Эмин Ширинов — футбольный агент и консультант, пришедший в профессию через скаутинг и работу с молодыми игроками, автор телеграм-канала «Футбольный Консильери». Сегодня он работает с футболистами и клубами, помогает выстраивать карьерные траектории и оценивает игроков не только по их качествам на поле, но и по характеру, мышлению и готовности к профессиональному футболу. В интервью мы поговорили о его пути в индустрии, внутренней кухне агентской работы, трансферах, детско-юношеском футболе, роли родителей, международном рынке и о том, каким он видит российский футбол и новый сезон РПЛ.
Для меня это интервью получилось немного личным. Когда-то я сама начинала путь в спортивной журналистике и очень хотела однажды взять большое интервью у человека из футбольной индустрии. До такого разговора тогда так и не дошло — я ушла дальше в учёбу и сосредоточилась на получаемой профессии спортивного PR-специалиста. Поэтому возможность наконец поговорить с человеком, который находится внутри футбола и видит его не только со стороны трибун, для меня стала своего рода возвращением к тому самому незакрытому гештальту.
Как попасть в футбол. Путь Эмина
— Эмин, давай начнём с самого начала: что вообще привело тебя в футбол и в какой момент ты понял, что хочешь связать с ним профессиональную жизнь?
—Я футбол люблю с детства. Первый чемпионат мира посмотрел лет в шесть-семь, и дальше эта история уже никуда не уходила. А примерно лет через десять я понял, что мне мало просто смотреть футбол — я хочу быть внутри него, работать в этой сфере, расти и становиться сильнее как специалист. Тогда и появилось понимание, что футбол для меня — это уже не просто увлечение.
— Что сильнее всего повлияло на этот выбор — конкретные люди, футбольные истории, собственный опыт или постепенно появившееся понимание, что тебе интересно находиться именно внутри футбольной индустрии?
— Наверное, одного конкретного человека здесь нет. Понятно, что я смотрел на таких людей, как Хорхе Мендеш, Мино Райола — светлая ему память. Это большие фигуры в профессии. Но, если говорить совсем честно, в какой-то момент меня сильно зацепил сериал «Ballers» с Дуэйном Джонсоном. Там по-своему показана внутренняя кухня спортивного бизнеса: переговоры, отношения со спортсменами, ответственность. И я поймал себя на мысли, что мне очень интересно оказаться именно по эту сторону футбола.
— Когда в твоём пути впервые появилась агентская деятельность и как вообще произошёл этот переход?
— Начал я в конце 2020 года со скаутинга. Помогал одному агенту, ездил на матчи клубной лиги, смотрел игроков. Со временем понял, что хочу делать больше, чем просто находить футболистов. Хотелось уже самому участвовать в их карьерных решениях, общаться с клубами, брать на себя ответственность. Потом в 2021–2022 годах я служил в армии, а в 2023-м вернулся и решил попробовать идти самостоятельно уже в агентской работе.
— Ты успел посмотреть на футбол с разных сторон — через скаутинг, клубную среду и агентскую работу. Что тебе дал этот опыт и изменился ли после него твой взгляд на футбол?
— Честно говоря, я не очень люблю слово «опыт». Но навыков всё это дало очень много. Я увидел изнутри, как живут клубы Второй лиги и РПЛ, и понял, что разница между ними действительно огромная — прежде всего в подходе, ресурсах и уровне организации.
При этом у клуба и агента изначально немного разные задачи. Агент думает об интересах футболиста, о его следующем шаге, переговорах, иногда о личном бренде. Клуб в первую очередь думает о спортивном результате и о том, как игрок поможет команде. Это нормально. Главное, чтобы в итоге все помнили, ради чего вообще находятся в этой индустрии — ради футбола.
Если смотреть на зарубежный футбол, там давно понимают: футболист — это не только человек на поле. Это ещё медийность, коммерческие проекты, имя, которое может работать и после завершения карьеры. В России в этом плане ещё есть куда расти. Мне кажется, агенту важно думать не только о следующем контракте игрока, но и о том, что у него останется после футбола и куда он сможет двигаться дальше.
Как работает агент
— Если убрать все стереотипы, чем на самом деле занимается футбольный агент каждый день? Что из этой работы практически никогда не видит болельщик?
