Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Умное ФК

Разбеги в никуда и прыжки из ниоткуда

Блог «Умное ФК», возможно, начинает серию публикаций о проблемах отечественного мужского одиночного катания.

О мастерстве катания и заходах на прыжки

Если бы меня спросили, какая черта для отечественных одиночников является самой слабой, я бы упомянул не катание, не хореографию, не сложность рабочего прыжкового набора и даже не стабильность – а транзишны. Несмотря на тренд к наращиванию прыжковой сложности и повышению вероятности чистого проката, нежели насыщенности программ, традиции Патрика Чана, Юдзуру Ханю и Хавьера Фернандеса продолжают владеть умами как людей спорта, так и болельщиков. Поэтому, несмотря ни на что, коньковая сложность программ фигуристов является важной как минимум с имиджевой точки зрения.

В данном тексте мы коснёмся только одного аспекта упомянутой части компонентного мастерства – заходов на прыжковые элементы. Данный критерий, бесспорно, характеризует не только катание, но и прыжковые данные фигуриста: так, феноменальная взрывная сила мышц Юдзуру Ханю позволяет тому прыгать сложные прыжки без подготовки, с любого места в программе и с навороченного набора шагов перед ними. Вместе с тем он является и критерием качества катания: если фигурист уверенно владеет шагами и связующими элементами, то вряд ли дополнительная комбинация таковых принципиально усложнит тому равновесия перед прыжком или снизит скорость захода. В качестве примера тут можно вспомнить Адама Риппона, никогда выдающимся прыгуном не считавшегося, однако сумевшего прыгнуть четверной тулуп со сложного захода, содержащего валлей и чоктау: уровень его мастерства катания был столь высок, что это никоим образом не усложнило предельную для него прыжковую задачу.

Ниже мы рассмотрим, как обстоят с указанными деталями дела у некоторых российских одиночников. Сразу упомянем, что выборка сделана из числа одиночников, представлявших в прошедшем сезоне страну на крупных международных соревнованиях, начиная с Гран-при. Ориентация была сделана на их лучшие прокаты в сезоне, независимо от того, был ли это международный старт или внутренний – очевидно, именно в этих прокатах они показали оптимальное для себя сочетание чистоты, прыжковой и коньковой сложности. Тем не менее, некоторые моменты из других прокатов тоже упомянуты. Приведены ссылки на видео их произвольных программ, однако проанализированы заходы и из коротких.

О заходах на прыжки в исполнении россиян

Сложные заходы на прыжки часто воспринимаются болельщиками только как критерий, повышающий оценку за качество элементов. Однако не меньшую роль они играют и в оценке за транзишны, обеспечивая выполнение критерия слитности, непрерывности катания, целостности программы, прописанного в правилах ИСУ. Безусловно, этот феномен – в первую очередь детище новой судейской системы, которая стала поощрять такие вещи. Той самой, которую в нашей стране многие ругали, вместо того, чтобы попытаться мгновенно подстроиться под правила. Неудивительно, что российские одиночники с запаздыванием нагоняют мировые тренды в этом вопросе.

Представитель старой школы отечественного катания Сергей Воронов продолжает радовать болельщиков своими выступлениями, однако сложными заходами на прыжки радует нечасто. Четверной тулуп Сергей исполняет со стандартного захода моухок-тройка, разгоняясь на него четырьмя подсечками и разворачиваясь в середине катка. Риттбергер, запланированный как четверной прыжок, фигурист исполняет с тройки и моухока, заход на тройной аксель представляет собой подсечку и шассе, после которых фигурист встаёт на длинную дугу и выполняет моухок, непосредственно предшествующий прыжку. В результате элементы фигуриста, сами по себе надёжные и качественные, в программе смотрятся чересчур академично.

