Президент «Урала»: «Если «Томь» не уважает своих болельщиков, то пусть хотя бы наших фанатов уважает»

Президент «Урала» Григорий Иванов прокомментировал нежелание «Томи» проводить матч 27-го тура чемпионата России в манеже.

– Если «Томь» не уважает своих болельщиков, то пусть хотя бы наших фанатов уважает. В Екатеринбург пришел такой циклон, которого я не припомню на своем веку. Вторые сутки валит снег, которого не было даже зимой. Поле-то мы подготовим, подогрев работает, но надо же и о людях думать. Разве мы имеем преимущество в манеже? О чем речь? Мы же тренируемся последние две недели на базе, на открытом воздухе.

Странные люди… Когда только переходили на систему осень – весна, все говорили: давайте строить манежи. Мы это сделали одними из первых, государство и регион потратили бюджетные деньги. И что дальше? Мы же не против, чтобы к нам команды приезжали за несколько дней до игры и тренировались. Мы будем только рады. А «Томь» встала в позу! Не хотят играть в манеже. Но в прошлом году в ФНЛ мы их принимали под крышей, а теперь, значит, не можем. Где логика-то?

- В Томске считают, что в манеже вы будете иметь преимущество.

– Почему тогда «Анжи» и «Терек» не подали протест после матчей? Почему не попросили переиграть встречи под открытым небом?

- Какова позиция РФПЛ?

– Лига считает, что мы сами должны договариваться с Томском. Но это же неправильно! Решения должны принимать Прядкин или Толстых. Пусть возьмут ответственность на себя. Когда не хватало полей в Москве, мы же играли с «Динамо» на «Родине». Никаких претензий никому не предъявляли! Попросили нас «Локомотив» и «Спартак» потренироваться на запасном поле – мы пошли им навстречу, никому не отказали. Понимали, что возникли форсмажорные обстоятельства – зачем портить поля.

В «Томи» просто не представляют, что здесь творится. Сутки аэропорт не работает, снег валит и валит, а они хотят играть на открытом воздухе. «Томь», видите ли, у нас особенная. Мы же в первом круге сидели и ждали, когда в Томске пройдет ливень, не рыпались! Подчинились решению судьи, – сказал Иванов.