10 мин.

Милдронат: почему так много жертв в российском спорте?

Эта запись, пожалуй, самая пространная за историю моего блога. Она не про то, является ли милдронат допингом. Она о наглости, о глупости, а по большей части – о наплевательстве тех, для кого спорт является профессией. Она, в сущности, про то, что любой человек, имевший отношение к спортивному миру и пару извилин в голове, должен был предвидеть эту катастрофу.

Да, и я не медик и не фармаколог. Всю информацию, представленную ниже, я нашел в открытых источниках.

alt

Забытые жертвы

В феврале 2014 года на Олимпиаде в Сочи украинская лыжница Марина Лисогор провалила допинг-тест на вещество, добавленное в «черный список» ВАДА в начале того года. В своих показаниях Лисогор объяснила, что десятью годами ранее она перенесла операцию по поводу брюшного тифа, после которой кардиолог рекомендовал ей использовать препарат «Предуктал» — для «поддержания физических кондиций». Лисогор утверждала, что перед использованием «Предуктала» убедилась, что он не содержит запрещенных веществ.

Прошло десять лет, и Лисогор, по ее словам, вновь использовала «Предуктал» во время Олимпиады-2014, не зная, что с 1 января 2014 года его применение спортсменами в соревновательный период было запрещено. «Это моя личная вина, мне очень жаль, что я позволила этому случиться, — говорила Лисогор. — Я хочу заверить, что совершила эту ошибку непреднамеренно. Я говорю правду».

За нарушение антидопинговых правил Марина Лисогор была дисквалифицирована на два года.

В феврале 2015 года Николай Ведехин, чемпион Эстонии в беге на 1500 метров, провалил внесоревновательный допинг-тест на сборе в кенийском Элдорете. Эстонское антидопинговое агентство сообщило, что Ведехин принимал «Предуктал» — средство, рекомендуемое, в частности, при стенокардии и для профилактики ишемии. Однако Ведехин не учел (точнее, сделал вид, что не учел), что с 1 января 2015 года использование этого лекарства запрещено также и во внесоревновательный период.

Николай Ведехин получил дисквалификацию сроком в четыре года — не только за употребление запрещенного препарата, но и за попытку подмены образца допинг-пробы.

Знакомьтесь: триметазидин

«Предуктал» — это одно из торговых названий препарата триметазидин (trimetazidine), его производителем является французская компания Les Laboratoires Servier, работающая на рынках многих стран Азии и Центральной и Восточной Европы.

Производители триметазидина утверждают, что он имеет антиангинальное, коронародилатирующее, антигипоксическое и гипотензивное действие, служит кардиопротектором, снижает перепады артериального давления, уменьшает головокружение и шум в ушах. Его особенно рекомендуют для защиты сердца при повышенных физических нагрузках. Ничего не напоминает?

Мельдоний и триметазидин: найдите десять отличий

Еще в 2010 году в №3 курского научно-практического вестника «Человек и его здоровье» (это вам не враждебные России Guardian или The Times) была опубликована статья сотрудников кафедры фармакологии Курского государственного медицинского университета под устрашающим названием «Эндотелио- и кардиопротективные эффекты мельдония и триметазидина при L-name-индуцированной эндотелиальной дисфункции в эксперименте». В силу своего невежества в данной области я не могу вдаваться в подробности этого эксперимента, проводившегося, кстати говоря, на крысах. Скажу только, что суть заключалась в сравнении механизма защитного воздействия этих двух препаратов на сердце.

Апологеты мельдония называют его «безвредной витаминкой» и чуть ли не пустышкой, лекарственный эффект которой, не говоря уж о допинговом, вообще не очевиден. Именно из-за недоказанности его медицинских свойств «Милдронат», например, не сертифицирован в США — бедной Шараповой пришлось наладить его трафик через океан.

А что же триметазидин? Формулярный комитет Российской академии медицинских наук еще в 2007 году причислил его к «устаревшим препаратам с недоказанной эффективностью» (наряду, между прочим, с валидолом, валокордином и арбидолом).

Эпитет «устаревший» здесь не менее важен, чем «недоказанный». Изобретатель «Милдроната» утверждает, что придумал препарат еще в середине 1970-х годов. Публикации о возможных сердечных эффектах триметазидина появились еще раньше — в 1960-х. Однако убедительных доказательств его клинической ценности до сих пор нет. К мнению РАМН присоединилось и Европейское медицинское агентство, рекомендовавшее в 2012 году ограничить использование триметазидин-содержащих лекарств.

