Это уже не просто текст про футбол — это настоящая живая личная история…
18 декабря 2022 года. Финал чемпионата мира. Аргентина — Франция. Последний шанс Месси.
А я в этот момент сидел не в баре, не на стадионе и даже не дома перед телевизором.
Я был на русской ёлке в немецком городе Хильдесхайме.
Маленький город в Нижней Саксонии, где русскоязычные эмигранты — из России, Казахстана, Украины, Беларуси и других стран бывшего СССР — каждый год устраивают праздник для своих детей. Настоящую русскую ёлку: с Дедом Морозом, Снегурочкой, детскими костюмами, конкурсами и украденным мешком подарков по сценарию.
Моей дочери тогда было два года и один месяц.
Билеты мы купили заранее. Для жены это было важно. Для дочери — тем более. А мы жили в Германии одни: без бабушек, без дедушек, без помощи. Поэтому, конечно, идти нужно было всей семьёй.
Но была одна проблема.
В этот же вечер играл Месси.
Не просто матч. Финал чемпионата мира. Возможно, последний матч Месси на мундиале. Последний шанс величайшего футболиста( по моему разумеется личному мнению) выиграть то, чего ему не хватало всю футбольную жизнь.
Я был тем самым человеком, которого спокойно можно было назвать «мессидрочером» и барсуком, фанатом «Барселоны». Без иронии. Без стыда. Для меня Месси был больше, чем футболист.
И я весь день пытался придумать, как совместить несовместимое: быть нормальным мужем и отцом — и не пропустить главный матч жизни.
План был идеальный. Ёлка должна была закончиться примерно к перерыву. Я рассчитывал быстро прыгнуть в машину, доехать домой и спокойно посмотреть второй тайм.
Но, конечно же, всё пошло не по плану.
Ёлка, в отличии от матча, началась с задержкой минут на тридцать. Практически одновременно со стартовым свистком финала.
Дети бегают вокруг сцены. Мамы поправляют костюмы. Кто-то фотографирует ребёнка в костюме снежинки. Дед Мороз вот-вот должен появиться. На сцене уже начинается традиционная трагедия про украденный мешок с подарками.
И вдруг я замечаю странную вещь.
Почти все отцы сидят в телефонах.
Один украдкой смотрит вниз. Второй нервно обновляет счёт. Третий вообще держит телефон на коленях и делает вид, что внимательно слушает детскую песню.
Я понял: мы все здесь в одной ловушке.
Подошёл к одному отцу, спросил по-немецки:
— Wie steht’s?
К другому — уже по-русски:
— Какой счёт?
— 2:0, Аргентина ведёт.
И всё.
С этого момента ёлка превратилась в самый странный коллективный просмотр футбола в моей жизни.
Дети водят хороводы. Мамы улыбаются. Снегурочка кого-то ищет на сцене. А десятки взрослых мужиков одновременно сидят в телефонах и каждые десять секунд поднимают глаза вверх, делая вид, что полностью вовлечены в праздник.
Я тоже сидел так.
Смотрел матч урывками. Поднимал голову проверить, где жена и ребёнок. Потом снова вниз — в экран.
2:0.
Потом 2:1.
Потом 2:2.
И в какой-то момент стало понятно: происходит что-то невозможное.
Под конец второго тайма мы буквально бежали домой. Я уже плохо помню, какой тогда был счёт — 3:2 или 3:3, — помню только одно: я нёсся так, будто от этого зависела моя жизнь.
Мы влетели домой.
Дочь нужно укладывать спать. Жена уже смотрела на меня как на сумасшедшего. А я дрожащими руками включал телевизор.
И дальше был не футбол.
Это была эмоциональная мясорубка.
3:2.
3:3.
Дополнительное время.
Месси забивает.
Франция снова сравнивает.
Я стоял один посреди комнаты перед большой плазмой и уже не контролировал себя вообще. Ни крики. Ни слёзы. Ни эмоции.
Жена меня такого никогда не видела с первого дня знакомства, на тот момент лет десять аак были знакомы, 5 лет как в браке, смотрела на меня в полном шоке.
Потому что взрослый 32-летний мужик то смеялся, то орал, то почти рыдал посреди комнаты из-за какого-то футбольного матча.
Но для меня это был не «какой-то матч».
Я был абсолютно уверен: жизнь не может дать одному человеку всё.
Бог уже дал Месси невозможный талант. Поцеловал его в макушку при рождении. Сделал футбольным гением.
Но за это, как мне казалось, он должен был расплатиться тем, что никогда не выиграет чемпионат мира.
Так устроена жизнь. Никому нельзя получить всё сразу.
И когда началась серия пенальти, я начал плакать ещё до ударов.
Потому что был уверен: сейчас снова случится трагедия. Сейчас Аргентина проиграет. И Месси навсегда останется величайшим без Кубка мира.
Но футбол и фортуна оказались в тот вечер как нельзя справедливыми.
Когда Аргентина выиграла серию, я просто начал реветь.
Не «прослезился». Не «пустил слезу».
Я именно ревел.
Орал так, что сосед сверху начал стучать по батарее. На следующий день я не смог выйти на работу в больницу — у меня пропал голос. Жена ещё долго смотрела на меня как на человека с психическим расстройством.
А дочь, наверное, вообще ничего не поняла.
Но это был самый счастливый футбольный вечер в жизни 32-летнего мальчика…
Спасибо за внимание.
Комментарии