Впрочем, в произвольной программе фигуриста есть также тройной тулуп в каскаде, при заходе на который после разгона четырьмя подсечками присутствует чоктау RBI-LFO, за которым следует смена ноги, основной шаг и тройка, с которой исполняется прыжок. Весьма интересным выглядит и заход на тройной лутц в короткой программе Воронова. Две подсечки, шассе, тройка RBO-RFI, бауэр, по сути заменяющий – и усложняющий! – напрашивающийся за этим моухок RFI-LBI, смена ноги LBI-RBI, чоктау RBI-LFO, перекрестный шаг LFO-RFI, моухок RFI-LBI, перетяжка LBI-LBO, перекрестный шаг LBO-RBI, длинная дуга RBI, перетяжка RBI-RBO и, наконец, прыжок. Заход на лутц в произвольной программе, впрочем, проще и является «усечённым» вариантом указанного.

Таким образом, фигурист старшего поколения, от которого сложно требовать каких-то изысков в катании, продолжает находить интересные фишки в своих программах, чего нельзя сказать о его более молодом конкуренте – Михаиле Коляде. По сложности программ он недалеко ушёл от Воронова, и при этом столь же интересных заходов в его программах на момент окончания сезона попросту не осталось. Заход на тройной лутц – фирменный прыжок Михаила – сложный, однако представляет собой более распространённую комбинацию двойного чоктау и перекрестного шага; тройной флип и тройной сальхов исполняются им также с весьма типичного по нынешним временам набора троек и моухоков.

С шагами перед ультра-си дела Коляды обстоят ещё более печально. Заход Михаила на сольный четверной тулуп аналогичен заходу Воронова, причём разгоняется он теми же четырьмя кроссоверами, что и ветеран российского фигурного катания. Доходит до того, что при разбеге на сольник в произвольной программе Коляда, в отличие от своего более возрастного коллеги, после разворота не заходит на прыжок сразу, а делает ещё две подсечки – итого их набирается аж шесть. Длинная дуга при заходе на сольный аксель в произвольной программе на чемпионате мира идёт после одной подсечки, в то время как для разгона на каскадный – две. Сей факт ещё более грустный: если четверной тулуп с шагов для Михаила, по-видимому, абсолютно нереален, то тройной аксель со скобки им регулярно исполнялся, в том числе в этом сезоне – в частности, в наиболее удачной короткой программе континентального первенства, не говоря уже о том, что когда-то спортсмен демонстрировал разнообразные интересные заходы с шагов на свой фирменный тройной лутц – подобные мелочи первоначально фактически были его визитной карточкой.

Увы, чем дальше, тем меньше интересных фишек и связок остаётся в программах Коляды: собрать произвольную программу полностью, по всей видимости, фигурист смог лишь с тотальным облегчением заходов, что принесло ему результат в виде чистого проката, но в значительной степени подрывает его репутацию катальщика: никакой сбалансированностью катания с такими заходами на прыжки тут и не пахнет. Программу с таким количеством кроссоверов перед элементами, уступающую по разбираемому показателю, пожалуй, даже программе ветерана Воронова, впору было бы назвать пресловутым жаргонизмом «разбег-прыжок», и лишь ряд заходов с шагов на простые тройные и связок между элементами спасают её от такого наименования.

Вряд ли следует упрекать Александра Самарина за километровый заход на четверной лутц, насчитывающем аж два моухока и две перетяжки среди двуножного катания без смены направления с использованием подсечек и беговых. Гораздо печальнее, что в его программах сложно найти что-либо отличное от этого при заходе на любой прыжок. Единственное, чем примечательны заходы фигуриста – это как раз сильно увеличенная длина разгона на прыжки; на тот же триксель фигурист разгоняется двумя-тремя подсечками (против одной-двух у Коляды и Воронова). При этом, как и Михаил, Александр владеет техникой исполнения трикселя со скобки, что показывал на соревнованиях, однако это усложнение довольно скоро исчезло из его программы. Нечто привлекающее внимание можно усмотреть при заходе на тройной риттбергер, включающем подпрыжку, но и её от вполне традиционных тройки и моухока отделяет отрезок двуножного катания в одном направлении. Пожалуй, здесь словосочетание «разбег-прыжок» будет более чем к месту.  

