Блог Весь мир спорт

Профессия Пресс-атташе

Домашняя серия игр команды «Ижсталь» - это всегда праздник для ижевского болельщика и просто рядового любителя хоккея. Сама атмосфера, царящая в Ледовом дворце какая-то особенная, может быть это звучит странно, когда дело идет о зимнем виде спорта, теплая, уютная и даже родная. Конечно, это было бы невозможным без людей, которые стоят за кулисами всего происходящего, именно они помогают нам в полной мере насладиться игрой, увидеть хоккей во всем своем величии.

Мне посчастливилось поговорить с Сергеем Михайловичем Березиным о его работе, отношениях с командой и о вселенной по имени Хоккей. В прошлом он - член молодежной сборной команды СССР по биатлону, журналист, а сейчас - пресс-атташе нашей любимой ижевской команды. 

 

Как и когда Вы стали пресс-атташе хоккейной команды?

В 2013 году, пригласил руководитель ХК «Ижсталь», сходил на собеседование, приняли.

Раньше был пресс-атташе баскетбольного клуба, за тем работал самостоятельно предпринимателем, еще раньше журналистом во многих СМИ, в основном на телевидении. В начале была газета «Неделя Удмуртии», с радостью вспоминаю, потому что она объединяла людей одержимых и молодых, а когда коллектив молодой и одержимый - это всегда очень весело и хорошо.

 

Расскажите о своих функциях

Если брать чисто административно, в смысле то, что лежит на мне, это - связи с общественностью, связь со СМИ, работа именно в PR, связь с ВХЛ по информации. Помимо обязательных, много дополнительных функций. Это монтаж видео, верстка полиграфической продукции, информационное обеспечение нашего официального сайта, работа с ветеранами и болельщиками и разное другое. Когда бывший редактор сайта ВХЛ давал мне через почту указания, как монтажник должен делать фильмы, а дизайнер верстать программки, сильно удивился, узнав, что всем этим занимается один человек. В других клубах, как правило,  в штате отдельно есть и видеооператор и дизайнер. 

 

Как строится Ваша работа со СМИ?

Прежде всего, по регламенту, все интервью с нашими игроками должны проходить именно через меня. Как правило, многим журналистам трудно выйти на хоккеистов по одной причине, хоккеисты - народ занятой, ну и по регламенту положено согласовывать с пресс-службой. 

Больше всего проблем, конечно, с радио, телевидением, но с телевидением попроще, а когда прямой эфир на радио, состыковать тренировки и непосредственно участие в прямом эфире - это самое сложное, поскольку у нас сейчас ребята нарасхват. Практически после каждой игры, вместо того чтобы сдавать отчеты, приходится бегать и уговаривать ребят, чтобы они пожертвовали своим отдыхом и сходили на радио.

 

В некоторых видах спорта, как известно, пресс-атташе «учит» спортсменов, как общаться с журналистом, а в «Ижстали»?

Когда я работал еще спортивным журналистом, я несколько раз сталкивался с хоккеистами, и на фоне других спортсменов, они мне казались косноязычными, говорили односложно, но это было в 90-х годах, или мне просто попадались такие люди. Сейчас же я могу сказать, что у нас, процентов на 90, ребята очень интересные в общении, раскрываются и иногда могут говорить такие вещи, которые слушаешь просто, открыв рот. Конечно, иногда бывает такое, что человек первый раз попал на эфир, и появляется определенный страх, а вдруг я чего-нибудь не то скажу, а это прямой эфир. В принципе, двумя словами успокаиваешь их, и они свершено спокойно выходят в эфир, а люди, которые там работают, уже знают, что человек пришел новый, знают, как его подготовить, дадут кофе, плюшку, развеселят, и в эфир он выходит, уже дожевывая плюшку и в хорошем настроении. Поэтому здесь многое зависит от профессионализма и от того, как перед эфиром поработать с человеком, здесь в принципе ничего страшного.

А на счет того, что говорить, ну, были такие моменты, спорные ситуации или привязанные к какому-то событию, действию, там непосредственно уже выстраиваешь стратегию, но это уже, как правило, критические моменты, тогда общую линию продвигаем всем коллективом. Мы - люди неконфликтные, но, как правило, иногда конфликты случаются, тогда приходится работать всем вместе, всей командой.

 

У хоккеистов есть какие-то ограничения, о чем им нельзя говорить?

