Андрей Аршавин: «Поначалу Адвокат занимался муштрой в «Зените», а потом просто не мешал»

Полузащитник «Кайрата» Андрей Аршавин, выступавший ранее за «Зенит», рассказал о роли бывшего главного тренера Дика Адвоката в успехах питерцев.

- Не сказал бы, что Адвокат поставил такой футбол. Я уже где-то говорил, что его собирались выгонять в 2007-м, а потом решили оставить. После этого у меня на тренировке была мысль, что он… Вообще он бывает взбудоражен, высказывает, чем недоволен. Но та тренировка вроде шла в размеренном темпе, что-то не получалось, что-то получалось, а он просто смотрел с бровки. И пошло все само собой, потом он просто не мешал тем футболистам, которые составляли костяк «Зенита».

- А кто тогда делал игру в «Зените»? Назовете пару фамилий?

- Мы все делали. Просто не скромно будет говорить конкретно кто. У нас хороший коллектив был.

– Получается, Дик в своей апатии смог вас раскрепостить?

– Он просто не мешал, я так своими словами скажу. По прошествии времени у нас были не самые ординарные ситуации, когда нужно было принимать человеческие решения. Именно по жизни. Чисто в человеческом плане, чтобы в команде сохранилась нормальная рабочая атмосфера, он по жизни, как оказалось, принимал правильные решения. На мой взгляд, в этом его заслуга.

Теперь хочу сказать о нем, что как человек он очень сильный и в принципе очень грамотный. За этого человека можно заступиться и пойти с ним, как раньше говорили, на войну, в разведку. А главное, он может просто не мешать.

Когда перед финалом Кубка он в отеле увидел полный холодильник колы, он так скептически на него посмотрел, а потом, когда весь лимонад оттуда стал пропадать, он был недоволен, но побоялся что-то сказать (улыбается). Потому что главное, чтобы все остальные футболисты были довольны.

В самом начале он был еще жестче. Мы встречались в лифте, друг на друга смотрели, в тех ли носках или шортах вышли. Реально, если человек не в тех носках, он ехал в номер и переодевался.

Не то чтобы Дик занимался буквоедством, но муштровал. Он выстроил дисциплину, которая, так или иначе, по прошествии времени смягчалась. Он нас узнавал, мы – его. В целом он поддерживал тот фон, на котором хорошие футболисты сумели сыграться и получали удовольствие от того, что мы вместе и показываем хороший футбол, – сказал Аршавин.