— Это вообще мой любимый вопрос, особенно когда слышишь фразу «агенты — зло футбола». Понятно, что в профессии, как и везде, есть разные люди. Но делать вывод обо всех агентах по одному-двум громким случаям точно неправильно.
Большая часть нашей работы просто не видна со стороны. Ты постоянно смотришь рынки, матчи, оцениваешь игроков, общаешься с футболистами, тренерами, родителями, клубами. Иногда весь день проходит в звонках и переписках, и со стороны кажется, что ничего не произошло. А на самом деле ты весь день двигал несколько историй, которые могут выстрелить только через месяц или вообще через полгода.
Я всегда говорю, что коммуникация — это процентов 50 агентской работы, а может и больше. Если ты не умеешь разговаривать с людьми, слышать их и договариваться, тебе будет очень тяжело. Мне нравится мысль Ли Якокки о том, что управление — это прежде всего искусство коммуникации. В нашей работе это очень чувствуется.
— Как ты понимаешь, что с конкретным футболистом действительно стоит начинать работать? На что смотришь помимо его игровых качеств?
— У меня есть свои критерии, но все раскрывать не буду — пусть что-то останется профессиональным секретом. Если в двух словах, мне очень важна ментальная часть.
Я смотрю, как футболист думает на поле, как принимает решения, как ведёт себя после ошибки, что делает в сложный момент. Понятно, что техника, скорость, статистика тоже важны. Но можно быть очень талантливым и при этом просто не вывезти взрослый футбол головой. Поэтому для меня характер и мышление игрока значат очень много.
— Должен ли хороший агент сам быть хорошим скаутом или это всё-таки разные специалисты?
— Я считаю, что скаутская база агенту очень помогает. Не обязательно каждый агент должен быть профессиональным скаутом, но если ты сам прошёл через просмотры и оценку игроков, ты намного лучше понимаешь, кого вообще предлагаешь клубу и почему.
Футбол ведь не сводится только к цифрам и нарезкам. Его нужно смотреть, чувствовать, понимать, что происходит с игроком и командой. Иногда на бумаге всё красиво, а смотришь матч — и видишь совсем другую картину.
И при всём этом для меня главное в агенте всё равно не скаутские навыки. Главное — быть порядочным человеком, человеком слова, чести и достоинства. Мы с моим партнёром оба начинали со скаутинга, а потом пришли в агентскую работу, поэтому я точно могу сказать: эта школа очень многое даёт.
— Бывает ли, что ты видишь талантливого футболиста, но понимаешь, что работать с ним сейчас не стоит? Что может стать причиной такого решения?
— Конечно, и таких ситуаций много. Особенно когда футболисту 16–17 лет. Ты можешь видеть в нём талант, но понимать, что сейчас лучше не торопиться.
Иногда хочется ещё посмотреть, как он будет выглядеть против старших, как будет реагировать на более серьёзную конкуренцию. Бывают и юридические моменты, связанные с клубом или действующими договоренностями.
Плюс до 18 лет огромную роль играют родители. И это нормально — это их ребёнок. Но иногда родители из лучших побуждений начинают слишком сильно его оберегать и в итоге сами тормозят развитие. Здесь, на мой взгляд, нельзя давить. Нужно спокойно объяснять, какие есть варианты и риски. А иногда действительно лучше подождать, чем пытаться любой ценой сделать шаг прямо сейчас.
— Насколько важно агенту уметь говорить своему клиенту неприятную правду, если тот переоценивает себя или принимает не лучшее для своей карьеры решение?
— Обязательно. Если ты боишься сказать игроку неприятную правду, тогда непонятно, зачем ты ему вообще нужен. Агент — это не человек, который должен постоянно говорить: «Ты лучший, всё отлично».
Иногда надо прямо сказать: «Сейчас ты не готов», «в этом клубе ты, скорее всего, не будешь играть» или «да, денег предлагают больше, но спортивно это может быть плохой шаг». Понятно, что такие разговоры никому не нравятся.
Но в отношениях игрока и агента без честности никак. Я вообще считаю, что лучше один раз сказать человеку неприятную правду, чем потом вместе разбираться с последствиями красивой лжи.
— Почему у футбольных агентов такая неоднозначная репутация? Что в стереотипах про агентов действительно имеет основания, а что сильно преувеличено?
