Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Львиная доля

    На стартующем в воскресенье Кубке Африки, как обычно, сыграет сборная Камеруна во главе с Самюэлем Это’О – одним из лучших нападающих мира, который еще недавно играл в лучшей команде мира. Вероника Гибадиева рассказывает о футбольной судьбе Это’О, который унаследовал судьбу другого великого камерунского игрока – Роже Милла.

    Львиная доля
    Львиная доля

    В Африке существует поверье о том, что львята всегда рождаются мертвыми, а лев-отец вдыхает в них жизнь и всегда охраняет покой племени, даже когда навсегда уходит из него. Он ожидает своего последователя на самой высокой вершине, чтобы прошлое и будущее помогли прайду счастливо существовать на просторах саванны в настоящем.

    Роже Милла

    В Камеруне ко многим вещам относятся, как к мелочам. Например, почему бы не сменить фамилию младенца, урожденного Миллера? Сын железнодорожного рабочего Роже будет носить фамилию Милла. Лучшие бразильские технари шлифовали свое мастерство на пляжах, но в Африке песка еще больше, поэтому Роже мог до конца карьеры вытворять с мячом такие фокусы, что многие диву давались. Вот только поначалу и мяча у него не было – впрочем, был повод научиться жонглировать пластмассовым шариком для настольного тенниса. Мир увидит это позже, а пока дворовым футбольным мастерством он радует себя сам. Себя и соседских детишек. Соседей, к слову, он повидал немало, ведь его семье приходилось часто путешествовать в поисках лучшей жизни.

    Милла принял это как данность, и его клубная карьера стала тому доказательством. Может, и не лев вовсе, может, так себе – Леопольд? Именно так называлась его команда, в составе которой он выиграл свой первый титул, а в свои двадцать Милла стал чемпионом Камеруна, играя за «Эклер». Что дальше? Полуфинал Африканского Кубка чемпионов и дебют в сборной. Этот момент он запомнит навсегда. Матч против Заира камерунцы проиграли, и путь на мундиаль был закрыт. Шел 1974 год. О существовании Роже Милла говорили лишь на африканском континенте, да и только по редкому случаю, когда тот совершал особо рискованный прыжок или добытое им было жизненно необходимо для прайда.

    Поводов для разговоров становилось все больше и больше – Кубок Камеруна, выигранный с «Тоннером» благодаря голу Милла, а затем Кубок Кубков континента и в следующем году упущенный трофей в финале турнира. Мягкой, чуть ленивой поступью лев шел к своей вершине. Два года подряд Милла признавали лучшим футболистом Камеруна и пришло время прыгнуть через пропасть, разделяющую два континента. Хищного рыка, звериного оскала оказалось мало, да и львиные повадки во Франции не в чести. Здесь больше любят петушиные бои, наблюдать за которыми запертому в клетку «Валансьена» Милла приходилось два года.

    Это им казалось мелочью – запереть до лучших времен и выпустить, когда будет можно, а он маялся, играя с любителями в четвертом дивизионе, пока «Валансьен» пытался разрулить ситуацию с превышением лимита на легионеров. Позднее, уже в «Монако», ко всем бедам прибавились еще и травмы. Нужно было бежать прочь, но на чужой стороне Милла слишком загостился, ответив «да» на предложение «Бастии». На острове Корсика он чувствовал себя как дома и с благодарностью гонял по полю соперников, раздавая чудо-передачи и отправляя мяч в сетку. Команда выиграла Кубок Франции победным голом Милла, но его уже ждали дома, чтобы отправиться на первый чемпионат мира в истории сборной. Ему было уже тридцать.

    На отборочном этапе Милла забил пять голов в шести матчах и только по разнице мячей в плей-офф прошли итальянцы, которым суждено было стать в 1982 году чемпионами мира. Камерун плясал от радости, столь скоро сменившейся разочарованием, но теперь-то страна знала своих героев. На царство «львов» обрек успех на Кубке Африки в 1984 году, финал следующего розыгрыша турнира, проигранный по пенальти египтянам и снова чемпионство, и снова трофей... Однако лучшим футболистом континента Милла упорно не признавали.

    Милла и сам мало кого признавал, постоянно устраивая разборки с помощниками главного тренера, которые иногда были куда младше, чем сам Роже. Дело дошло до того, что он не счел нужным участвовать в чемпионате мира 1990 году. Президент Камеруна Поль Бийя лично обратился к игроку с просьбой – и ему тот отказать просто не смел. «На первой же тренировке такое на поле вытворял, что я сразу сказал: «Все, Роже, вопросов нет – ты в списке!», – рассказывал потом Валерий Непомнящий, добившийся феноменального успеха в укрощении «львов». Милла отказывался тренироваться, отказывался заниматься физическими упражнениями подолгу, но тренер понимал и шел Роже навстречу. Оба они были на пути к самому громкому успеху в истории камерунского футбола.

    Известный теннисист Янник Ноа, родившийся в Камеруне, записал песню «Saga Africa» о молниеносной атаке того состава «Неукротимых львов», которая начинается отличной игрой вратаря Томаса Н’Коно и завершается голом Милла. Не только Ноа – весь Камерун помнит, как была повержена Аргентина на «Сан Сиро», а затем, выйдя на замену, Милла принес победу своей команде в матче с румынами. Матч с колумбийцами в плей-офф дошел до овертайма, где всем запомнился феерический ляп кипера латиноамериканцев Игиты и гол Милла. Вот теперь он – лучший футболист Африки, несмотря на то, что четвертьфинал был проигран англичанам. Вот теперь он король-лев.

