В «Ф-1» рекордно короткое межсезонье. Здоровье гонщиков в опасности?

Мнение тренера и психотерапевта.

Межсезонье 2025/2026 года стало самым напряженным в истории «Формулы-1» – его драматически сократили из-за позднего финиша предыдущего сезона и перехода на новый революционный регламент. Последствия могут быть очень серьезными: от падения результатов, травм и выгорания до серьезных аварий. Чтобы лучше разобраться, мы поговорили с психотерапевтом и тренером по физподготовке.

Что конкретно случилось

Исторически межсезонье в «Формуле-1» длилось около 10–12 недель – почти 3 месяца. Сезон завершался в середине–конце ноября или в первых числах декабря. Предсезонные тесты начинались лишь в конце февраля, в 20-х числах, а первая гонка следовала через неделю.

Такой график давал пилотам минимум 2–3 недели полного отдыха с минимумом жестких физических и психологических нагрузок, а затем – 6–8 недель спокойной, целенаправленной базовой подготовки – время имелось и на тренировочные лагеря, и на работу на базе, и на спонсорские активности.

Педро де ла Роса рассказывал, что тренер давал ему задание провести 2 недели вообще без каких-либо тренировок. Марк Арнолл, тренер по физподготовке, который долгие годы работал с Райкконеном, признавался, что не видел Кими до первой недели января. Зато после этого у них было целых 2 месяца на подготовку.

Эти 2 месяца были ключевыми: именно в них закладывался фундамент выносливости, силы шеи, координации и аэробной мощности – всего того, что позволяет гонщику выдерживать пульс 170+ ударов в минуту, перегрузки до 6G и потерю до 4 кг веса за одну гонку. Но в этом году у гонщиков сильно меньше времени.

• Последняя гонка сезона-2025 прошла 7 декабря в Абу-Даби.
• Закрытые предсезонные тесты начинаются уже 23 января, открытые – 11-13 февраля.
• Между финишем 2025 года и началом работы на трассе в 2026-м – всего 47 дней.

Даже если считать до открытых тестов в середине февраля, у пилотов меньше двух месяцев на восстановление и подготовку.

Фактически у гонщиков вообще не было свободного времени.

Алекс Албон в конце сезона-2025 рассказал, насколько напряженным планировался его график:

«У меня семь выходных дней. Мы завершаем сезон, потом сразу какие-то мероприятия – новогодние вечеринки и все такое, – а затем едем на фабрику. Потом я уезжаю на семь дней, возвращаюсь, провожу Рождество с семьей, и уже 27 декабря начинается тренировочный лагерь. 5-6 января мы снова на базе. Времени на отдых почти нет. Это жестко. Не думаю, что этого достаточно. И тесты, и такой короткий перерыв – все наваливается сразу».

Это новая норма для всех пилотов.

Причем даже в такую короткую паузу не все останавливаются. Топ-пилоты и энтузиасты продолжают гонять даже в межсезонье. Например, Макс Ферстаппен в декабре был замечен на трассе в Португалии – на тестах GT3. Кими Антонелли несколько дней гонял в Италии на картах. Но если раньше такие «подкатки» были делом личного выбора на фоне качественного отдыха, то теперь они вписываются в жесткий график, где место для восстановления уже не предусмотрено.

Два месяца «каникул» – это иллюзия. В 2026-м этот период расписан по часам, а отдых стал дефицитом, без которого невозможно безопасно начать новый сезон.

Без 2–3 недель покоя невозможно перезагрузить организм

Антон Слонимский, врач-психотерапевт и автор книги «Мой доктор (вроде бы) нормальный», объясняет, почему традиционное межсезонье было физиологической необходимостью:

«Сложившийся цикл был не прихотью. Он скорее был биологически необходимым. Первые несколько недель, примерно 2–3, нужны просто для того, чтобы сбросить хронический стресс. [Во время сезона у гонщиков] высокий уровень кортизола, постоянное состояние, когда происходит перенапряжение. Эмоционально истощаются надпочечники, истощается иммунная система, нарушается сон, нарушаются когнитивные функции. 2–3 недели полного покоя нужны для того, чтобы тормознуть эту систему и перевести ее в нормальное состояние».

Элитные атлеты работают выше обычных человеческих возможностей, и им требуется больше времени на восстановление, чем среднему человеку после обычной работы.