— Мне кажется, потому что люди обычно видят агента только в громких историях: конфликт, сорванный трансфер, разговоры про деньги, проценты. А то, что происходит каждый день, никто не видит — поездки, просмотры, звонки, переговоры, разговоры с игроками и клубами.
Конечно, есть люди, которые приходят в эту профессию только ради быстрой выгоды. Глупо делать вид, что такого нет. Но это не значит, что вся профессия такая.
На самом деле агентская работа очень нервная и кропотливая. Особенно во время трансферного окна — там реально часы тикают. Сегодня у тебя почти всё согласовано, завтра ситуация поменялась. Поэтому, как по мне, в этой профессии главное — репутация. Её строишь долго, а потерять можешь за один поступок.
— Как ты считаешь, где проходит граница между интересами футболиста и интересами самого агента? Бывает ли конфликт интересов?
— Конфликт интересов, конечно, бывает. Это нормальная рабочая ситуация. Но для меня главный ориентир простой: в первую очередь решение должно быть полезно самому футболисту и его карьере.
Понятно, что агент может видеть ситуацию одним образом, игрок — другим, клуб — третьим. И вот здесь начинается настоящая работа: разговаривать, объяснять свою позицию, искать компромисс.
Мне кажется, именно в таких моментах и видно уровень специалиста. Когда всё хорошо, договориться легко. А вот когда есть давление, разные интересы и эмоции — тогда уже проверяется и стрессоустойчивость, и умение сохранить нормальные отношения со всеми сторонами.
Что не так с молодёжным футболом?
— Что сегодня тебя больше всего беспокоит в российском детско-юношеском футболе?
— Для меня это достаточно болезненная тема, потому что вопросов там много — начиная с людей, которые руководят академиями, и заканчивая тем, как вообще работают с детьми.
Я убеждён, что академией должны руководить люди, которые любят и футбол, и детей. Детский футбол — это всё-таки в первую очередь эмоции, развитие, радость от игры. Ребёнок должен хотеть идти на тренировку, а не воспринимать её как наказание.
Отдельная тема — детские тренеры. Для меня детский тренер — это в каком-то смысле призвание, почти как врач. Он должен уметь стать для ребёнка наставником: где-то старшим братом, где-то авторитетом, иногда и второй взрослой опорой. Когда тренер разговаривает с детьми только криком и матом, у меня возникает вопрос: а понимает ли он вообще, с кем работает?
И ещё один момент: очень много ребят заканчивают с футболом в 17–18 лет. Понятно, что не каждый обязан стать профессионалом, кто-то просто находит себя в другом. Но мне бы хотелось, чтобы даже в таком случае человек выходил из академии с нормальным отношением к футболу, а не с ощущением, что несколько лет жизни его просто выжали.
— Почему одни талантливые ребята доходят до взрослого футбола, а другие теряются еще на уровне академий?
— Я бы сказал — ментальность. Талант в детском футболе может очень многое закрыть, а во взрослом футболе одного таланта уже мало.
Кто-то спокойно принимает конкуренцию, может пережить несколько матчей на скамейке и продолжать работать. Кому-то нужно больше времени, чтобы привыкнуть к взрослой нагрузке и ответственности. А кто-то в этот момент просто ломается психологически.
И это не значит, что один хороший, а другой плохой. Все развиваются по-разному. Просто переход во взрослый футбол — это тот момент, где характер начинает играть огромную роль.
— Чего сейчас больше всего не хватает детским тренерам?
— На мой взгляд, многим не хватает своей идеи. Тренер всё-таки должен быть личностью. У него должно быть понимание, какой футбол он хочет ставить, что он хочет развивать в игроках, зачем делает те или иные упражнения.
Плюс нужно постоянно учиться. Футбол меняется очень быстро. Если тренер пять лет работает по одному и тому же конспекту и ничем больше не интересуется, рано или поздно он просто отстанет.
И для детского тренера, как мне кажется, главный показатель — не сколько турниров он выиграл в 12–13 лет, а сколько его ребят потом смогли сделать следующий шаг и не потеряться.
— Насколько сильно родители влияют на карьеру молодого футболиста? Где заканчивается поддержка и начинается вмешательство?
— Родители влияют по-разному. Есть те, кто сами играли в футбол или хорошо понимают, как работает эта система. Есть родители, которые вообще далеки от футбола. И то, и другое нормально. Главное, чтобы ребёнок чувствовал поддержку.
