Робин Содерлинг: «Неважно, когда я сыграю, сначала мне просто нужно выздороветь»

Сегодня официально было объявлено, что Робин Содерлинг больше не сыграет в 2011 году.

Болезнь заставила Робина Содерлинга посмотреть на свою карьеру другими  глазами. На этой неделе он  дал несколько интервью журналистам изданий svd.se, aftonbladet.se и expressen.se, в которых рассказал о своей болезни и новых приоритетах.

 - Во-первых, я нацелен на следующий год и вижу все остальное в качестве бонуса. Я не ставлю цели вернуться здесь или там, я лишь буду исходить из своего самочувствия, -говорит Содерлинг, который не сыграл ни одного матча после финала Баштада 17 июля.

 Вероятно уже тогда он был болен в течение нескольких недель, хоть и анализы крови, взятые за неделю до турнира в Баштаде,  не показали никаких отклонений.

- К сожалению, они не  выявили никаких признаков мононуклеоза тогда, – говорит Содерлинг, который был уже болен, но не понимал, чем вызваны  его периодические приступы очень сильной  усталости.

 Только тогда, когда он прилетел домой с US Open, где Робин был вынужден сняться с турнира за несколько часов до первого матча , он сдал новые анализы, которые выявили диагноз – мононуклеоз.

– Хорошо, что я наконец-то узнал, что именно со мной происходит.

– Вы потеряли много времени из-за того, что верный диагноз не был Вам поставлен еще до Баштада?

- Да, наверное. Хотя врачи не знают, когда точно я заболел, но не более 8 недель до момента, когда мне поставили диагноз.

– Как болезнь проявила себя?

- У меня была сильная боль в горле, лихорадка и постельный режим на несколько недель. Мои гланды сильно увеличились, и мне было очень больно и трудно двигать головой. Я был совершенно без сил. Несколько дней я спал по 16 часов, но все равно не чувствовал себя лучше. Но были и другие ночи, когда я не спал вообще. После этого самого сложного периода я  стал чувствовать себя лучше и делать какие-то повседневные вещи. Но как только я пробовал тренироваться, я чувствовал, что у меня не было сил.

 - Вы делали другие вещи  в течение этого времени, когда болели, вещи, за которыми Вы обычно не в состоянии угнаться?

-Нет. Я был не в состоянии ничего делать. Болезнь захватила мою жизнь целиком.

– Вы были разочарованы, когда были  вынуждены отменять турнир за турниром?

 -Сначала было трудно, но через некоторое время я перестал расстраиваться из-за матчей, которые я пропустил, моей единственной целью стало  выздороветь.

 -Голова и тело связаны между собой – возможно Вы слишком перегружали себя?

- Совершенно верно. Я всегда играл, даже если я был нездоров, и боролся против вещей, которые просто невозможно победить. Моим решением раньше всегда было тренироваться еще сложнее и загружать себя еще больше, и теперь я понимаю, что это не всегда было правильным выбором, иногда отдых был нужен гораздо больше. Я не всегда слушал свое тело. Слабость это или сила? Это зависит от того, как вы смотрите на это. Я выиграл много матчей, когда я был нездоров или травмирован. Без этого у меня было бы меньше турнирных побед. Я всегда давил на себя. Но иногда, оглядываясь назад, я чувствовал, что были матчи, на которые не стоило выходить, и были турниры, которые стоило пропустить. Теперь я знаю, что здоровье всегда должно быть на первом месте, но в 23 года, например, я так не думал . Но что сделано, то сделано, и вам приходится учиться на своих ошибках.

– Так что нет худа без добра?

- Совершенно верно. Но, знаете,  нелегко измениться, если ты такой с самого детства.

 - Ваш тренер Фредрик Розенгрен заявил, что он не понимает, зачем становиться таким  хорошим игроком, как Вы, если Вы все еще не можете наслаждаться этим и постоянно недовольны собой. Вы понимаете, что он имеет в виду?