«Им нужно вернуться в обычный человеческий ритм. После того, как они вернулись в этот ритм, необходимо постепенно возвращаться к работе. Не резко начинать подготовку, а именно шаг за шагом, поэтапно. И на это уходило раньше, как я вижу, примерно 6–8 недель, за которые они могли нормально набрать форму. Теперь этого не будет».

Денис Алексеев, тренер по физподготовке, который работал с гонщиками серий GT3, GT4 и ралли-кросса, подтверждает, что 1–2 недель отдыха недостаточно: «Этого, естественно, мало. Гоночный сезон длинный, с большим количеством перелетов, постоянной сменой часовых поясов, сбитым режимом сна, нагрузками на центральную нервную систему и микротравмами.

У пилотов по ходу сезона накапливаются проблемы: общее хроническое напряжение, спазмы в мышцах, боли в слабых зонах, как поясница у Льюиса Хэмилтона и Ландо Норриса, проблемы с травмированными пару лет назад запястьями у Ланса Стролла. Есть и другие хронические проблемы пилотов, которые они не афишируют. У кого-то сложности с эмоциональной подготовкой. Это тоже большая нагрузка».

Даже если сон «условно нормализуется» за пару недель, гормональный фон и нервная система не успеют восстановиться.

В результате пилоты подойдут к тестам с накопленной усталостью.

Работать по шаблону можно и без отдыха. А вот научиться новому получится только со свежей головой

В 2026 году вступает в силу новый технический регламент: переход на гибридные силовые установки с соотношением мощности почти 50/50. Это требует интенсивной работы в симуляторах и глубокого технического погружения – только посмотрите, как о новых болидах отзывался Эстебан Окон:

«Придется по-другому пилотировать болид. Думаю, можно забыть все, чему мы учились, начиная с картинга. Придется заново всему учиться. Хотя опыт поможет быстро адаптироваться, но адаптироваться придется ко всему. Все наши чувства, ощущения… придется гораздо больше и быстрее думать во время пилотирования».

Но без отдыха невозможно хорошо разобраться в работе новых устройств.

«Помимо того, что времени стало меньше, в этом году, видимо, будет накладываться дополнительный стрессовый фактор – освоение новых машин, – говорит Антон Слонимский. – Освоение нового как раз наоборот требует высокого когнитивного напряжения, а чтобы быть способным на него, требуется качественный отдых.

Поддержание прежнего уровня в отсутствии качественного отдыха еще возможно, а вот освоение нового требует по-настоящему длительного отдыха и восстановления. Раннее вовлечение в симулятор для того, чтобы изучать новое без должного отдыха, вероятнее всего, приведет к когнитивной перегрузке, а потом, вероятно, к выгоранию».

Выгорание – это «эмоциональное истощение, состояние цинизма, ощущение своей неэффективности».

В контексте «Формулы-1» это значит, что у гонщика может пропасть мотивация и радость от гонок. «Гонщик может начать воспринимать свою карьеру как каторгу, – говорит Слонимский. – Может нарушиться баланс между работой и личной жизнью: пилот будет вынужден пожертвовать семьей, отношениями и хобби. Для некоторых – не обязательно для всех – это означает утрату дополнительных источников смысла, что сделает их еще более уязвимыми перед всеми рисками».

Но последствия не только физические. Психологическая цена может оказаться еще выше.

«Есть высокий риск, что разовьются тревожные депрессивные расстройства. Это будет выглядеть как раздражительность, апатия, нарушение сна. Могут возникнуть даже панические атаки. Потом могут снизиться когнитивные функции. А это значит, что ухудшится реакция, снизится способность к многозадачности, изменится качество пространственного мышления. Вероятно, снизятся результаты, повысится риск ошибок и травм. Уставший мозг совершает ошибки, а это высокий риск аварии. Так что это вопрос безопасности», – объясняет Антон Слонимский.

Думаете, в мире элиты вроде «Ф-1» такое невозможно? Но вспомните Серхио Переса в последний год за «Ред Булл» или Даниэля Риккардо в последний год за «Макларен». Оба признавались: неудачи и падение результатов связаны прежде всего с выгоранием. Кевин Магнуссен во время первого ухода из «Хааса» в гонки на выносливость высказывался таким же образом – «рвешь задницу, и ради чего?»

Преимущество получат те, кто лучше восстанавливается

В условиях сжатого графика ключевым фактором станет скорость восстановления.