Да, по поводу судей после матча нельзя говорить- это на первом месте. Когда у нас был Андрей Владимирович Разин (главный тренер ХК «Ижсталь» 2013—2015), я это дело вспоминаю очень, так скажем, весело, он никому не давал ни отдохнуть, ни вздохнуть (смеется), а все пресс-конференции и многие интервью проходили через меня. Андрей Владимирович - человек прямой, открытый, он что думает, то и говорит, а после этого мы получаем штрафы, по регламенту нельзя.  У нас были совершенно спокойные, нормальные отношения с Андреем Владимировичем, и, перед тем как начинать пресс-конференцию, я его просил «Андрей Владимирович, давайте сегодня воздержимся», журналистов просил, предупреждал, когда они задавали вопросы, что это - не для общего пользования, говорил «Давайте без комментариев. Эти вопросы не задаем». Правда, однажды у нас случился один такой казус «веселый», связанный с тренером другой команды. Он начал обсуждать судей, когда пресс-конференция закончилось, я попросил журналистов: «Давайте это оставим у нас в Ижевске, потому что это грозит штрафами». Все всё поняли, я тоже расшифровал свою часть, отправил в ВХЛ, а у нас обязательно надо отчитываться в ВХЛ в течение часа после пресс-конференции, и вроде как все хорошо, но вдруг на следущий день возникает запись этой пресс-конференции в Интернете, и откуда ноги растут, в принципе, потом вычислили. Пришла девушка, очень хорошая знакомая, она была аккредитована, и привела с собой московскую подругу, коллегу, а та очень болеет хоккеем, ну и попросилась на пресс-конференцию пройти, посидеть, посмотреть. Ну, пришла, посидела, посмотрела, записала все на планшет и выложила все в Интернет. Короче говоря, после этого я решил, что никого без аккредитации не пускать, чревато.

 

А как вообще строится работа с тренерами? 

С тренерами бывает разная работа, зависит от того, какой тренер. С тех пор как я здесь работаю, это уже третий главный тренер, и тренерский штаб соответственно поменялся. Приходится работать по разному, но во-первых, если говорить чисто профессионально, тренеры все говорят по-разному, приходится иногда, не отходя от первоисточника, просто исходя из их стиля речи, выкладывать материал немножко переработанный. Это -  совершенно нормальная история, хуже когда коллеги из других команд интерпретировали речь того же самого Разина совершенно по другому, за что мы опять же получили штрафы. Тут, так скажем, очень тонкая грань. Вообще тренеры говорят, особенно на пресс-конференциях, совершенно спокойно, очень хорошо, но при этом эмоционально после горячих матчей, и совершенно естественно, что речь у них немножко путается, что-то не договаривают, что-то говорят по-своему. 

Это все, что касается работы, связанной с прессой. А если говорить именно по личностным качествам, то, так скажем, Сергей Егорович Абрамов (С 1994 по 2006 и 2012-2013 гг. - главный тренер ХК «Ижсталь») он такой весь в себе, так глубоко все переживает и наружу, как правило, не выплескивает, и пресс-конференции, так скажем, проходили стандартно. Андрей Владимирович же, это просто вулкан, он авторитет огромнейший, но и мне ему приходилось что-то говорить, он так: «Хорошо, давай, Серег, сдержусь». С Ильназом Насиховичем (главный тренер 2015 - 2016 г.), вообще очень хорошие отношения именно в профессиональном плане. Мне очень комфортно с ним работать. 

 

Игроки, тренеры противоположных команд часто конфликтуют, а у пресс-атташе из разных команд бывают какие-то конфликты?

Да, конечно, бывают трения. Пытаюсь выдерживать паритет, поэтому все отчеты, которые у нас проходят, они такие нейтральные и, как правило, когда отправляешь отчеты (пресс-атташе одной из команд посылает отчеты пресс-атташе команды соперника), если команда соперников выиграла, обязательно поздравишь с победой. У нас, по крайней мере раньше, в августе были так называемые слеты в Москве, всех пресс-атташе собирают, говорят, какое направление у нас идет и так далее. Там уже знакомишься ближе, разговариваешь.

 

Представьте, что у вас есть неограниченные средства и возможности, чтобы вы тогда сделали для того, чтобы улучшить свою работу?

Ну, вообще как и в любой команде тут в принципе и придумывать то ничего не надо. Нужно увеличить штат и технику приобрести, для того чтобы различные медийные вещи делать. Есть и камера в принципе, есть и компьютер, но это все на уровне, так скажем, любительском.

 

Какие у Вас ест мечты в плане карьеры?

Всегда, конечно, есть куда расти, но в данной ситуации, мне очень нравится эта работа. Знаете, бывает такое, когда совмещаются именно твои возможности, твои желания, и здесь, в принципе, все это воплощается, и мне интересно.

 

Вы болельщик?

