10 мин.

Петерис Скудра: «Ковальчук ведет себя иначе, чем в НХЛ, но это не значит, что он портится»

В блоге RussianHockeyStyle.Ru – интервью с главным тренером нижегородского «Торпедо» Петерисом Скудрой, который делится мыслями о журналистах, судействе, конкуренции и русской душе.

– В интервью RussianHockeyStyle.Ru генеральный менеджер «Салавата Юлаева» Леонид Вайсфельд объяснил, почему не отказывает журналистам: «Хочет человек взять интервью у Вайсфельда, а Вайсфельд интервью не дает. Но человеку надо все равно подготовить материал. И он будет его готовить, но при этом он уже негативно настроен в мой адрес, соответственно, несложно догадаться, к чему это приведет». Вы руководствуетесь таким же принципом?

– Нет. Бывают моменты в сезоне, когда лучше меньше говорить, но больше делать. Я очень открыт для прессы, но иногда тоже бывает перебор. В СМИ часто бывают одни и те же люди, одни и те же тренеры или менеджеры. Когда ты сам чувствуешь, что тебя слишком много, тогда лучше молчать. У меня такой принцип.

– А к игрокам-молчунам как относитесь, которые годами с прессой не общаются?

– Мы публичные люди и должны общаться с прессой. У нас такая работа. Но кто-то это делает больше и лучше, а кто-то – по минимуму, чувствуя себя некомфортно. В Северной Америке работает ассоциация игроков и учит общаться с прессой. Объясняет, как это правильно делать. У нас такого нет.

– Хоккеисты, которые поиграли в НХЛ и АХЛ, обычно не отказываются от интервью. Северная Америка меняет людей?

– Ты привыкаешь, что это нормально. Я уже говорил много раз: у нас – одни понятия, там – другие. Это касается многих вещей. Публичной критики, например. Кто поиграл в Северной Америке, особенно в Канаде, знает – стоит тебе провести плохую игру, об этом расскажут везде – и в газетах, и на телевидении. А у нас критиковать никого нельзя. Все-таки профессиональный спортсмен – это публичная личность. Ты должен быть в прессе, уметь общаться с журналистами, нормально принимать и критику, и славу.

– Вы как-то призывали критиковать игроков.

– Ни в коем случае я не призывал критиковать игроков. Я говорил о том, что многие придерживаются мнения, что все нужно держать в раздевалке. Конечно, многие вещи нужно оставлять там. Но адекватная, правильная, никем не придуманная критика идет только на пользу. Как главный тренер я могу публично высказать свое мнение о хоккеистах. Я могу похвалить, а могу сказать что-то негативное. Это нормально. И также руководство клуба может заявить, что тренерский штаб плохо работает. У нас бывает, что никто ничего не говорит, а тренеров убирают. Я отношусь нормально к прессе, 11 лет в Северной Америке не могли не сказаться. Я придерживаюсь одного простого мнения: «Профессиональный спорт – для публики».

– Многие считают, что российским игрокам не хватает профессионализма. Вы согласны с этим?

– Кардинально не согласен. Я бы всех под одну гребенку не равнял. Есть многие российские игроки, которые гораздо сильнее как профессионалы, чем иностранцы. Не думаю, что дело в паспорте. А вот чего не хватает нашим молодым игрокам – это хорошей школы. Не только в тренировочном, но и в жизненном плане. Хоккей – это не хобби и не работа, а в первую очередь – жизнь. Даже когда ты полтора месяца в отпуске, ты не должен забывать про хоккей. Молодым хоккеистам нужно правильно донести информацию о том, как становятся профессионалами.

– А где этому должны учить – в школе, в клубах?

– И в школах, и в клубах. Когда их не обучают, тренер сталкивается с тем, что приходится делать акцент на элементарных вещах. А когда игрок становится постарше, это тяжелее воспринимается. Приходится делать одно и то же снова и снова. Удивляешься: «Почему их этому не учили в возрасте 12, 14, 16 лет?». Многие говорят, что с молодежью у нас не все так хорошо. Хотя есть очень сильные отдельные школы – например, Ярославль, Челябинск. Но, в общем, в юном возрасте хоккеистов должны направлять. Тогда им было бы легче дальше в клубах.