К сожалению, новички основной обоймы российской сборной в обсуждаемом аспекте выглядят столь же бледно, сколь и старожилы. Не лучше дела обстоят и у совершившего прорыв в прошедшем сезоне фигуриста сборной – Андрея Лазукина. При всех очевидных хореографических плюсах с усложнением заходов на прыжковые элементы дела у спортсмена обстоят откровенно слабо. Тот же многократно виденный нами знакомый заход на четверной тулуп – знакомый вплоть до количества подсечек при разбеге, те же кроссоверы при заходе на триксель. Не вызывает энтузиазма и флип с тройки и моухока – половины аналогичного захода Коляды, как и риттбергер с перекрестного и моухока. Больший интерес представляет заход с шагов на лутц – но и он представляет собой упрощённую версию захода Сергея Воронова, разобранную выше.

Заходы на прыжки переходящего во взрослый спорт в новом сезоне Романа Савосина также не блещут разнообразием и креативом и в основном содержат простые и преимущественно простейшие шаги, предшествующие элементам. Взять, например, каскадный тройной лутц в короткой программе: фигурист разгоняется тремя подсечками, затем следует моухок RBI-LFI, перетяжка LFI-LFO, смену ноги LFO-RFO, перекрестный шаг RFO-LFI, моухок LFI-RBI и перекрестный шаг RBI-LBO. Впрочем, у фигуриста есть и козырь в рукаве – четверной тулуп, исполняющийся им со сложного захода чоктау RBI-LFO - тройка LFO-LBI. На некоторых стартах сезона фигурист исполнял тулуп и с более сложного захода, включающего двойное чоктау, так что резерв у него, очевидно, есть, но пока недостатков в этом компоненте у него с очевидностью меньше, чем преимуществ.

Нельзя сказать, конечно, что никаких проблесков надежды в обсуждаемой стороне дела нет. Определённые ожидания в плане сбалансированного катания на начало прошедшего сезона можно было связывать с Дмитрием Алиевым. Четверной тулуп в программах фигуриста появлялся после разнообразных заходов – как минимально модифицированного классического (с перетяжки, чоктау и тройки), так и более сложного (двойное чоктау, моухок, тройка). Тройному лутцу также предшествовали различные наборы шагов (моухок-перетяжка-смена ноги-чоктау-перекрестный шаг; две тройки-перекрестный). Наиболее интересным представляется заход Алиева на тройной флип в произвольной программе: после выезда с предыдущего прыжка на внешнем ребре правой ноги следует перетяжка RBO-RBI, чоктау RBI-LFO, перекрестный шаг LFO-RFI, смена ноги RFI-LFI, шассе RFI-LFO, тройка RFO-RBI, двойное чоктау RBI-LFO-RBI, смена ноги RBI-LBI, две тройки LBI-LFO-LBI, и, наконец, тройной флип.

Как относительно, так и безусловно слабых мест, впрочем, и в заходах Алиева можно найти немало. Четверной сальхов исполняется им с традиционных тройки и моухока, которым предшествует длинный разгон обильным количеством подсечек. Заход на тройной риттбергер с моухока и кроссроллов также сложно назвать креативным. Пока в исполнении фигуриста мы не видели принципиально новых заходов на тройной аксель: Дмитрий – один из немногих, кто исполняет этот прыжок с короткой дуги, но предшествуют ей моухок и уже давно стандартное шассе.

Можно упомянуть также и то, что заходы фигуриста на четверной тулуп на сей раз были лишь упрощёнными вариациями сложной комбинации шагов перед квадом, имевшему место в исполнении фигуриста в недавнем прошлом (чоктау, тройка, перекрестный шаг, чоктау, моухок, перетяжка, чоктау, тройка), однако это уже будет выглядеть мелкой придиркой на фоне остального. Тем более к концу прошедшего сезона у фигуриста напрочь разладилась техника, и практически все сколько-нибудь сложные заходы помахали ручкой, а новые для фигуриста шаги перед флипом были заменены уже ставшим традиционным для него – хотя и также попадающим под критерии сложного захода – выпадом.

