Блог Прогулки с воздушными хлопьями

На высоте в 10000 сомнительных метров

 

Хоть незарегистрированным пользователям самолетов и не разрешается гулять по салону воздушного судна не только во время взлёта и посадки, но и вообще, приглашаю Вас туда.

1 марта ММХ. Один из "Боингов", совершающих перелёт Ванкувер-Москва.

После взлёта самолёта прошло около часа. Мерно гудят двигатели, стюардессы разносят напитки и закуски. В кабине пилотов не происходит ничего интересного, и, слава Богу! Идёмте дальше, в салон для Очень Важных Персон.

Да уж, а здесь немного пассажиров – 4 девушки и 2 мужчины! Они блаженно улыбаются, поглядывая в черный иллюминатор. Тишину нарушает голос Никиты. Он подмигивает Евгению, поворачивается к женскому полу и говорит: «Ну, что, девчонки, еще по одной?» Девушки кивают по очереди - первая, вторая, третья и четвёртая. Не будем нарушать их идиллию, эти люди могут спокойно наслаждаться жизнью.

В салоне Бизнес-класса тоже не наблюдается столпотворения – 16 человек. Эта компания находится в добром расположении духа. Шутки, смех. Однако нет-нет, да и вздохнёт кто-то тяжело. Чувствуется, что-то недосказанное, недоделанное. Но вот слышится очередной тост: «Ну, за четверной!», и напряжение на некоторое время спадает.

Вдруг из третьего салона прибегает человек, громко объявляет: «От имени всего Комитета, приказываю - сланцы всем сдать!» и убегает в первый салон, откуда слышится та же фраза. Это – Л. Тягач-Прицепов, глава О.Комитета Р. Он готовит сборную к встрече у Президента. Мысли в его голове путаются, поскольку на этой встрече придется присутствовать и ему, а количество людей, летящих в третьем салоне, не сулит ему ничего хорошего. Заглянем и мы в третий салон.

Первое, что мы видим - лицо человека, на которого возлагались главные хоккейные надежды – главный хоккейный тренер. Он сидит неподвижно и смотрит в одну точку. Челябинские мужики настолько суровы (с), что по их лицу непонятно выиграли они олимпиаду или проиграли. Но судя по общему выражению лиц третьего салона - эти пассажиры ничего не выиграли. Большинство просто спит. Ладно, пошли отсюда, обратно во второй салон.

Вдруг перед нами открылась кабинка WC, оттуда вышел го-д-н Мудков, министр, и направился в первый салон. А во втором салоне тем временем раздалось: «Давайте, за мой четверной!» Однако мы не успели туда попасть, поскольку проход заполонился и в тамбуре между вторым и третьим салонами (где мы и находились в данный момент) вновь возник министр. Он был влеком главой О. Комитета Р., который постоянно оглядывался. Нехорошо подслушивать, но мы и не просили их тут шушукаться.

- Виталий Леоньтевич, дорогой, что будем делать? В Москве, ТАМ, ждут с объяснениями. Может нехорошее случиться.

- Ну, Леонид Васильевич, я ведь человек новый. Как говорят у нас в футболе – команду строить три года надо. А я только заступил. Какие ко мне вопросы?

- А я-то как? Я же не питерский, могу не сдюжить.

- Как-как? У нас причины провала основные определены? Определены – смазка, погода, ошибки тренеров при подготовке спортсменов. Так?

- Я ещё думал, может недостаток финансирования добавить?

- Это ни в коем случае! Про деньги лучше вообще молчать, лишний раз не спросят. Какой у Вас недостаток? «Ламборджини Дьябло»?

- Ай-я-яй, чуть не запутался! Сейчас понял. Договорились. Погода, смазка, тренеры.

- И всё! Мы им лыжи мазали, что ли? А тренеров - федерации назначают, на них повесим всех собак.

- Точно. А если спросят, как бороться с этими самыми причинами неудач, так я знаю что сказать: «Всех сервис-мэнов заставим читать инструкции к мазям в обязательном порядке и по термометру им выдадим, снег мерять, а глав федераций – мордой в снег потычем, чтобы думали, куда они… тьфу, опять запутался»

- Вывод, в общем, верный! Меры нужны жесткие, но необходимые. Ответ на критику есть. Теперь нужны предложения по работе на перспективу, 4 года осталось.

- Мммм. Знаю! Надо ввести в программу Игр наши виды, национальные.

- Какие ещё виды?

- А такие. Где бы они все были, если бы не вписали в программу игр фристайл свой, ноуборд, смогул? А шорт-трек? У меня голова кружится от этих их выступлений! Вон сколько комплектов разыгрывается без нас! Они и без биатлона с лыжами собрали коллекцию! И нам так же надо. Я предлагаю добавить – катание на ледянке (раз), взятие снежной крепости (два), зимняя рыбалка (три). Всех порвём! Лично двух лещей за 10 минут выну.

- Не пройдёт. На утверждение времени мало, тут даже Рогге не поможет. Изнутри надо влиять. Вот по кёрлингу какие предложения можно сделать?

- Какие? Какие? Кричать громче «уоу-уоу-уоу»? Я ведь ни черта не понимаю, как они вообще друг у друга выигрывают.

- Эх, Лёня! Я ведь тоже не понимаю. А предлагать надо. Сейчас что у нас котируется?

- "Ледниковый период на первом"?

- Да, тяжёлый случай. Нанотехнологии!!! Внедрить их в кёрлинг надо.

- А как?! Я там ещё хуже разбираюсь. Можно сказать, дуб дубом.

- Так ты и в спорте дуб дубом, да, практически везде. Ты предложи на встрече, а там пусть ученые кумекают, как им нейтроны к швабрам приладить, да к конькам.

Тягач-Прицепов падает на колени и хватает Мудкова за руки.

- Спаситель! Спаситель! Век не забуду! Дачу в Алуште отдам! Акции Газпрома последние. Ведь Сочи! Это ж какой бюджет-то, а? Только бы нам в спорте остаться, только бы державу не посрамить!

- Лёня, ты хоть в Кремле так не ляпни. Ладно, вставай, пошли, поздравим медалистов еще по 50.

Идут во второй салон. Их мгновенно захватывает вихрь праздника, который к середине полёта достигает пика. Фазы празднества у всех разные, поэтому кто-то шепчет заговорщицки соседу, приобняв его за шею: «И тут он свои ласты не в тот канал завернул, понимаешь?!! И всё!», а кто-то схватил соседа за грудки и трясет его со словами: «Четверной я, понимаешь, чет-вер-ноооой!!! А они – суки! Все». Со стороны Министра с Главой долетают ещё обрывки фраз «и как, ты Леоньтич?..», «так а норвежцы с терапевтом как договорились?..», «вот потому я и министр, а тебе «Шинник» доверить нельзя…», однако всё вскоре стихает, все собеседники засыпают и наша прогулка подходит к концу, поскольку не очень интересно гулять по безмолвному салону летящего на восток «Боинга».

П.с. До приземления в Шереметьево и первых звонков оставалось 6 часов. Анатолий Борисович к тому времени в Кремле уже был.

п.п.с. Любые совпадения, ессно, случайны.

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.