20 октября 1982 года. Москва. Первый снег. Мороз — минус десять градусов. Ветер пронизывает до костей.
Болельщики «Спартака» едут на стадион «Лужники». Кто на метро — выходят на станции «Спортивная», кто на автобусах, кто пешком от остановок. Мёрзнут, переминаются с ноги на ногу, греются в очереди у касс. В руках — термосы с горячим чаем, бутерброды. Многие идут впервые, многие — с отцами, старшими братьями, друзьями.
Везде — красно-белые шарфы, шапки, флаги. Слышны песни, кричалки, смех. Для них это не просто матч. Это событие. Повод встретиться, погудеть, выдохнуть после рабочей недели.
Никто не знает, что через полтора часа этот вечер станет самым страшным в их жизни.
Матч 1/16 финала Кубка УЕФА между московским «Спартаком» и голландским «Харлемом» проходил на стадионе «Лужники». Из 82 тысяч билетов продали лишь около 16,5 тысяч. К началу игры успели очистить от снега и открыть только две трибуны: «А» (западную) и «С» (восточную). Остальные трибуны закрыли — не успели расчистить от снега. Большинство болельщиков — около 12 тысяч — предпочло трибуну «С», которая располагалась ближе к метро.
На игру пришли в основном подростки и молодёжь. Студенты, рабочие, школьники старших классов. Многие из них приехали из других городов. Для них этот матч был шансом увидеть европейский футбол вживую. В то время это было редкостью.
На 16-й минуте матча Эдгар Гесс забил первый гол в ворота «Харлема». Играли нервно, вязко, без ярких моментов. «Спартак» доминировал, но долго не мог распечатать ворота гостей. Голландцы оборонялись плотно, иногда огрызаясь контратаками.
Первый тайм закончился 1:0. Зрители начали замерзать. Многие потянулись за горячим чаем и пирожками в буфеты. На втором тайме стало ещё холоднее.
За 20 секунд до финального свистка Сергей Швецов забил второй гол. Трибуна взорвалась. Но радость длилась недолго.
В тот же момент замёрзшие болельщики уже потянулись к выходу, чтобы успеть на последний поезд метро. Услышав крики и свист, часть из них развернулась, чтобы узнать, что случилось. Два потока столкнулись на узкой лестнице №1, ведущей к выходу с трибуны «С» в подтрибунном пространстве.
По воспоминаниям очевидцев, давка могла начаться, когда на нижних ступеньках лестницы упала девушка. Те, кто шёл впереди, остановились, чтобы помочь ей, но плотный поток спускавшихся продолжал напирать. Люди на нижних ступенях оказались сбиты и подмяты. Внизу лестницы стала образовываться гора из человеческих тел. Цепная реакция падений пошла наверх. Кто-то поскользнулся на мокрой от снега ступеньке. Кто-то упал. Толпа навалилась сверху. Люди падали друг на друга, как домино. Металлические перила не выдержали — их выгнуло и сломало. С верхних ярусов лестницы люди стали падать вниз на бетонный пол. Те, кто был внизу, уже не могли встать. Их просто задавили.
Когда всё закончилось, на лестнице лежали десятки тел. Многие были ещё живы, но их не могли достать — толпа продолжала давить. Подоспевшие милиционеры и медики пытались пробиться, но безуспешно.
В больницах Москвы в ту ночь было полно людей. Кто-то умирал в каретах скорой помощи, кто-то — на операционных столах.
По официальным данным — 66 погибших. В основном подростки: 14, 15, 16 лет. Ещё 61 человек получил ранения и увечья, в том числе 21 — тяжёлые. Судебно-медицинская экспертиза показала, что все погибшие скончались от компрессионной асфиксии — сдавления грудной клетки и живота. В больнице или в машине «Скорой помощи» ни один из пострадавших не умер.
Советские власти пытались скрыть информацию о трагедии. На следующий день в газете «Вечерняя Москва» появилась короткая заметка: «20 октября после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошёл несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего».
Подробно о случившемся страна узнала только в 1989 году, в период перестройки, когда вышла статья «Черная тайна Лужников» в газете «Советский спорт».
В ходе расследования были опрошены 150 свидетелей, подготовлено 10 томов доказательств. Обвинения были предъявлены четырём должностным лицам: директору стадиона Виктору Кокрышеву, управляющему стадионом Юрию Панчихину, заместителю директора К. Лыжину и начальнику полицейской охраны на Восточной трибуне С. Корягину.
Директора и коменданта стадиона осудили по статье о халатности (ст. 172 УК РСФСР) и приговорили к трём годам заключения. Однако позже Кокрышев и Лыжин попали под амнистию в связи с 60-летием образования СССР, а Панчихину срок заключения сократили наполовину. Командир милицейского подразделения Корягин также попал под амнистию.
В 1992 году на территории спорткомплекса «Лужники» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира». На нём высечены имена 66 официально погибших в той трагедии людей.
Трагедия в Лужниках считается самой трагической в истории советского и российского спорта.
Для многих очевидцев тот вечер не забылся. Андрей Чесноков, известный теннисист, который был на том матче, говорил: «Я с тех пор на футбол не хожу. Когда вижу скопление народа — становится не по себе».
Владимир Маслаченко, легендарный комментатор, позже вспоминал: «Это была не чья-то злая воля. Это была безалаберность. Людей просто не научили, как вести себя в толпе. И никто не думал, что лестница может стать смертельной ловушкой».
«Зов». Помним. Не забываем. Делаем выводы.
Комментарии