Наиболее приближенным к высоко задранной планке топовых мировых стандартов непрерывности катания является представитель молодёжи – только-только набирающий ход питерский одиночник Андрей Мозалёв. При том очевидном факте, что юниору ещё только предстоит прогрессировать во всех аспектах катания, на общероссийском фоне он уже выглядит просто отечественным Королём транзишнов. Чего стоят только тройные аксели из корабликов, уже ставшие его узнаваемой фишкой – Андрей единственный из российских одиночников, регулярно исполняющий эти прыжки с принципиально усложнённого захода. 

Единственный прыжок, исполняющийся Мозалёвым со слабо модифицированного захода - четверной. Заходы на тройные же разнообразны и изящны. Взять, например, тройной флип в короткой программе. Подпрыжка, выпад, моухок RBO-LFO, тройка LFO-LBI, перетяжка LBI-LBO, перекрестный шаг LBO-RBI, валлей, чоктау RBO-LFI – такая комбинация связок предшествует основному шагу и тройке, за которыми следует прыжок. В произвольной программе, впрочем, заход более простой – указанным шагам предшествуют тройка и смена ноги.

В короткой программе Андрей прыгает лутц со сложного, хотя и не самого креативного по нынешним временам захода – перекрестного шага, моухока, чоктау, еще одного перекрестного и перетяжки, а в произвольной перед этой комбинацией шагов добавляется ещё и валлей. Можно только пожалеть, что столь же интересных связок не нашлось в произвольной программе непосредственно перед каскадным лутцем – там катания на двух ногах перед прыжком всё-таки было многовато.

Зато вот каскадному тройному риттбергеру предшествует весьма нетривиальный набор шагов и связующих элементов: выкрюк RFI-RBI, шассе RBI-LBO, двойное чоктау LBO-RFI-LBO, тройка LBO-LFI, тройка LFI-LBO, бауэр. Впечатление усиливается тем, что прыжковый элемент – как, кстати, и сольный флип в короткой программе – исполняется им после дорожки шагов. В результате шаги дорожки плавно перетекают в связки между элементами, которые становятся частью захода на прыжок – тем самым обеспечивается та самая слитность, непрерывность катания, когда элементы являются неотъемлемой частью программы, а не смотрятся в ней инородными частями.

Выходя за рамки обозначенной темы, скажем, что не только по части заходов на прыжки, но и вообще по части связок у Мозалёва всё обстоит весьма и весьма солидно. Но об этом, возможно, в следующий раз.

О том, почему сложные заходы на прыжки нужно поощрять

Увеличение прыжковой сложности, а также новые правила сильно снизили насыщенность программ связками в мировом одиночном фигурном катании. Фигуристы, и не только российские, в большинстве своём стараются не рисковать лишний раз. Тем не менее, уверен, вполне логично будет предположить, что по мере нарастания количества уверенно и стабильно владеющих сложными прыжками фигуристов у последних будет возникать необходимость чем-то выделиться из общей массы, обратить на себя внимание. А значит, связочки, фишечки, рюшечки, бантики и пуфики будут, вполне возможно, снова играть в одиночном катании важную роль.

Совершенно очевидно, что у российских одиночников куча работы и помимо этого: нужно осваивать новые элементы, стабилизировать их, наращивать сложность. Однако если мы хотим, чтобы наше мужское одиночное катание было конкурентоспособным, нужно развивать все его аспекты и учить одиночников не только прыгать, но и прыгать с коротких заходов, со сложных наборов шагов и связующих элементов, не забывая про качество последних. Иначе недалёк будет тот день, когда мировые топы снова уйдут в отрыв, но уже по катанию – и придётся снова догонять их. В который уже раз.

Автор приветствует любые дискуссии по новой для его блога теме. Замечания, указания на опечатки, ошибки или неточности, как и предложения относительно развития темы прошу оставлять в комментариях.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Реклама 18+