    Четыре года камерунского счастья закончились провальной игрой на мундиале-94, когда забивший в ворота сборной России гол 41-летний Роже Милла из царствующего превратился в легендарного неукротимого льва, разгуливающего на свободе. В саванне все смолкло, но ненадолго.

    Самюэль Это’О

    В камерунском Нконе родился ребенок. Ему с детства читали ему сказки о том самом льве, который укротил целый мир, не дав никому повелевать собой. Ему рассказывают, как лев всегда стоял на своем, не признавал авторитетов и старался быть на вершине, чтобы мир видел, насколько прекрасна недостижимая доселе высота. Малыш танцевал ламбаду после каждого забитого им в импровизированные ворота гола, чувствуя в себе силу и желание однажды достичь той самой вершины, которая принесет ему и его племени счастье. Он часто запрокидывал голову вверх, надеясь увидеть то, чего другим не дано. Витая в облаках, он двигался быстро – не потому, что торопился, просто кто-то тащил его за руку, а когда он опустил глаза – клетка захлопнулась. И вот он уже в неволе. В золотой неволе «Реала».

    «Я всегда хотел быть таким, как Милла. Все камерунские мальчишки, играющие в футбол смотрели на него с обожанием», – сказал однажды Это’О, не думая, что во многом он превзойдет своего кумира, идя по следу. Добывать и добиваться в Мадриде ему не давали, а охота пуще неволи, и Самюэль отправляется в «Леганьес» в аренду, откуда получает вызов в сборную страны, которая впервые играет на мундиале без Милла. Львенку всего 17 и он самый молодой на этом турнире, а команда из неукротимой все чаще становится добычей для тех, что из большого мира. Мира, где есть свои кумиры, свои чаянья и свои питомцы, в которых кто-то уже вдохнул жизнь.

    «Мне предсказали успех. Один сомалиец сказал, что я повторю путь Милла. Что еще? Я больше и слышать ничего не хотел. Эта фамилия... Вы не представляете, что она значит для каждого в Камеруне», – делится Самюэль ставшей общеизвестной легендой. Знаменитыми стали и его оправдания по поводу систематических опозданий на тренировку – в ход шли бытовые причины и даже срочный разговор с Томом Сойером, без совета которого, как известно, ни одному юному камерунскому дарованию просто не обойтись. В «Эспаньоле» этого на себе ощутить не успели, в «Леганьесе» – терпели, в «Реале» – делали вид, что Саму не существует. И вот уже приобретенный Анелька выходит на поле в белой майке, а Это’О в плену собственных желаний и мечтаний готовится к очередной ссылке на остров, повторяя вслух для всех – дескать, и у Милла тоже так было. Но для него, в отличие от Роже, все происходило очень быстро. Ночь сменяла день настолько стремительно, что он не успевал отдышаться, надышаться воздухом в этом свободном ... вольере «Мальорки».

    Периодическая грызня с окружением, нападки на Арагонеса, охочего до схваток с молодыми амбициозными – обычное дело. Луис заставляет Саму стачивать когти о кажущееся каменным сердце, постепенно схватки становятся азартней, а львенок – сильнее.

    Он уже один из лучших форвардов местного первенства и балеарцы во многом благодаря ему удивляют Европу в Кубке УЕФА, но там, на большой земле за него ведут борьбу два мира – тот, что навсегда стал для него чужим и тот, что примет, позволив поверить в вольную жизнь в весьма комфортабельной клетке. Однако олимпийский чемпион и лучший игрок Африки все еще пытается разглядеть ту самую вершину, где его обязательно должен дождаться предшественник.

    До футбольного Эльдорадо, впрочем, его предшественник не добирался абсолютно точно. Трофео Пичичи – дважды, два чемпионства в Испании и гол в финале Лиги чемпионов. Далее след в след: мятеж во время матча с «Сарагосой» – тоже дважды, буйство речи в разговоре с журналистами по поводу Роналдиньо и возможного продления контракта – конфликты с продолжением. Тренер терпел, повторяя «Таков уж наш Самюэль» даже в плохие времена. Сам Самюэль, в отличие от тренера, дождался новых – хороших. И опять наверх к непокоренным высотам – триплет и гол в финале Лиги чемпионов. Меж тем в сборной все было не так гладко.

    После плохого старта в группе А квалификации ЧМ-2010, Камерун пребывал в шоке после ничьей с Марокко в родном для Милла Яунде. «Нужно сказать, что это могло нам дорого стоить. Если бы не было этой игры, после чего я поставил вопрос ребром, если бы не пришел Поль Ле Гуэн, думаете, мы бы точно дважды победили Габон? Да ни за что. У нас есть матери, которые сейчас усаживаются перед телевизором, чтобы посмотреть игру сборной Камеруна. У нас есть люди, которые умирают от сердечного приступа во время просмотра матчей сборной Камеруна, необходимо обратить на это внимание. Нельзя терять наших соотечественников из-за того, что кое-кто черт знает чем занимается», – возмущался Милла в эфире RTS. Ле Гуэн справился с поставленной перед ним задачей, и решающий матч все у той же сборной Марокко Камерун выиграл. К тому временем Самюэль Это’О с холодным северным ветром оставил прибежище, ставшее было родным.

    «Расставание с Самюэлем – по личным причинам», – сказал тренер Гвардиола до обмена на Ибрагимовича, а после трансфера: «Нет, вы меня неверно поняли. Ничего личного»... Покинув казалось бы обретенный рай, лев остановился, по-детски наивно поднял взгляд вверх, и не увидев ничего в звездном небе, впервые в жизни посмотрел по сторонам.

    Словно по волшебству он оказался на одной вершине рядом со своим предшественником. Старый мудрый лев опустил взор и прыгнул в вечность, оставив нынешнего главу прайда дожидаться последователя.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы