8 мин.

Александр Филимонов: «Я – болельщик «Спартака»

Гостем редакции «Советского спорта» стал легендарный вратарь Александр Филимонов.

В понедельник утром у «Арсенала» тренировка. Сразу после занятия Филимонов садится в машину и спешит в Москву. Впереди – выходной.

– Больше времени, конечно, провожу в Туле, именно там проходит тренировочный процесс, – рассказывает Александр. – В Москву приезжаю только на выходные. Например, в августе всего второй раз удается выбраться в столицу.

– Могли предположить, что дебют в премьер-лиге получится для «Арсенала» столь неудачным – один гол и одно очко в четырех матчах?

– Ожидания двухмесячной давности были более оптимистичными. Но чем ближе надвигался сезон, тем больше оптимизм уменьшался, становилось понятно, как непросто придется. В целом уровню премьер-лиги не удивился. На что рассчитывал, то и увидел. Хотелось бы более качественной игры в исполнении нашей команды. Пока не показываем всего, на что способны.

– Вы увидели, что ожидали. А мы вот не ожидали увидеть такого 40‑летнего Филимонова. Кажется, по сравнению с лучшими годами в «Спартаке» вы сбросили килограмма четыре…

– Мне много раз об этом говорили, еще с тех пор, когда играл в Ташкенте. Люди, видевшие меня раньше только по телевизору, удивлялись, как я похудел. Но на самом деле это не так. Вес чуть больше по сравнению со спартаковскими годами. Суть же в том, что телевизор немного укрупняет. В экране все кажутся больше, реальность немного искажается. А я, как раньше качался, так и продолжаю ходить в тренажерный зал. Единственное изменение – отрастил бороду. 

– Наверняка, заглядывали в справочники и знаете, что самый возрастной игрок в истории наших чемпионатов, Анатолий Давыдов, выходил на поле в возрасте 43 года и 295 дней…

– Не заглядывал. Никогда не было мотивации бить чьи-то рекорды – по количеству игр или по продолжительности выступлений. Не ставил задачи и не планировал играть до 35 или 40 лет. Выходить на поле можно, пока позволяют здоровье и желание. Но несколько лет назад понял, что есть и третий фактор – востребованность.

– Какова вертикаль власти в «Арсенале»? Вы являетесь тренером вратарей. Можете сказать, что сегодня, например, Александр Филимонов играть не будет и на поле выйдет другой?

– Конечно, у нас были такие случаи. Если почувствую, что не соответствую уровню, уступаю в скорости, мышлении, желании, Филимонов играть не будет. Спокойно уступлю место партнерам. Так происходило и во второй лиге, и в ФНЛ, и так будет в премьер-лиге. Цепляться за место в составе и выходить на поле с тросточкой не стану. Что касается вертикали власти, Аленичев оставил право выбора вратаря на мое усмотрение и доверяет моему мнению. Если говорю, что сегодня играет Филимонов, значит, так и будет.

– После игры с «Динамо» Аленичев сказал, что в двух эпизодах вы действовали «вальяжно». Вы действительно приняли несколько адреналиновых решений внутри штрафной…

– Это у вас адреналин выделился после каких-то решений, а у меня он выделяется всю игру. Выход на поле – это уже состояние стресса. И любое мое действие сопряжено с риском и большой ответственностью. Привык к тому, что если что-то и делаю, то должен при этом максимально обезопасить ворота.

Если даже играю в штрафной площади в стенку, как произошло в матче с «Динамо», значит, опасности воротам «Арсенала» нет. Это не то же самое, что действия футболистов, из-за которых соперник выходит один на один или бьет без помех с пяти метров. Я ведь отдаю партнеру под удобную ногу, знаю, что пас не приведет к потере мяча или удару по воротам. Это вовсе не полотерские номера, как кому-то может показаться. В этих ситуациях минимум риска.

ПРЯНИКИ, САМОВАРЫ, ФИЛИМОНОВСКИЕ ИГРУШКИ

– Можете вспомнить предсезонную речь Аленичева и поведать, какая задача поставлена перед командой на сезон?

– У нас несколько задач. Основная, как озвучил тренер, – показывать красивый открытый футбол и запомниться всем российским болельщикам. Вторая – занять место не ниже 12‑го. Но о том, чтобы железобетонно остаться в премьер-лиге или занять конкретное место, не говорили ни на встрече с болельщиками, ни в коллективе.

– Кстати, о коллективе. Когда в последний раз, не считая «Арсенала», в составе вашей команды на поле выходили одиннадцать русских футболистов?

– В последний раз? – задумывается Александр. – Еще в составе камышинского «Текстильщика» и «Факела». Наверное, такое было и в «Спартаке» до того, как пришел Робсон. Но все-таки не стоит забывать, что в «Арсенале» все же есть один легионер, черногорец, который хорошо говорит по-русски.

– Удается ли в Туле выйти на улицу незамеченным, не одолевают поклонники?

– Никаких проблем, спокойно гуляю по городу. Могу и в ресторане посидеть, не привлекая лишнего внимания. Да, частенько узнают, могут попросить автограф или сфотографироваться вместе, но такого, чтобы толпа обступала и не давала прохода, нет.