«Пилоты – живые люди, а не роботы. У всех разная физиология, разная нервная система и разные способности организма к восстановлению, – объясняет Денис Алексеев, тренер по физподготовке. – Для кого-то короткий перерыв будет более критичен, а для кого-то пройдет менее заметно.

Но в целом восстановление станет хуже. За реакцию, концентрацию и когнитивные функции отвечает центральная нервная система, а ее восстановление будет недостаточным у всех.

Плюс хронические микротравмы: шея, запястья, поясница. У большинства пилотов основная проблема – именно поясница, из-за осевой нагрузки на трассе, особенно на неровностях. Пилоты, у которых есть такие проблемы, скорее всего, принесут их с собой в новый сезон. Не факт, что они смогут полностью закачать поясницу за оставшееся время».

Особенно уязвимы гонщики с большим стажем: «Льюис Хэмилтон и Фернандо Алонсо – возрастные пилоты, а значит, их восстановительные способности ниже, чем, например, у Макса Ферстаппена, Ландо Норриса или Джорджа Рассела. Просто из-за возраста. Даже для Хэмилтона, несмотря на огромное внимание к физической подготовке, это может стать вызовом».

А ведь после завершения цикла регламента с крайне жесткими болидами с граунд-эффектом на «разваливающуюся спину» жаловались и Ферстаппен, и Гасли, и Норрис. Еще совсем молодые ребята и мощные атлеты!

Общая физическая подготовка тоже пострадает: «Стандартный цикл ОФП занимает 6–8 недель, – объясняет Денис Алексеев. – 3–4 недель явно не хватит. Пилоты начнут тесты точно не в идеальной форме и будут постепенно набирать ее уже в болиде – во время тестов, а возможно, и на первых гонках сезона. Это, в принципе, нормально: самая важная адаптация происходит именно за рулем, ведь никакие тренировки и симуляторы не могут повторить реальную нагрузку и перегрузки, которые они испытывают в поворотах. Так всегда и было, но в этом сезоне это будет ощущаться сильнее. Преимущество получат не те, кто жестче тренируются, а те, чья физиология лучше переносит нагрузки и быстрее адаптируется.

На таком уровне, как в «Формуле-1», даже десятые и сотые доли секунды имеют решающее значение. То же самое с восстановлением. Обычному человеку пилоты кажутся физически супер-готовыми машинами. Но если поставить их в один ряд, то между ними даже небольшая разница в восстановлении дает большое преимущество. Более быстрое и легкое восстановление – за счет лучшей генетики и физиологии – станет конкурентным преимуществом».

Тренировочный процесс тоже изменится: фокус сместится на сохранение здоровья

«В 2026-м задача пилотов – не строить физическую базу с нуля (ведь они не теряли форму из-за длительного простоя), а снять накопленную усталость и максимально быстро адаптироваться к новым условиям», – объясняет Денис Алексеев.

«Подготовка у каждого пилота индивидуальна. Многие сами выбирают специалистов, с которыми работают. На рынке «Формулы-1» доминируют две компании: финская Hintsa Performance и итальянская Formula Medicine, но пилоты часто привлекают и личных физиотерапевтов.

Из-за сжатых сроков – вместо привычных 6–8 недель на базовую подготовку – ни один тренер не сможет выстроить полноценный цикл. Пиковые нагрузки будут сокращены на 100%: тяжелая силовая работа слишком требовательна к центральной нервной системе, а ей нужно время на восстановление. Вместо этого приоритет отдадут работе со слабыми зонами: спина, запястья, корпус. Общая силовая нагрузка не исключается, но будет значительно снижена.

То же касается и кардио: длительные сессии тоже сократят. Тренировочные циклы станут короче, более целенаправленными.

Кроме того, команды почти наверняка ограничат или запретят экстремальные виды активности вне тренировок: горные лыжи, мотобайки, водные мотоциклы, горный велосипед. Даже небольшая травма – растяжение, ушиб – потребует минимум недели-двух на восстановление, что сорвет весь график подготовки.

Наконец, пилоты будут проводить гораздо больше времени в симуляторах, осваивая новые болиды. Это дополнительная когнитивная и физическая нагрузка, которую обязательно учтут при планировании тренировок. Где-то нагрузка прибавилась – значит, где-то ее нужно убрать, чтобы не допустить перетренированности».

Можно ли ускорить восстановление без ущерба для здоровья и эффективности? Да, именно на это скорее всего и сделают упор.

«Восстановление перестанет быть вспомогательным элементом и станет ключевой частью подготовки, – считает Денис Алексеев. – Различные виды массажа, миофасциальный релиз, работа с мобильностью грудного и шейного отделов позвоночника, применение физиотерапевтических устройств, микротоковая терапия – все это будет использоваться максимально интенсивно.

Я уверен, что можно применять и лимфодренажные методики: прессотерапию (сидение в специальных штанах, где за счет давления улучшается лимфоток), ледяные ванны, сауны. Возможно, некоторые пилоты используют барокамеры – как Криштиану Роналду и Майкл Фелпс. Сейчас распространены и криокамеры, и инфракрасные капсулы. Каждый пилот – сам себе режиссер. Валттери Боттас, например, любит сауну. Льюис Хэмилтон, я уверен, применяет какие-то из продвинутых техник.

Здесь нет одного «правильного» подхода. Все, от чего пилот чувствует себя лучше, пойдет на пользу».

А еще, скорее всего, даже в короткие каникулы пилотам вряд ли удалось по-настоящему расслабиться. «Сейчас особенно важно не набирать вес – времени на то, чтобы потом сбрасывать пару килограммов, просто нет. Поэтому строгое питание и работа со сном будут иметь ключевое значение. Без них эффективное восстановление невозможно», – считает Денис Алексеев.

В целом в течение сезона отдых должен стать главным приоритетом для пилотов.

«Дни, которые выделяются на восстановление, должны быть посвящены исключительно качественному отдыху: полное отключение от гонок – никаких симуляторов, брифингов, даже разговоров на тему болида. Важна полная смена обстановки.

Необходим спортивный психолог, который будет мониторить ментальное состояние и обучать техникам быстрого восстановления. Это медитации, дыхательные практики, методы улучшения качества сна – все, что помогает быстрее снижать уровень стресса.

Важно создать условия для восстановления по ходу сезона. Придется агрессивно оптимизировать все, что не связано напрямую с гонками – ввести индивидуальный график перелетов, чтобы максимизировать сон, цифровой детокс», – советует Антон Слонимский.

Летнего перерыва может не хватить, к концу года мы получим усталых и выгоревших пилотов

Летний перерыв в графике остался, но, хотя формально он длится три недели (с 27 июля по 20 августа), фактически на восстановление выделяется 14 дней – и это, скорее всего, не компенсирует зимний дефицит.

«Летнего отдыха может просто не хватить, поскольку выгорание может произойти уже раньше. Возможно, за это время получится лишь немного залатать «дыры», но настоящего восстановления не произойдет, и к концу года это приведет уже к полному переутомлению», – считает психотерапевт Антон Слонимский.

Сезон получится крайне напряженным: новый регламент, уплотненный календарь, растущие физические и психологические нагрузки – и все это на фоне неослабевающего давления со стороны спонсоров.

«Такой календарь игнорирует фундаментальные биологические и психологические ограничения человека, – говорит Антон Слонимский. – Мы можем увидеть падение спортивных результатов, волну травм, психологических срывов, преждевременное окончание карьеры».

Однако порой именно в таких экстремальных условиях раскрываются неожиданные таланты.

«Из-за смены регламента особенно важной станет способность пилота быстро адаптироваться к поведению нового болида, давать точную техническую обратную связь инженерам и концентрироваться в условиях высокой когнитивной нагрузки, – считает Денис Алексеев. – Именно такие гонщики – те, кто лучше восстанавливается, меньше накапливает микротравм и умеет глубоко погружаться в технические детали – получат решающее преимущество на старте сезона, особенно в борьбе внутри команды. Исторически именно в периоды смены регламентов такие пилоты показывают лучшие результаты на ранних этапах чемпионата».

Однако, в отличие от болидов, человеческое тело – не ресурс, который можно бесконечно оптимизировать. Чем масштабнее становится шоу, тем выше нагрузка на его главный актив – пилотов. Игнорировать это – значит ставить под угрозу не только их здоровье, но и безопасность на трассе.

Хэмилтон готов гонять хоть до 50 лет. Как он держит суперформу?

Фото: East News/Eric Alonso / DPPI via AFP; Gettyimages.ru/Clive Mason, Clive Rose, Mark Thompson, James Sutton, Rudy Carezzevoli; instagram.com/georgerussell63