У Глазго страхи велики
Туре-Андре Фло, Клаудио Каниджу, Барри Фергюсона и других звезд "Глазго Рейнджерс" в Махачкале все-таки не увидят. Шотландцы хлопнули дверью, так и не войдя вовнутрь: вчера утром, в результате трехнедельных терзаний, они решили-таки отказаться от вояжа в Дагестан, пусть даже ценой предписываемой регламентом в таких случаях дисквалификации. Но дисквалификации не последовало: уже днем генсек УЕФА Герхард Айгнер озвучил заключение о невозможности проведения матча в Махачкале "в связи с обострением обстановки в регионе", а также о том, что "Анжи" и "Глазго Рейнджерс" рассудит 27 сентября матч на нейтральном поле.
В Ньоне продолжают эксперименты с регламентом еврокубков и здравым смыслом: если в случае с "Локомотивом" недавно был опробован трехматчевый вариант дуэли, то на сей раз там посчитали, что для выявления сильнейшего довольно и одной игры. В офисе "Анжи" вчера с трудом находили цензурные слова для выражения своего отношения к случившемуся. Для того, чтобы долгожданный махачкалинский матч все-таки состоялся, а в "Глазго Рейнджерс" расстались со своими страхами, там сделали очень многое. Значительно больше, чем того требует регламент УЕФА.
Боже, как не хочется вставать позу патриота-обличителя и подхватывать тезис о некоем коварстве Запада в отношении футбольной России, охотно пережевываемый нынче заметно полевевшей спортивной прессой! (Как будто у Европы нету большей заботы, как побольнее уязвить ненавистную "Рашу".) Тем более, что значимость фактора безопасности, так обеспокоившего "Рейнджерс", переоценить крайне трудно. Тем более, что стереотипы относительно этой самой безопасности в Дагестане сильны и у нас -- собираясь в командировку туда в прошлом году, я сам наслушался тревожно-сочувственных слов от коллег и знакомых. Чуть отойдя от темы, замечу, что те же сочувственные интонации я встретил тогда в Махачкале: атакованная террористами Москва оттуда тоже казалась кромешным, никак не приспособленным для жизни адом. Такова уж механика воздействия СМИ на человеческое восприятие, линза телекамеры -- не что иное, как увеличительное стекло. Но жанр преувеличения тягот и угроз махачкалинской жизни расцвел в последнее время в Британии с совсем уж нездоровой пышностью.
Дагестан -- действительно, не самый спокойный уголок Европы, но очевидно, что реальная ситуация в этом регионе имеет к отказу "Рейнджерс" весьма косвенное отношение. Взыграли те мании и фобии относительно России, что накопили свою силу еще во времена холодной войны и железного занавеса. Шотландцы испугались угрозы, которую, процентов на восемьдесят выдумали сами. Тамошние публикации, затрагивавшие тему предстоящего махачкалинского матча, смотрелись парафразом восклицания призрака в "Гамлете": "О ужас, ужас, ужас!". Британские таблоиды в последнее время являли собой дайджест самых архаичных стереотипов о России, разве что слегка модернизированных: вместо гуляющих по городу медведей -- праздношатающиеся автоматчики; заместо ванек, разъезжающих по улицам на печи -- шастающие на БТРах салман да шамиль.
