Владимир Бесчастных: «Если Карпин на поле «зарубился» с Зиданом, какие для него могут быть авторитеты?»

Экс-спартаковец Владимир Бесчастных рассказал о своих взаимоотношениях с генеральным директором «Спартака» Валерием Карпиным, а также высказал свое мнение о Станиславе Черчесове и Олеге Романцеве.

«В 1992 году я в «Спартаке» заиграл, а он стал одним из лидеров. Мы очень близко дружили, нас даже пару раз селили в одном номере. Валера здорово в карты играет: не помню, чтоб он проигрывал.

На месте Карпина я бы тоже уволил Черчесова. И уволил бы не Черчесова, а любого тренера в такой ситуации. Спартаковцы проиграли с разгромным счетом киевскому «Динамо», да еще в чемпионате шли неудачно. Тут уже не играло роли: дружите вы или нет. Если Карпин во время товарищеской игры с Францией «зарубился» на поле с Зиданом, то какие для Валеры могут быть авторитеты?

Да, когда Черчесов возглавил «Спартак», я бросил громкую фразу – «мудрый человек»… Потому что Черчесов старше меня и научил меня завязывать галстук. Свой галстук я никогда не распутывал и протаскивал через голову на шею. Когда мы куда-то собирались, Стас это увидел и сказал: «Нет! Ты обязан научиться его завязывать!». Думаете, туговато он затянул галстук на шее у Егора Титова? Раз после ухода Титова результата в «Спартаке» не было – значит, туговато. Таких, как Титов, сокращение должно было коснуться в последнюю очередь. Официальная версия перевода Егора в дубль – неудачная игра в печальном матче с ЦСКА. Неофициальная: Титов подошел в Тарасовке к «старшему товарищу» узнать, верны ли слухи о возвращении Романцева. А «старший товарищ» пошел к Черчесову? Стукачи разводятся тогда, когда тренер хочет, чтоб ему доносили. И когда эта информация на него действует. Егор уже взрослый человек и понимает: то, что мы называем «стучать», у руководителей называется «доложить». Но это не та причина, из-за которой надо убирать человека из команды. Не Титов же ставит или увольняет тренера? А думать Егор может о чем угодно.

Я каждый год звоню Олегу Романцеву в день рождения. Потому что день рождения Олега Ивановича – это четвертое января. Дата хорошо запоминается: в этот день «Спартак» выходил из отпуска. Кстати, после Романцева очень тяжело работать с другими тренерами. Потому что у него очень четко прописано, что можно, а что нельзя. И когда ты живешь по этим законам, тебе легко все дается.

Курил Олег Иванович много. И читал много: в комнате у него было невероятное количество книг. Но к себе Олег Иванович вызывал редко: я к нему за все время зашел четыре раза. И разговоры у Романцева были недолгими: журил пять минут один на один. А однажды посоветовался со мной… Мне было уже двадцать восемь, я был капитаном и одним из самых старших в команде. Вопрос состоял в том, способности кого из двух молодых игроков могли больше пригодиться в предстоящей игре. У Романцева уже было свое мнение – и он просто хотел услышать мое. Мнения совпали. Перед матчем он приводил нас в раздевалку за час, а потом уходил. И на разминке все разминались, как хотели. Один быстрые упражнения любит, а другому нравится сесть и спокойно потянуться на каждую мышцу. Кому-то надо взвинтиться, а иному – не перегореть. Нельзя делать разминку «под команду»!

Все тренеры «строят»! Все думают о красоте. В Казахстане нас вообще всех строили в линию, да еще смотрели, чтоб мы все делали синхронно. Группу поддержки готовили. И столько у меня таких абсурдных случаев было за карьеру – книжку написать можно … Разминка в «Расинге» на внимательность: бегаем по кругу, каждый выбирает себе животное. Если ты собака – ты должен гавкать, кто-то кошка – он должен мяукать, кто-то козлик – он должен бекать. Нет, я не был козликов. Но мне очень понравилось объяснение: «Так как ты по-испански не очень говоришь – мы дадим тебе собаку. «Гав-гав» ты же сможешь сказать?». Я говорю: «А чтобы «бе-е» сказать, мне надо испанский выучить?». И вот эти животные бегают, гавкают-мяукают. А потом тренер говорит: «Кошка и собака!» – и мы должны по звуку найти друг друга. Естественно, меня с тренировки выгнали сразу, потому что я сказал: «Я к вам клоуном не нанимался!». Тренировка открытая – на нас народ смотрит», – цитирует Бесчастных «Советский спорт».