Я - болельщик, у меня есть даже лекарство сердечное здесь, на всякий случай. Но в последнее время я заставляю себя сильно не переживать, не болеть, потому что так напереживаюсь, наболеюсь, что ту же пресс-конференцию с трясущимися руками начинаешь вести. Пытаюсь более хладнокровно смотреть, замечать какие-то нюансы, но, да, болельщик.

 

Вы ездите с командой на выезды?

Я с командой не езжу никогда, в принципе моя работа здесь. Как правило, большинство пресс-атташе с командой не ездят, более богатые коллективы могут себе позволить еще одного человека повезти, но это - деньги, это во-первых, ну а во-вторых, я в своей молодости, будучи спортсменом, наездился, и мне хватило, и сейчас при любой возможности, я стараюсь все-таки быть дома с семьей.

 

Какие у Вас отношения с командой?

Совершенно по разному было. Когда я сюда пришел, я присматривался, не лез, на вы друг к другу обращались, потом с некоторыми переходили уже на ты, как старые друзья. В команде многие играют именно с того времени, когда я пришел, а времени уже довольно таки много прошло, пятый сезон. Поэтому я бы назвал здесь отношения семейно-рабочими. Здесь уже вплетаются отношения и на уровне семьи, есть моменты, когда я звоню женам, приглашаю их на эфир, или они какие-то там сюрпризики готовят, не говоря про это, своим мужчинам, и соответсвенно, так скажем, передаточным звеном являюсь я. То же самое фанатский сектор, не весь, конечно, но отчасти повязан на мне, поэтом, так скажем, связь с командой идет через меня, хотя, я могу сказать, что многие болельщики настолько уже в команде, та же Алена Шулепова (администратор официального сообщества ХК «Ижсталь» вконтакте), что уже берут интервью, мы их публикуем. С игроками болельщики уже в дружеских отношениях, это здорово.

 

Как поздравляете команду с победой? Что им говорите в случае проигрыша?

Я, как и все, иду, руку протягиваю, говорю «с победой, с победой, с победой», вот это вот «с победой» готов говорить всем и всегда. Ну, а в случае проигрыша по ситуации. Как правило, ребята переживают, они еще в игре, у них еще глазки бегают, как по полю за шайбой, ну и сами при этом, конечно, понурые. Ну, смотря какой проигрыш, проигрыш проигрышу рознь. А так, все переживают, если команда проиграет, здесь у нас такая тишина, мрак. Включается у них там музыка, а музыка включается очень громко, бывает, иногда даже, если веселая музыка, чтоб поднять настроение, все-равно чувствуется, что уже там нотки не те. Вот удивительно, вроде, запись одна и та же, а звучит совершенно по-разному.

 

 Ходят слухи, что в следующем году Ледовый на реконструкцию закроют…

Слухов очень много, но слухи и желания несколько разные вещи. В данном случае, я  вижу, что идет работа по улучшению всех этих условий. Как сказал на пресс-конференции перед сезоном Сергей Валерьевич Моисеев (исполнительный директор НП «ХК «Ижсталь»), как республика поднимется в своем развитии, а сейчас тяжелые времена, так встанут все вопросы по реконструкции. Поэтому, я думаю, это вопрос открытый, и будет он на следущий год, или будет он через два или через 10 лет… Здесь все зависит именно от ситуации, от возможностей. Возможно, в какую-то федеральную программу войдет реконструкция, вполне возможно. То есть сейчас пока еще ничего не известно, но может быть такое, что  завтра вдруг раз, и все станет понятно.

 

Если реконструкция все-таки будет, то команда уедет в Глазов?

Я не знаю. В принципе, по положению, на том же катке в Олимпийце, мы вполне можем играть. По положению там не хватает только зрительских мест, но я думаю, как переходный вариант, вполне возможно играть и где-то у нас в Ижевске. Команда уже в Глазов ездила, и я в свое время там работал на ГТРК, зрелище то не очень веселое, когда команда играет, а зрителей человек 10-15 приходит.

 

В чем Вы видите сильные стороны команды?

По большому счету, с одной стороны, Ижсталь - это ведь сборная Удмуртии, с другой стороны, у нас играют много игроков из других городов, и они в свою очередь становятся ижевчанами, сталеварами, и это не просто слова, это, действительно так. Вот, как назовут корабль, так он и поплывет, Ижсталь, сталевары - крепкие, железные, вот они такие и есть. Хотя, я вот сижу с доктором в одном кабинете, и он иногда ворчит, ворчит на хоккеистов, «вот, - говорит, - нытик, опять тут коленка, еще что-то», но он, конечно, товарищ такой суровый, он может тебе тут же зуб выдернуть, тут же тебе зашить иглой… 

 