Проблема начинается, когда поддержка превращается в постоянное вмешательство: почему не поставили в состав, почему играет другой, почему тренер делает так, а не иначе. Ещё хуже — когда ребёнка после каждого матча начинают сравнивать с кем-то.
Критика может быть, но она должна помогать, а не убивать уверенность. Фраза «вот тот парень сегодня был лучше тебя» редко даёт что-то хорошее. У каждого свой путь и свой темп. Мне нравится выражение: у каждого самурая свой путь, но бусидо один. В футболе примерно так же.
— Бывает ли, что именно окружение становится главным препятствием для развития молодого игрока?
— Ещё как. Окружение вообще очень сильно влияет на молодого игрока. На его отношение к режиму, работе, деньгам, тренировкам — буквально ко всему.
Фраза «скажи мне, кто твои друзья, и я скажу, кто ты» здесь часто работает. Если вокруг тебя люди, которые сами хотят чего-то добиться, держат дисциплину и не дают расслабляться, это одно. А если все вокруг живут с мыслью «да нормально, и так сойдёт», очень легко остановиться.
Понятно, что идеальное окружение никто тебе не выдаст вместе с контрактом. Это тоже часть взросления. Но чем раньше игрок поймёт, насколько важно правильно выбирать людей рядом с собой, тем лучше для его карьеры.
Реальные истории
— Ты рассказывал про Георгия Кобахидзе, с которым начал работать ещё на уровне ЮФЛ ЦСКА. Что ты увидел в нём тогда и почему решил, что за этим игроком стоит следить?
— Георгий мне сразу был интересен как молодой, прогрессирующий футболист. Было видно, что у него есть качества и запас для роста. Поэтому хотелось не просто посмотреть один матч и забыть, а следить за ним дальше.
Для меня эта история ещё и личная, потому что Георгий стал моей первой находкой в агентстве, где сейчас я работаю футбольным консультантом. Конечно, приятно видеть, что парень, которого ты заметил ещё в ЮФЛ, сейчас уже играет во взрослом футболе. В такие моменты понимаешь, зачем вообще тратишь столько времени на просмотры.
— Сейчас он уже играет во взрослом футболе в Грузии. Что меняется в работе агента, когда футболист проходит путь от ЮФЛ к профессиональному футболу?
— В первую очередь меняется общение. Ты уже разговариваешь не с ребёнком из академии, а со взрослеющим парнем, который сам начинает понимать, чего хочет и какие решения ему нужно принимать.
И сами вопросы становятся другими. В академии ты обсуждаешь развитие, возможный переход, где ему будет лучше расти. Во взрослом футболе уже речь про профессиональный контракт, игровое время, роль в команде, деньги, следующий клуб.
То есть футболист взрослеет — и вместе с ним взрослеет сама работа агента.
— С Николаем Зириковым ты начал работать уже в «Динамо» Санкт-Петербург. Чем работа с более сформировавшимся футболистом отличается от работы с совсем молодым игроком?
— Коля — мой первый клиент, когда я уже начал работать самостоятельно. Поэтому для меня эта история, конечно, особенная. У нас хорошие человеческие отношения, мы практически каждую неделю общаемся, и я действительно благодарен ему за доверие.
Со взрослым, уже сформировавшимся футболистом просто другой уровень разговора. Он понимает внутреннюю кухню, знает, что такое конкуренция, контракт, игровая практика. Ты уже можешь обсуждать с ним конкретно: какой тренер подходит, где будет шанс играть, что даст переход, а где красивое предложение только на бумаге.
То есть здесь уже меньше истории про опеку и больше нормального взрослого партнёрства.
— У Зирикова довольно нестандартная карьерная траектория. Насколько вообще в футболе опасно пытаться строить карьеру строго по прямой — академия, большой клуб, еще больший клуб?
— Я вообще не верю, что футбольную карьеру можно нарисовать как прямую линию: академия, большой клуб, потом ещё больше. Так почти не бывает. У меня есть своя фраза: жизнь как курс валют — никогда не знаешь, что может произойти в последний момент. В футболе это работает один в один.
Сегодня у тебя один тренер и ты играешь, завтра тренер меняется — и всё начинается заново. Может измениться схема, конкуренция на позиции, руководство, жизненные обстоятельства. Иногда переход в клуб попроще даёт тебе больше, чем громкое название, потому что там ты хотя бы играешь.
