В детстве я увлекался чтением Большой детской энциклопедии. Той самой, болотного цвета, с золотым тиснением. Ну, не всех прям томов. Больше всего я читал те, где описывались восстание Спартака, этруски и Георги Кастриоти Скандербег.
Я до сих пор не знаю, что означает по-этрусски «Ми мулу мулумрезили млах», но всегда повторяю эту фразу в минуту какой-то сильной озадаченности.
Точно так же запали навсегда в память заклинания, отгоняющие демонов, из рассказа Роберта Шекли «Призрак-5»: Альфойсто, Регнастикио и самое эффективное - Вуоршпельхапилио!
Про албанцев я начитался очень давно, и этот древний народ никогда не сдаётся. Албанцев традиционно связывают с древними иллирийцами, которые всегда вызывали у меня симпатию, начиная с участия в восстании Спартака и далее, до Средних веков, - из-за своего главного героя, Скандербега.
Стало быть, пришло время чуть-чуть рассказать про три их главных принципа поведения: канун - этический кодекс, беса - верность слову (а слово албанца твёрже камня) и, конечно, буррния - культ мужественности.
Начну с буррнии - это известное в спортивной аналитике и среди болельщиков культурное наблюдение. Оно напрямую связано с национальным менталитетом, воспитанием и этическими кодексами.
В то время как «югославская школа» футбола (сербы, хорваты, черногорцы) исторически славилась футбольной хитростью - лукавством, умением спровоцировать соперника, затянуть время или заработать фол ради результата, — албанские футболисты воспитываются в жёстком презрении к симуляциям. Они не тупые - они такие. Они не хитрят.
Это поведение напрямую диктуется их кодексом чести и культурными факторами. Burrnia - кодекс истинной мужественности, стойкости и чести у албанцев. Симулировать боль, кататься по траве без реальной травмы или выпрашивать у судьи пенальти с точки зрения албанских традиций - это проявление слабости, трусости и унижение собственного достоинства.
Для шкиптара (таково их самоназвание) - сына орла (а «шкиптар» означает именно это) - победа, добытая через симуляцию и обман, считается позорной. Футболист, который «ныряет», позорит не просто себя, а свою семью и фамилию перед общиной.
Традиционный кодекс законов - Канун - веками воспитывал в албанцах культ силы и нерушимости и недопустимость роли «жертвы».
В этой ментальности мужчина не может публично показывать слабость или изображать из себя жертву. На футбольном поле это проявляется буквально: если албанского игрока бьют по ногам, его естественная, заложенная культурой реакция - устоять на ногах любой ценой и продолжить борьбу. Вспомните Гранита Джаку. Он не случайно везде капитан. Он не сдаётся. Он проигрывает и удаляется, но не хитрит.
Для такого, как он, упасть добровольно и изобразить муку - значит признать, что соперник тебя сломал, что недопустимо. Специфика этого воспитания отражается и на диаспоре. Многие ключевые игроки сборных Албании и Косово родились или выросли в семьях иммигрантов в Швейцарии, Германии или Австрии. Албанское присутствие в швейцарском футболе вообще поразительно велико. Они давно пример для склонных к изнеженности европейских мужчинок.
В их семьях сохранялись строгие патриархальные албанские традиции, где мальчиков воспитывали воинами. А воины нужны всегда - особенно если они прошли через европейские футбольные академии. Сочетание швейцарской и немецкой игровой дисциплины и врождённого албанского характера породило тип игроков, которые играют предельно жёстко, прямолинейно, но честно.
А вот теперь особенно интересно. Контраст с югославской школой. Футбольные традиции народов бывшей Югославии совершенно другие.
Там всегда ценился так называемый «виц», а в игре - импровизация, хитрость, умение переиграть соперника не только физически, но и ментально, включая мелкие провокации и артистизм.
Для обобщённого югослава симуляция, которая принесла команде пенальти и победу, - это признак ума и футбольной зрелости, так называемой «игровой хитрости».
Для албанца - это дешёвый трюк, недостойный мужчины. Именно поэтому матчи между албанскими и косовскими игроками и югославскими всегда проходят в режиме физического и ментального напряжения - это не просто футбол, а столкновение двух принципиально разных философий ведения борьбы.
Албанцы - древний народ и в то же время очень молодой. Ещё 20 лет назад албанское общество было самым молодым в Европе, а высокая рождаемость стала одним из факторов невероятного увеличения демографического присутствия албанцев на Балканах. Современные албанки много рожают - у них есть миссия: они рожают солдат. Свою землю они никому не отдадут. Именно женщины. Именно с женщин началось албанское глобальное выживание. Албанская биологическая экспансия на Балканах. У них два государства сейчас, плюс огромная и довольно агрессивная европейская диаспора. Недавно рождаемость упала, но результат предыдущего демографического цикла уже никуда не делся.
В совокупности с кодексом чести их мужчин-воинов, которые всегда держат слово, отвечают за «базар» и никогда не предают, этот код выживания албанцев, он, знаете ли, весьма успешен и вызывает уважение.
Шкиптары-гэги - северяне, и среди них есть католики. Католиком, скорее всего, был Скандербег, пока не принял ислам. Шкиптары-тоски - южане, и они православные. Среди них сильно греческое влияние. Более того, албанские греки стали играть за сборную Албании. Есть такой футболист Ставро Пило. Добавьте «с» - получится грек.
Но в основном шкиптары - мусульмане-сунниты.
После османского завоевания значительная часть албанцев постепенно перешла в ислам. Особенно интенсивно этот процесс шёл в XVI–XVII веках.
Все ради родной земли, из-за которой терпеть религиозные притеснения не хотели. Земля или религия? Ответ - Земля.
Кроме того, ислам больше отвечал принципам биологического выживания, давал мужчинам больше возможностей - иметь больше детей и большую семью, и при этом ограничивал их во вредных привычках, таких как алкоголизм, который с биологической экспансией несовместим.
Албанцы пережили коммунистический режим, переживут нашествие зятя Трампа - они переживут всё. И да, у них, видимо, начался лучший сезон в их многовековой истории.
Комментарии