– Какие ощущения от проживания в Туле и в чем особенности этого города?

– Обычный рабочий провинциальный город. Все просто, скромно, уютно и по-домашнему. Отличительная черта – пряники и самовары. Пряники, естественно, пробовал, но в основном беру их в качестве подарков друзьям. Кроме того, открыл для себя, что в Тульской области, под городом Одоев, в деревне Филимоново делают так называемые филимоновские игрушки. Из глины вылепливаются фигурки, раскрашиваются.

– Подписали с ними рекламный контракт?

– Нет, там все очень просто и скромно, – смеется Филимонов. – Игрушки лепят бабушки, обычные люди и сами же продают. Это вовсе не бизнес, а народный промысел. Причем узнал я о нем всего год назад. При первой возможности сел в машину и поехал встретиться, поговорить с мастерами. Только когда представился, узнали и сказали: «О, так это же наш Филимонов!» Но ажиотажа все равно не было. Вы, наверное, переоцениваете значение футбола в жизни страны. Он не так популярен, уверяю вас.

Кроме того, в прошлом году на 40‑летие клуб подарил самовар, который старше меня на 103 года, – продолжает Александр. – Чай из него, конечно, не пил – раритет все-таки. Отвез к родителям в Йошкар-Олу, стоит у них дома.

«АЛЕНИЧЕВ ПОЗВАЛ БЫ МЕНЯ В «СПАРТАК»

– Следили в последние годы за «Спартаком» и можете ли в принципе назвать себя спартаковским болельщиком?

– Да, всегда говорил, что я – болельщик «Спартака». Переживаю за команду с 1985 года и по мере возможностей всегда слежу за игрой клуба. Всем нам хочется, чтобы после столь долгого перерыва «Спартак» снова стал чемпионом.

– Тогда наверняка смотрели и матч против ЦСКА. Был пенальти на Паршивлюке?

– Не было. Учитывая, сколько проводится различных семинаров и сборов для судей, арбитр был обязан разобраться в ситуации. Ведь видно, что человек не хочет сделать шаг вперед и касается ногой ноги Акинфеева. Если бы Паршивлюк хотел поднять ногу и получил бы по ней удар, это другое дело. А он хотел упасть. И судья должен это видеть.

– Если бы тот «Спартак», в котором вы становились чемпионом, оказался в современной премьер-лиге, что бы ему светило?

– Золото, – улыбается Филимонов.

– То есть справились бы с «Зенитом», Халком и Витселем?

– Они же в прошлом году не смогли стать чемпионами, правильно? Так почему нет? Но сейчас все-таки ни одна команда в России в тот самый спартаковский футбол не играет. И не знаю, увидим ли этот футбол когда-нибудь еще.

– Аленичев – идеальный будущий тренер для «Спартака»?

– (Надолго задумываясь.) Пока нет. Но это мое личное мнение и видение. Окажись он сейчас в «Спартаке», пришлось бы очень сложно. В клубе нужно многое менять и перестраивать – не только спортивную составляющую. А в одиночку это сложно сделать.

– Действительно весной один из акционеров «Спартака» хотел видеть Аленичева в клубе и вы также могли войти в тренерский штаб?

– Все было на уровне слухов и разговоров, но до конкретики так и не дошло. Но, если бы Аленичев стал главным тренером «Спартака», скорее всего позвал бы и меня.

– Смогли бы усадить Реброва на скамейку?

– Все определилось бы в тренировочном процессе. Играл бы тот, кто лучше. Если сильнее выглядел бы Ребров, выходил бы он. Если бы лучше выглядел Филимонов, то Филимонов. Свои возможности оцениваю реально.

«ТЕПЕРЬ ВСЕ НАЗЫВАЮТ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ»

– Чувствуете ли себя ветераном и называют ли вас одноклубники дядей Сашей?

– Конечно, чувствую. Но не ветераном, а скорее старшим товарищем, опытным футболистом, тренером наконец. Дядя Саша? Все уже давно называют меня Владимировичем. Бывают моменты, когда ребята в пылу борьбы или в пылу эмоций могут назвать Филом. Но редко.

– Субординация или называть вас Филей опасно для здоровья?

– Так меня называли в «Спартаке». Болельщики в Туле кричат «Филя-Филя», но в «Арсенале» так никто ни разу не обращался. Так что даже не знаю, как отреагировал бы.

– Параллельно с игрой на поле вы являетесь и тренером вратарей. Кого считаете своим учителем?

– Одного учителя выделить не могу. Различных методических моментов накоплено немало, багаж знаний довольно большой. Использую упражнения, которые увидел у Юрия Дарвина, работавшего со мной в «Спартаке». Что-то почерпнул у Михаила Михайлова в киевском «Динамо», что-то в «Москве» и «Уралане» у Валерия Шереметова. Некоторые упражнения записаны на видео, некоторые подсматриваю у коллег на сборах. Есть игровые ситуации, которые нужно отрабатывать, так что некоторые придумываю сам.

Источник