Футболисты и руководители "Глазго Рейнджерс", войдя в образ отправляемых на заклание агнцев, твердили в сочувственно протянутые диктофоны душещипательные откровения. "Перспектива поездки в столь неспокойный регион меня шокирует. Я боюсь не увидеть, как вырастут мои дети", -- паниковал капитан команды Барри Фергюсон. "Отказавшихся ехать в Махачкалу я не осужу. Туда отправятся только добровольцы", -- войдя в раж предводителя батальона коммандос, готовящегося к высадке в тылу врага, вещал тренер команды Дик Адвокат. "Там даже нет мыла и туалетной бумаги, нам все придется вести с собой", -- фантазировал Артур Нуман. "Конечно, мы хотели бы выиграть Кубок УЕФА. Но нам не нужна победа ценой человеческих жизней", -- обобщая выстроившиеся в воображении шотландцев инфернальные картинки, заключил председатель клуба Дэвид Мюррэй. Впрочем, стоит ли дальше тиражировать страхи шотландцев, если даже тренер английского "Ипсвича" Джордж Берли, узнав о жребии Кубка УЕФА, предписавшем вояж в Москву (!) в гости к "Торпедо", высказался в том духе, что это будет командировка на край света? Причем, судя по тревожной интонации, край не самый приятный
Пусть высказывания шотландцев уже перенасытили текст патетикой, добавлю ее еще немножко. Футбол в Махачкале -- больше чем футбол. В существующей там опеке клуба правительственными структурами нет тривиального для России стремления региональных владык завоевать дополнительные висты популярности. Для небогатого Дагестана это был бы слишком дорогой способ ублажения электората. Футбол в республике -- это символ стабильности, едва ли не единственный пока островок благополучия, к коему она так стремится. "Матчи "Спартака" и ЦСКА в Махачкале -- это мощнейший социальный фактор, свидетельство того, что здесь можно жить, и жить нормально", -- делился со мной своим видением роли футбола глава руководства республики Хизри Шихсаидов. Потому-то безопасность матчей всегда, а не только в канун встречи с "Рейнджерс", была ключевой заботой местных властей. Лишиться футбола означало бы для них почти то же самое, что потерять контроль над ситуацией в регионе.
Помня беспримерные меры безопасности во время матчей чемпионата России, я только догадываюсь об их масштабах, запланированных на случай приезда "Рейнджерс". Симптоматично: узнав о переносе встречи на нейтральное поле, никто в "Анжи" не сетовал на ухудшение турнирных перспектив клуба (там наверняка понимают, что перспективы невелики). В Дагестане сожалеют лишь о том, что их лишили долгожданного зрелища, если не сказать -- права считать себя частью Европы. Никто в "Глазго Рейнджерс" не дал себе труда задуматься о гуманитарной сущности этого матча: какая уж тут гуманитарность, когда воображение рисует картинки кровавого беспредела из азиатских боевиков.
Еще один взрывоопасный момент ситуации заключается в том, что иеремиады британских СМИ, тренеров и игроков "Глазго Рейнджерс" в итоге растрогали УЕФА. Энергичные заявления Союза европейских футбольных ассоциаций, угрозы дисквалификации в случае демарша, как выяснилось, не стоили бумаги, на которой они были написаны. Со временем изначальная решительность УЕФА дегенерировала к идее куда более мягких санкций -- присуждению технического поражения со счетом 0:3. А потом (что, если в Глазго в знак протеста не приедет "Анжи"?) и родилась идея единственного матча на нейтральном поле, скорее всего в Болгарии. УЕФА можно понять: общественное мнение в Западной Европе куда ближе к позиции шотландцев. Но понять -- не значит простить: ведомство Леннарта Юханссона не выдержало проверки на беспристрастность и стойкость к нажиму извне.
Посеешь ветер -- пожнешь бурю. Проявив лояльность к истерикам "Рейнджерс", УЕФА спровоцировал девятый вал подобных ультимативно-жалостливых петиций. Обстановка напряженной подозрительности, повисшая в мире после террактов в США, долго ждать оных не заставит. Сборная Австрии уже выказала свое нежелание ехать в Израиль на октябрьский матч отборочного турнира чемпионата мира (не хочется высчитывать сейчас, сколько в этом искренних страхов, а сколько -- психологического прессинга соперника). Того и гляди, пойдут отказы от поездок в Мадрид, являющий собой основное поле деятельность баскских экстремистов; в тот же Глазго, потому что там недалече -- всего-то за Северным проливом -- мятежный Ольстер; во Франкфурт-на-Майне, потому что там полно небоскребов. УЕФА показал себя организацией, поддающейся давлению. Значит, подобного давления, ультиматумов, судов, "футбола по переписке", теперь будет еще больше.