- Абсолютно, и я согласен на сто процентов. Но очень трудно, когда ты всегда знаешь, что можешь играть лучше, чем в своем последнем  матче. К тому же есть всегда новые турниры, где ты должен что-то доказывать. Теннисный тур – это как бесконечная беговая дорожка, и ты не можешь остановиться, пока не закончишь карьеру. Но когда я вернусь, я надеюсь и верю, что смогу быть более расслабленным.

– Это может продлить вашу карьеру?

- Я не знаю, но это, безусловно, может сделать мою жизнь куда приятнее. Я хочу играть еще несколько лет и есть те, кто играет в свой лучший теннис после 30.

– Многие читатели шведских СМИ в последние месяцы писали по электронной почте и звонили, чтобы спросить, как Вы себя чувствуете и когда будете играть снова – было ли что-то похожее, когда Вы начали выходить в город?

- Невероятное количество людей подходили и спрашивали. Они делали это из лучших побуждений, но это приводило меня к стрессу и постоянно напоминало о болезни. Тем более, что я никогда не мог дать ответ, когда я вернусь.

– Кто-нибудь из ваших коллег звонил Вам?

- Да, некоторые звонили, Иван Любичич, например, делал это несколько раз, и это трогает. Ты  чувствуешь себя оторванным от привычной жизни, очень тяжело  быть вдали от тура в течение долгого времени, и Вы сами знаете, как легко забыть кого-то, кто не на виду.

 - Что лучше: получить травму или заболеть (черт, спросили бы уж, что хуже – прим. перев.)?

 - Это зависит от многого. Если кто-то травмирован и знает, что он вернется в определенное время, то лучше, потому что тогда Вам удается избежать этой неопределенности.

 -Опишите, что сейчас происходит с Вами ?

 - Я чувствую себя лучше, но мое состояние прыгает то вверх, то вниз. Я начал с очень легких тренировок через день в течение недели, так что я двигаюсь вперед. Но все идет чертовски медленно. В конце концов это начинает даже раздражать, – говорит Робин Содерлинг и улыбается.

 - Несколько дней Ваш организм реагирует нормально, но  иногда я чувствую себя очень уставшим. Не существует никакой логики.

– Говорили ли Вы  с Марио Анчичем, Роджером Федерером или любыми другими игроками, которые также пострадали от мононуклеоза?

 - Нет, у меня есть хороший врач, и все это очень индивидуально. У некоторых мононуклеоз проходит легко в течение двух недель, а у других болезнь протекает очень плохо.

Хотя сейчас в основном он чувствует себя лучше, Робин до сих пор постоянно сдает кровь на анализы.

 -От мононуклеоза может очень сильно пострадать печень и другие важные органы, но мои анализы хорошие, так что это очень хорошо.

 - Вы смотрели теннис, или вы отказались от этого, когда вы не в состоянии играть?

- Я не видел ни одного матча ... с полуфинала US Open, я думаю. Но на самом деле я всегда не смотрю почти ничего.

– Это сознательный выбор?

- Да, на самом деле да. Я стараюсь ничего не смотреть, когда я выбыл из турнира или пропускаю его. Нам нужны  дни без тенниса, потому что их не так много на самом деле. Сидеть и смотреть игры в течение всего дня ? Нет, я стараюсь отключаться от тенниса настолько, насколько это возможно.

 - Буду ли я играть на следующей неделе или  на Уимблдоне в следующем году, это не так важно. Сначала я просто должен выздороветь. В то же время я чувствую, что есть и что-то хорошее для меня. Сезон у игроков очень длинный,  организм изнашивается и  нет никакого отдыха. Да, я стараюсь искать что-то позитивное.

–Так что этим перерывом Вы должны воспользоваться в следующем сезоне?

- Да, именно так я думаю.

– Вы будете продолжать становиться сильнее?

 - Совершенно верно. Никаких других мыслей вообще.

Еще больше интересных текстов на странице «Трибуна. Теннис»