Осчастливить жителей США этим препаратом, в свою очередь, безуспешно пытается сомнительная фирма, похожая на промоутеров «Гербалайфа». Но всемогущее FDA (Управление по надзору за продовольствием и лекарствами США) склонно согласиться со своими российскими и европейскими коллегами.

Промежуточные итоги

Мы имеем два препарата — мельдоний и триметазидин, фактически (а во многих случаях и юридически) не признанные медицинскими властями развитых стран. Оба — довольно старые и долго используемые на рынках развивающихся стран. Оба декларируют защиту сердца при повышенных физических нагрузках. Оба используются спортсменами. При этом производителем одного из препаратов является вполне себе французская компания — и именно он первым, еще два года назад, попал под запрет. Причем руководителем медицинского и исследовательского комитета ВАДА, который и подбирает экспертов для оценки потенциально допинговых препаратов, является бывшая министр спорта Франции Валери Фурнерон. Как непатриотично с ее стороны было сыграть против посконно французского бизнеса!

Удивительная история последовательного запрета двух препаратов-близнецов побуждает меня задать несколько совсем не риторических вопросов. Но сначала небольшая ремарка.

Как препараты попадают в запрещенный список ВАДА

Согласно популярной теории заговора, ВАДА (то есть лично Обама) намеренно не проводило исследование о том, сколько времени занимает выведение мельдония из организма. Спешу сообщить, что такого исследования ВАДА не проводило, и запрещая триметазидин, и кучу других препаратов. Поразительно, что это вообще стало новостью для российского спортивно-медицинского сообщества.

Процедура включения препарата в стоп-лист ВАДА, на самом деле, до безобразия бюрократична, стандартна и однообразна, а, следовательно, легко предсказуема и прогнозируема. Каждый год происходит одно и то же. И с мельдонием происходило ровно то же самое, что до этого с триметазидином, а именно:

— в январе группа экспертов по списку запрещенных препаратов (List Expert Group) собирается на первую встречу, чтобы «определить новые и ключевые области действий и распределить задачи»;

— в апреле, на втором заседании этой группы, подготавливается проект (черновик) списка запрещенных препаратов на следующий год;

— в июне-июле этот черновик рассылается представителям правительств и спортивных движений стран, признающих полномочия ВАДА, для консультаций и сбора мнений;

— в августе собранные комментарии и мнения обобщаются и добавляются к предложенному ранее списку, который вновь направляется экспертам ВАДА;

— в сентябре группа экспертов проводит третье заседание, оценивая все полученные замечания и вынося свое итоговое заключение по новому списку; свои рекомендации выносит также медицинский и исследовательский комитет ВАДА, после чего список поступает на обсуждение и голосование исполнительного комитета ВАДА;

— 1 октября новый список запрещенных препаратов официально публикуется;

— 1 января нового года он вступает силу.

При этом допинговым нарушением считается не факт приема запрещенного препарата после 1 января, а факт его обнаружения.

10 вопросов российскому министерству спорта, спортивным федерациям, спортивным врачам и самим спортсменам

Вопрос первый

Не насторожило ли их включение еще в 2014 году в список запрещенных препаратов триметазидина, по своим предполагаемым эффектам мало отличимого от мельдония?

Вопрос второй

Ставили ли они под сомнение — публично или хотя бы на уровне частных разговоров с представителями ВАДА — обоснованность включения триметазидина в список?

Вопрос третий

Почему, на их взгляд, запрет триметазидина, срок выведения которого из организма даже по заявлениям производителей в два раза больше, чем мельдония, не вызвал такой лавины положительных допинг-проб, как запрет мельдония?

N.B.

Триметазидин достаточно широко применялся спортсменами стран к востоку от Германии. Так, в 2014 году вышло исследование польских авторов о распространенности использования триметазидина в польском спорте, в частности, в велоспорте, легкой атлетике и триатлоне.

Вопрос четвертый

Считали ли они запрет триметазидина столь же политически или коммерчески (в зависимости от того, какая теория заговора им по душе) мотивированным, как запрет мельдония?

Вопрос пятый

Не насторожило ли их включение мельдония в список «наблюдаемых» препаратов ВАДА в 2015 году?

Вопрос шестой

Насколько они были осведомлены о распространенности использования мельдония в российском спорте? Осознавали ли они, к каким последствиям может привести его запрет?

Вопрос седьмой

Ставили ли они под сомнение — публично или хотя бы на уровне частных разговоров с представителями ВАДА — обоснованность включения мельдония в список?

Вопрос восьмой

Какие отзывы и мнения представители российского правительства и спортивного движения направили в ВАДА после получения проекта списка запрещенных препаратов на 2016 год?