– Молодежному звену «Торпедо» (Руденков – Ильин – Шураков) не хватает готовности, характера или еще чего-то?

– По своему возрасту, по своим физическим данным они пока не готовы играть именно на результат. А перед нашей командой поставлены серьезные задачи. Для них этот процесс должен быть более постепенным. Нам нравится, в каком направлении они двигаются. Мы хотим, чтобы они больше заявили о себе в ВХЛ, примерили на себя роль лидеров. Для них это будет важнее. Когда ты пришел из детского хоккея играть с мужиками, на тебя ложится груз ответственности. Надо, чтобы они прошли через это.

Все равно смотрим за ребятами, по возможности привлекаем в состав – кого-то больше, кого-то меньше. Сразу всех не возьмешь. Нам приходится играть на результат. Но мы довольны количеством молодых игроков в основном составе, особенно если смотреть на защитников. Поэтому стараемся дозировано, правильно готовить ребят, ничего не делая искусственно.

– Рекордное количество тренерских отставок в КХЛ в этом сезоне не удивляет?

– В принципе – нет. У всех есть определенные задачи, руководство требует результата. В КХЛ действительно непросто. Лига довольно большая, конкуренция высокая, хоккей выравнивается. Якобы новокузнецкий «Металлург» – аутсайдер, а они приехали в Нижний Новгород и обыграли нас. Не так просто показать результат всем. Кто-то остается за бортом, поэтому и происходят отставки.

– Проблема в том, что в КХЛ ответственность всецело несет тренер? Не игроки и не менеджеры?

– У тренера такая работа. Но и игроки тоже несут ответственность. Те, кто не дают результат, теряют место в составе. Их обменивают, отправляют в фарм-клуб. Когда ты видишь, когда что-то не складывается, обязан произвести изменения. Случается, что игрок не твой, не подходит тебе. Бывают и необучаемые хоккеисты. И ты уже принимаешь более кардинальное решение. Но, в конце концов, тренер должен ответить за результат. Просто так никого не увольняют. И в принципе это нормально. Такова тренерская доля.

– Много обсуждали поведение Андрея Разина. Вы понимаете его эмоции?

– Андрей высказывает свое мнение. И я считаю, что он имеет на него право. Однако есть определенная черта, которую нельзя переходить. Но он человек хоккейный и замечает определенные вещи. Мы все работаем для того, чтобы КХЛ прогрессировала как лига, чтобы молодые ребята росли и был хороший материал для сборной. Мы все в одной лодке. Все стараются, чтобы во главе был спортивный принцип. А он бывает только в жесткой конкуренции и честной борьбе. Я не могу ни поддержать, ни осудить Андрея. Он такой, какой есть. Разин – такой же молодой тренер и учится, как и мы все.

– В НХЛ запрещено критиковать судей.

– Мне тяжело сравнивать КХЛ и НХЛ, у нас разные лиги. Говорить «вот этот вот плохой» – не стоит. Откровенно унижать судей нельзя. Никому добра это не принесет. Но высказываться по делу можно. Мы работаем над тем, чтобы ошибок стало меньше, чтобы качество игры выравнялось. Если сравнивать с Суперлигой, а я успел там поиграть, уровень арбитров и разбор эпизодов стали более профессиональными. Судейство не так быстро, как хотелось бы, но улучшается.

– Вы много говорите о конкуренции. Как ее можно обострить?

– Все идет через работу. Думаю, что лимит в пять легионеров в лиге достаточно хорош. В последнее время появилось очень много молодых хоккеистов в КХЛ, и они уже играют серьезные роли в своих командах. Их уровень вырос за счет МХЛ. Сейчас клубы очень внимательно смотрят на соотношение цены и качества. Не каждый может позволить себе дорогих игроков и начинает доверять молодежи. Думаю, что конкуренция увеличивается именно за счет молодых хоккеистов.

– Увеличивать лимит на легионеров уже нет смысла?

– Мне кажется, что лимит увеличивать не стоит. На лед не должны выходить более пяти легионеров. Ситуация заставила многие клубы доверить молодым игрокам. Они не портят картину, а где-то даже выходят на лидирующие роли. То, что происходит сейчас в КХЛ, это правильно.