Раньше у нас молодежка за стеной находились, и у них доктор, а все доктора они такие непрошибаемые. Слышно стоны, крики,  захожу: «Что опять случилось?», а он: «Да, ничего, ухо пришил», смотрю, а он, действительно, ухо пришил, и  без наркоза. По характеру хоккеисты в принципе очень терпеливый народ, я очень удивляюсь, как они это все терпят, с футболистами не сравнишь, я, наверно, поэтому и футбол уже перестал смотреть неинтересно, хотя уже и в хоккее начинают появляться эта театральность. Я боюсь, как бы не заразились. Даже у нас в высшей лиге есть некоторые команды, не будем их называть, которые отличаются вот этой театральностью, «ой, меня стукнули, задели», а потом, когда смотришь на замедленном повторе, оказывается, или вскользь что-то прошло или совершенно не задели, видимо от воздуха человек уже просто валится с ног.

 

Если вернуться к сильным сторонам, то есть, в духе все-таки секрет?

Все-таки, я думаю, в людях, в личностях, которые в данный момент здесь, потому что сильных людей здесь очень много, и все они совершенно разные. Тот же Антон Кочуров, наш капитан, он такой взрывной, Кирилл Князев - сама рассудительность, спокойствие, при этом на площадке что творит… просто один из работяг. Это люди, которые своим примером заражают. Денис Иванов, у меня с ним, конечно, проблема, он все время говорит «На интервью не пойду», зато на площадке работает тоже, как сталевар у мартена, только вперед. То есть, я бы сказал, действительно, сейчас в команде сплав, вот, как раз,  сплав - сталь, сплав этих характеров, бывают примеси в этом сплаве, в принципе, их можно наблюдать даже моим непрофессиональным взглядом, но в основной массе, эти все «примеси» перемалывается, закаляется, выжигается. Я уверен, что сейчас команда у нас находит свою игру, психологию игры, а это - очень важная вещь. Именно исходя из личностей и формируется команда. 

Немаловажен, конечно, тренерский штаб, тренерские наставления. Ильназ Загитов - молодой специалист, и мне очень интересно наблюдать за ним, за его работой. Тренеры пытаются найти все самое лучшее, просматривают матчи сборных, а большинство нарезок видео, которые просматривает команда, проходит через меня, и мне бывает интересно, смогут они это воплотить или не смогут, потом смотрю на площадке, опа! - пошла картинка именно та, и в принципе получается. Может быть, не все получается, но, опять же с опытом приходит, нужно чуть-чуть потерпеть. Я, с одной стороны, и в процессе, и, так скажем, над процессом, мне интересно посмотреть со стороны на все это, мне нравится вот этот поиск, эта картина, которая пишется прямо на моих глазах.

 

Вы сказали, что Денис Иванов интервью не дает, а почему, неужели стесняется?

Нет, не то что стесняются, знает свои возможности и силы. Некоторые с удовольствием дают интервью, даже намекают «что-то мы давно не были на радио», есть такие. Знаете, когда в первый раз поставили меня перед микрофоном, я глупо улыбался, что-то мычал несуразное и опять улыбался, и мне сказали, все, снято. К этому надо привыкать, это психологический стресс, который в принципе не каждый может преодолеть. В данном случае, Денис Иванов нормально, хорошо отвечает, говорит, может подойти на короткое интервью  в микст зону после матча. Но вот просил, не толкать его в прессу, это чисто его комфортное состояние. В команде даже в этом вопросе существует взаимовыручка, когда отправляешь дать интервью СМИ одного хоккеиста, а он не готов по разным причинам, тогда его выручает другой. 

 

А как думаете, чего команде пока не хватает?

Да, в принципе, всего хватает… Не хватает вот маленькой толики чего-то. Знаете, как говорят, в последний раз слышал это от Дмитрия Лоптева, что в КХЛ игра та же самая, только чуть быстрее, на одно мгновение, вот, в принципе, у нас тоже чуть-чуть пока не хватает. Я не могу сказать чего именно, я не специалист, но, когда идет пас в никуда, думаешь, почему там не находится наш игрок, когда вдруг скидывают назад, а там наш игрок подхватывает, ты думаешь «вот, классно, все получается», и вот этих вот «все получается» с каждым разом становится все больше и больше, и команда наигрывается. По крайне мере, тьфу тьфу тьфу, в последних играх то же самое меньшинство, которое у нас просто было страшным, только одно меньшинство в 6 или 7 играх мы пропустили. В принципе, то, над чем работаем, начало давать результат. Вообще у нас тактика изначально, в шутку, конечно, но тем не менее, всем затуманить глаза, тихонечко войти в плей-офф, чтоб на нас не обращали внимание, как на сильных соперников, а там уже начать по полной.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья