрать минимум два очка. Возможно, ничья с чемпионами мира придала бы уверенности команде Бышовца.
Вот примеры пагубных ошибок.

● Нелепый пас Ковтуна на Харина оставил Россию в меньшинстве, хотя сборная приободрилась после появления Мостового (2:3). 

● Сергей Семак, вышедший направо против Франции, повелся на ложное забегание Алена Богоссяна (2:3).

● В гостевом матче с Исландией (0:1) Ковтун забил Черчесову. Лучше всего этот момент прокомментировал Мостовой: «Мы владели преимуществом, но не могли забить. В перерыве Бышовец нам говорил: «Ребята, прибавляйте, старайтесь забить!» Вот Юрка Ковтун и забил». Еще сказалось несправедливая вторая желтая карточка Смертина на 75-й минуте: защитник сборной Исландии явно ударил его по ноге, но судья посчитал, что Алексей симулировал. 

5. Матч против Бразилии – пик несерьезного отношения сборной в 1990-х. Эта игра никому не была нужна: РФС задолжал товарищеский матч за встречу в августе 1996-го, пришлось отрабатывать поездкой в Форталезу.

От просмотра той игры двоякие впечатления. Эпизодически Россия разыгрывала неплохие комбинации, хотя вышла третьим-четвертым составом – 11 футболистов дебютировали за сборную (8 из них за нее больше не играли). Но Бразилия вообще не напрягалась и играла в пляжный футбол.

«Спартак» не отпустил игроков из-за подготовки к Лиге чемпионов. Легионеры из других чемпионатов не приехали. Чемпионат России уже закончился, и игроки отправились в Бразилию с чемоданными настроениями. Логистика была ужасной: россияне добирались до Бразилии 32 часа, а перелет был настолько трудным, что игроки не могли надеть бутсы из-за распухших ног.

***

В 1990-х сборная России погрязла в противоречиях. Новое поколение футболистов увидело жизнь в европейских чемпионатах, а российские тренеры и руководство отставали от реальности.

Ссорились не только из-за денег. Наиболее неудачливым героем стал Бышовец, который поучаствовал в «Письме четырнадцати», а затем провалился со сборной, проиграв в шести матчах подряд.

Сборная Павла Садырина, несмотря на конфликты, отобралась на чемпионат мира в США в 1994-м. Олег Романцев уверенно вышел на Евро-1996 и поставил хороший футбол в 1999-м. Сборную Бориса Игнатьева убил судья Вацлав Крондль в матче против Болгарии, а в стыковых матчах против Италии помешали внутренние противоречия. 

Сборная Бышовца играла в очень слабый футбол: тренер не определился с составом, ныл из-за невозможности собрать базовый клуб для сборной, видел проблемы в других и написал худшие страницы в истории сборной России.

Оставьте послание сборной России, которое увидит целый стадион

Фото: РИА Новости/Игорь Уткин, Владимир Федоренко, Владимир Родионов; Gettyimages.ru/Martin Rose/Bongarts