Поэтому я бы смотрел не на вывеску следующего клуба, а на то, поможет ли этот шаг футболисту реально стать сильнее.
— Если взять Алексея Усанова, который уже успел попробовать себя в РПЛ, а затем продолжил карьеру на другом уровне: как агент помогает игроку перестроиться, когда реальная траектория оказывается не такой, как ожидалось?
— С Алексеем мы знакомы давно, у нас уже скорее дружеские отношения. В этой ситуации ему просто нужна была помощь с поиском нового варианта, и я решил подключиться.
До этого он играл в Первой лиге Беларуси, и я считал, что российская Вторая лига по уровню и возможностям для него сейчас интереснее. Так совпало, что «Череповец» искал игрока на его позицию, и я предложил Алексея.
Там всё довольно логично сложилось: тренер из Петербурга, сам город недалеко от Петербурга, где живёт Алексей, плюс возможность получать практику. А ему как раз нужна была перезагрузка. Иногда футболисту не нужен какой-то громкий переход — ему нужно место, где он снова начнет регулярно играть.
— Был ли в твоей практике случай, когда ты сам ошибся в оценке футболиста — переоценил его или, наоборот, сначала не разглядел потенциал?
— Конечно, ошибался. А кто не ошибается? Особенно в начале карьеры. Это нормальная часть работы.
Бывает, что кого-то переоцениваешь, бывает наоборот — не сразу видишь потенциал. А иногда вообще другая история: ты долго следишь за игроком, общаешься с ним ещё с ЮФЛ или МФЛ, вкладываешь время, а потом он выбирает другого агента. Поначалу это, конечно, неприятно.
Но потом начинаешь спокойнее к этому относиться. Это футбол, это рынок, у игрока есть право выбора. Главное — самому понимать, где ошибся, и не наступать постоянно на одни и те же грабли.
Трансферы и международная работа
— Как на самом деле начинается трансфер: что происходит от первого интереса клуба до подписания контракта?
— Я это называю case by case (прим. — от случая к случаю), потому что двух одинаковых трансферов почти не бывает. Но общая схема, конечно, есть.
Обычно ещё до трансферного окна мы общаемся с клубами и понимаем, кого они ищут и на какие позиции. Если у нас есть подходящий футболист, предлагаем его. Если клубу интересно, начинается уже предметный разговор по условиям.
Дальше нужно, чтобы всё сошлось: желание игрока, условия контракта, договоренности клубов, документы, медосмотр. И только после этого появляется та самая фотография с шарфом. Болельщик видит финальные пять минут этой истории, а вся основная работа проходит до этого.
— Что чаще всего остаётся за кадром в трансферных переговорах и из-за чего уже почти готовая сделка может сорваться?
— Сорваться может вообще по чему угодно. Игрок не прошел медкомиссию, у клуба внезапно поменялся бюджет, появился другой вариант, тренер передумал, возникли семейные обстоятельства.
Я, например, слышал историю, когда футболист в итоге не полетел в Россию просто потому, что его жене не понравилась сама идея жить здесь. Видимо, сработали какие-то старые стереотипы — будто у нас до сих пор медведи по центру города ходят.
Поэтому я вообще осторожно отношусь к словам «всё, трансфер готов». Пока контракт не подписан, готово ничего не бывает. В футболе всё может поменяться буквально за один день.
— Есть ли принципиальная разница между работой агента с российскими клубами и работой на международном рынке?
— Да, разница большая. Когда начинаешь работать с зарубежным рынком, сразу чувствуешь другую деловую культуру, другой стиль общения и переговоров. Где-то иначе относятся к срокам, где-то к документам, где-то к самому агенту.
Но мне лично международная работа больше всего даёт именно в плане мышления. Ты начинаешь смотреть шире и понимать, что у игрока есть варианты не только внутри одной страны или одной лиги.
Понятно, что сначала это немного непривычно, но именно такие вещи и двигают тебя вперёд как специалиста.
— Почему, на твой взгляд, молодые российские футболисты сейчас не так активно едут за рубеж?
— Мне кажется, главная причина — зона комфорта. Здесь всё привычно: язык, семья, друзья, быт, клубы. А за границей надо ехать в неизвестность и заново всё доказывать.