Вопрос девятый

Почему российские врачи и спортсмены продолжали использовать мельдоний в ноябре и даже в декабре 2015 года, если, по заявлениям самих врачей, спортсменов и спортивных чиновников, исследования по срокам выведения мельдония из организма отсутствовали?

Вопрос десятый

Понимают ли российские спортсмены, врачи и спортивные чиновники, что допинговым нарушением является не факт употребления запрещенного препарата после его внесения в список, а факт положительной допинг-пробы? В случае с мельдонием понимали ли они, что допинговым нарушением будет считаться обнаружение мельдония в допинг-пробе после 1 января, а не употребление мельдония после 1 января?

Товарищи по несчастью. Вместо послесловия

Допинговых скандалов, связанных с запретом триметазидина, действительно, почти не было. Почти. Потому что один случай был крайне примечательным и вполне в российском духе, но при этом не российским.

Поздним летом 2014 года Международная федерация плавания (ФИНА) объявила о том, что китайский пловец Сунь Ян, олимпийский чемпион, чемпион и рекордсмен мира, дисквалифицирован на три месяца за употребление триметазидина. Пикантность ситуации заключалась в том, что к моменту объявления о дисквалификации она (дисквалификация) уже истекла.

Дело в том, что допинг-тест Сунь Ян провалил еще 17 мая 2014 года на внутреннем чемпионате Китая. Вот только Китайское антидопинговое агентство (CHINADA) никому об этом не сообщило (точнее, есть подозрение, что оно по секрету сообщило об этом ФИНА), а Китайская федерация плавания тихо выписала спортсмену трехмесячный бан.

Почему всего трехмесячный? Потому что Сунь Ян «представил убедительные свидетельства, что он не намеревался никого обманывать». Чемпион, как вы уже догадались, оказался сердечником и принимал спасительное лекарство уже шесть лет, да не заметил, что теперь оно запрещено. Доктор, неосмотрительно прописавший ему триметазидин, был отстранен от работы на год.

Почему известие о дисквалификации пришло с такой задержкой? Потому что бедное CHINADA было слишком загружено обработкой других допинг-тестов и вообще оно публикует свои решения раз в квартал. Кроме того, как заявил заместитель директора CHINADA, «Сунь Ян самый известный спортсмен в Китае и известен во всем мире, поэтому мы должны были отнестись к его делу очень осторожно. Но мы не пытались его покрывать!»

ВАДА эта щепетильность, мягко говоря, не обрадовала. Всемирное агентство, правила которого требуют, чтобы решения о дисквалификации публиковались не позднее 20 дней после их вынесения, выразило «глубокую обеспокоенность отсутствием необходимой коммуникации со стороны CHINADA и ФИНА».

Роль ФИНА, руководство которой небезосновательно обвиняют в потворстве допингистам, в этой истории чрезвычайно мутная. Если глава ФИНА Корнель Маркулеску не знал о тайной дисквалификации пловца, это показатель его непрофессионализма. Если знал и скрыл, то ему следует предъявлять претензии совсем иного рода. В любом случае ФИНА не предприняла никаких действий для расследования этой истории, после того как она всплыла на поверхность. Сунь Ян сохранил медали Азиатских игр, полученные сразу после истечения его пародии на дисквалификацию и преспокойно отправился на ЧМ-2015 в Казань.

И вот здесь, в Казани, выиграв очередное золото чемпионатов мира, Сунь Ян выступил с программным заявлением, с каким регулярно выступают пойманные на допинге российские спортсмены. Просто замените название страны.

«Я не понимаю, почему, когда дело касается китайца, СМИ уделяют этому такое внимание, — возмущался Сунь Ян. — Когда Китай показывает хорошие результаты, люди во всем мире обязательно думают что-то плохое. Нет ничего сомнительного в наших выступлениях. Допинг есть и в других странах. Будучи спортсменами, мы упорно трудимся и иногда получаем травмы и принимаем вещества, о которых не знаем. Иногда мы совершаем ошибки. Но не делайте из нас врагов!»

Выиграв две золотые и серебряную медали ЧМ-2015, Сунь Ян снялся с финала на дистанции 1500 метров, указав на… внезапные проблемы с сердцем, которых во время соревнований у него «никогда прежде не было». Следующим международным стартом, после долгого зимнего перерыва, для китайского пловца должен был стать турнир Aquatic Super Series, намеченный на февраль 2016 года в австралийском Перте. Однако Сунь Ян неожиданно снялся и с этих соревнований, теперь уже из-за травмы правой ступни. Впрочем, он до сих пор уверяет, что выступит на Олимпиаде в Рио.