– Как вы относитесь к утверждению, что «в КХЛ портятся даже звезды», в том числе такие как Илья Ковальчук?

– Я не думаю, что КХЛ кого-то портит. Может быть, Илья ведет себя немножко по-другому, чем в НХЛ, но это не значит, что он портится. Ковальчук – лидер СКА и сборной, на него приходят смотреть болельщики. Он не робот. У него, как у любого хоккеиста, бывают плохие матчи. Он не может забивать по три гола в каждой встрече. Как и все остальные, Илья становится старше. Но все равно Ковальчук играет ярко. КХЛ считается второй лигой в мире – по количеству команд, по качеству игры, по конкуренции. По определению она не может никого портить.

БОНУС

Один из лучших матчей команды Скудры в сезоне. «Торпедо» vs СКА (6:5 от)

– Как вы думаете, существует ли российский хоккейный стиль?

– Наверное, сейчас уже нет. Теперь все умеют играть в хоккей. Конечно, немного стиль зависит от размера площадки. Но, думаю, современный хоккей подравнялся. Стал более комбинационным, атакующим. Сейчас в нападении играют все. Защитники одинаково успешны и в атаке, и в обороне. Сейчас каждый второй защитник играет впереди. И это делают все страны, во всех чемпионатах. Что в НХЛ, что в Швеции. Хоккей сейчас быстрый, динамичный, агрессивный как никогда. И это интересно.

– Говорят, формат «3 на 3» произвел настоящую революцию в хоккее, и хоккей никогда уже не будет прежним…

Нельзя говорить, что «3 на 3» у нас будет выглядеть так же здорово, как в НХЛ. Там маленькая поляна, там все равно играют больше. У нас это будет выглядеть совсем по-другому, азарт не тот. Думаю, что при «4 на 4» у нас тоже показывают яркий хоккей.

– Владимир Крикунов заметил, что КХЛ не может определиться – профессиональная она лига или лига для сборной. Как вы думаете, есть такая проблема?

– Не согласен, что КХЛ – это лига чисто для сборной. Но интересы национальной команды в любом случае обязаны учитываться. У тренеров сборной все равно должна быть возможность прощупать кандидатов и молодых игроков. Нужна определенная золотая середина. Опять же, не надо так сильно зацикливаться на Евротурах. Именно на результате в этом турнире. Как у нас бывает: «Евротур проиграли, все пропало! Тренера гнать!». Я как тренер знаю, чтобы понять игрока, надо выпустить его на лед, дать ему нагрузку, посмотреть, как он реагирует. Хоккеистов нужно пробовать на Евротурах, но не зацикливаться на сумасшедшем результате. Выиграть любой ценой – это в принципе не нужно. А что необходимо – это смотреть молодых ребят и по зернышку, через Евротуры, собирать расширенный список кандидатов на олимпийский цикл.

– В феврале многие клубы заканчивают сезон из-за откровенно урезанного календаря регулярного чемпионата – это разве устроено не в интересах сборной?

– Да, в феврале заканчивать рано. Игровая практика, конечно, нужна. На мой взгляд, логично было бы сыграть в регулярке 66 матчей. Дополнительные шесть матчей добавили бы три недели регулярного чемпионата. По мне это было бы идеально. Но этот календарь намного лучше, чем был в прошлом сезоне. Может быть, постепенно будем двигаться в сторону увеличения матчей.

– Вы говорили, что считаете в душе себя русским человеком.

Так и есть. Я вернулся из Северной Америки в Россию и заканчивал здесь карьеру. Год провел без хоккея, потом опять вернулся сюда. Из последних одиннадцати лет десять я провел в России, которая близка мне. И сейчас я провожу здесь одиннадцать месяцев в году. Кто меня меньше знает, думает, что я русский. Я настолько давно здесь играю и тренирую, что Россия уже мой дом.

БОНУС

Петерис Скудра о пути в хоккее

Олеся Усова

Фото: РИА Новости/Владимир Федоренко

RussianHockeyStyle.Ru 2016