Не каждый молодой футболист ментально к этому готов. Плюс другая культура, климат, требования, конкуренция. Иногда проще остаться там, где тебе уже всё понятно.
Но я не считаю, что уезжать нужно просто ради галочки «играл за рубежом». Если есть реально хороший спортивный вариант — тогда да, иногда стоит рискнуть. Без перемен роста тоже часто не бывает.
— А почему за границу сравнительно редко уезжают уже состоявшиеся игроки из РПЛ?
— Здесь всё довольно просто: деньги и страх потерять то, что уже есть.
Состоявшийся игрок в РПЛ уже имеет статус, нормальный контракт, понятное место в команде. А за рубежом ему, возможно, придётся начинать заново и ещё не факт, что финансово условия будут лучше.
Плюс есть обычный человеческий страх: а вдруг не заиграю, не адаптируюсь, тренер перестанет доверять? Чем комфортнее игроку здесь, тем сложнее решиться на такой шаг.
— Бывает ли, что спортивно лучший вариант для футболиста — не самый выгодный финансово? Как агент принимает такое решение?
— Конечно. И такие ситуации бывают постоянно. Самый выгодный контракт далеко не всегда самый полезный для карьеры.
Один клуб может дать больше денег, но ты там будешь сидеть. Другой даст меньше, зато тренер реально хочет тебя видеть и готов давать игровое время. И вот здесь уже нужно смотреть не только на цифру в контракте.
Мы обсуждаем это с игроком и смотрим, что даст конкретный шаг через год-два. Иногда действительно нужно сделать один шаг назад, чтобы потом сделать три вперёд. Деньги важны, но если из-за них футболист перестаёт развиваться, в долгую он может потерять намного больше.
Про РПЛ и новый сезон
— Новый сезон только начался. Что тебе уже успело броситься в глаза по старту РПЛ? Есть команда, которая приятно удивила или, наоборот, пока разочаровывает?
— Я вообще стараюсь не делать больших выводов после первых туров. Сезон только начался: кто-то ещё набирает форму, кто-то притирает новичков, тренеры ищут сочетания.
Пока мне нравится, как выглядит «Родина». Они без какого-то огромного количества трансферов стараются выжимать максимум из того состава, который есть. Где-то получается, где-то нет — это футбол. Но победа над «Зенитом», конечно, была яркая и многое показала.
— Если смотреть на РПЛ глазами человека, который работает с игроками и клубами: кто, на твой взгляд, лучше всего проводит летнюю трансферную кампанию?
— Пока тяжело выбрать кого-то одного. Трансферное окно ещё идёт, и сейчас можно очень красиво объявить новичка, а потом окажется, что он вообще не подходит команде.
Для меня хороший трансфер — это когда клуб понимает, зачем конкретно берёт футболиста. Не просто потому, что имя красивое или он свободный агент, а потому что он нужен тренеру, подходит под стиль и закрывает конкретную проблему.
Поэтому я бы дождался хотя бы половины сезона. Тогда уже будет понятно, кто реально усилился, а кто просто хорошо провел презентацию новичков.
— Есть ли сейчас молодой российский игрок, за которым ты бы особенно советовал следить в этом сезоне?
— Я бы точно посоветовал следить за братьями Касаджиковыми. Я их смотрю ещё со времён СШОР «Зенит», и мне нравится, как они развиваются. Думаю, могут стать заметными молодыми игроками РПЛ.
Ещё мне интересен Егор Назаренко, воспитанник московской академии «Динамо». Вообще всегда интересно смотреть именно на молодых ребят, которые начинают получать минуты во взрослом футболе. Вот там уже быстро видно, кто готов переносить свои качества на серьезный уровень.
— Давай зафиксируем прогноз: кто станет чемпионом, кто удивит больше всего и кто может стать главным разочарованием сезона?
— Если прямо сейчас фиксировать прогноз, то чемпионом я поставлю «Зенит». Удивить, на мой взгляд, могут «Родина», «Рубин» и «Оренбург». Мне кажется, у них есть шанс провести сезон лучше, чем многие ждут. А из возможных разочарований назову «Факел». Пока старт у них выглядит тяжеловато. Но это футбол: сегодня мы даём прогноз, а через пару месяцев всё может перевернуться.
***
Телеграм-канал Эмина — здесь
Телеграм-канал интервьюера — здесь
***
Комментарии