Блог Братья по разуму

Сердце Пармы

«Есть здесь кто-нибудь из «Ювентуса», кроме судей?» – эта реплика прозвучала на церемонии вручения наград по итогам сезона-2001/02 в итальянской серии А – за три с половиной года до Моджигейта. Реплика была далеко не первой – и потому стала для делегации в черно-белых цветах последней: не выдержав издевательского конферанса комедианта Джене Ньокки, представители «Юве» вышли вон.

Легко задирать клуб, выигравший чемпионат Италии, если твой псевдоним означает расхожее итальянское блюдо клецки; в России Ньокки звали бы Галушка или Пельмень – а человеку с такой фамилией прощается многое. Особенно если ему многое дается: за первые 25 лет своей жизни Эудженио Гьоцци попробовал себя в ролях футболиста, рок-певца и юриста, но остановился на роли комика, ведущего футбольного телешоу и ярого болельщика «Пармы». В том сезоне «джаллоблу» нанесли «Ювентусу» одно из трех поражений в чемпионате и обыграли в финале Кубка Италии, так что на церемонии Ньокки глумился над «Старой синьорой» с особым цинизмом – и не постеснялся добить шуткой оставшегося в зале Давида Трезеге: «Этот парень не ушел только потому, что еще не получил свой «фиат».

Как ни странно, на Ньокки обиделись только ювентийцы да Пьерлуиджи Коллина – всем остальным этот спектакль, разыгранный на грани шутки и оскорбления, пришелся по душе. Рейтинги воскресного шоу Quelle che il calcio («Все это футбол»), которое Ньокки вел в компании с телебомбой Симоной Вентурой, едва не попавшей в наш список самых важных околофутбольных женщин, подтверждали – грубоватый юмор Джене был вполне адекватен сути самой игры. По крайней мере, в ее итальянском изводе в то время было больше явлений, заслуживающих высмеивания, чем восхваления.

«Адриано – единственный футболист в мире, который набирает оптимальную форму сразу после выпитой кружки пива»

Ньокки не щадил никого – и регулярно проходился по судьям, клубным боссам, тренерам и особенно футболистам. Почему Тотти так долго восстанавливается после травмы? Он не может прочесть выписанный рецепт. Почему Аквилани не уезжает в другой чемпионат? Хочет еще подучить итальянский. Адриано – единственный футболист в мире, который набирает оптимальную форму сразу после выпитой кружки пива. Легроталлье (накануне признавшемуся в своей глубокой религиозности) срочно нужна замена – у него открылись стигматы.

Как видно, шутки Ньокки не всегда были изящными (впрочем, вряд ли те, кому они предназначались, способны были бы оценить их изящество), но их общий смысл был ясен: футбол не стоит воспринимать уж слишком серьезно. Те, кто говорил, что для Ньокки «нет ничего святого», забывали, что ничего святого нет и в самом футболе – признания в верности клубу в 80% случаев заканчиваются трансфером, большинство легионеров играет за деньги, а не за условный ромбик, результат почти всегда оказывается важнее человеческих отношений, а уж взаимоотношения болельщиков вне стадиона изначально лежат за гранью разумного. Пожалуй, единственно верным способом напоминать людям об этом является юмор – иначе довольно быстро его место займет лицемерие.

«Италия добилась признания на международном уровне, но местному клубному футболу долго было нечем похвастаться. Теперь в серии А играю я»

В возрасте 52 лет Джене Ньокки объявил в прямом эфире Quelle che il calcio, что мечтает сыграть за любую команду серии А в официальном матче хотя бы 5 минут – отчасти ради доказательства, что не обделенный техникой комедиант в отличной физической форме может быть не хуже некоторых профессионалов, и отчасти потому, что в следующем сезоне после Моджигейта стране нужно было немного перевести дух. Идею Ньокки поддержали Липпи, Капелло и Дель Пьеро (хотя над первыми двумя Джене подшучивал довольно часто), а четыре команды серии А пригласили его на просмотр. «Вы можете смело инвестировать в меня деньги, – говорил Ньокки, тренируясь с «Сиеной». – В следующем году я покажу, насколько хорош – ну или уйду с накопленным на пенсию».

В марте 2007-го контракт до конца сезона Ньокки предложила «Парма» – его любимый клуб. Джене положили минимальный оклад итальянского футболиста (1500 евро в месяц), выдали футболку с номером 52 (по числу лет) и надписью Gnoccao – пародией на апеллидо бразильских футболистов (вы можете получить себе такое же здесь). Пожав руку тренеру Клаудио Раньери, свежеоформленный футболист заявил: «Я мог бы подписать контракт с «Интером», но, во-первых, я задолжал Моратти, а во-вторых, кое у кого на руках компрометирующие меня фото с пожилой тетушкой Камбьяссо». Ньокки хотели выпустить на последние 5 минут последнего матча сезона против «Эмполи», но «Парме» грозил вылет в серию В – и дебют не состоялся. Зато 52-му номеру довелось выйти в товарищеской встрече с «Карпенедоло». «Хотел напомнить всем, что футбол – это всего лишь игра», – сказал потом президент «Пармы». Ньокки вряд ли мог быть доволен такой банальной фразой – и потому перехватил инициативу: «Италия добилась признания на международном уровне, но местному клубному футболу долго было нечем похвастаться. Теперь в серии А играю я».

Почему-то, когда речь заходит о футболе, веселье часто принимают за злобу и зависть, а ум – за снобизм

Следующий год Ньокки посвятил своему новому телешоу Gnoc Calcio Show, а зимой 2009-го решил взяться за старое – подписал контракт на полгода с «Дженоа», сменил номер на 54-й, играл на тренировках в паре с Диего Милито и регулярно попадался на глаза прохожим во время утренних пробежек. В марте он на день заехал на базу «Наполи», где заявил: «Я – неаполитанский Бекхэм», попинал мяч с Лавесси и Гамшиком и выразил желание забрать к себе на телевидение Франческо Монтервино – футболиста с внешностью Хавьера Бардема. Удивительно, но тренировочные скитания Ньокки совпали с достижениями его команд – в 2007-м «Парма» удержалась-таки в серии А, «Дженоа» в 2009-м провела отличный сезон и попала в Лигу Европы. А на месте Джене Ньокки в «россоблу» теперь будет играть Эрнан Креспо.

«Юмор – это редкое состояние человека, когда ты весел и умен одновременно», – сказал как-то один веселый и умный человек. Почему-то, когда речь заходит о футболе, оценить сочетание этих качеств могут немногие – веселье часто принимают за злобу и зависть, а ум – за снобизм. Казалось бы, Джене Ньокки легко было критиковать и высмеивать мир футбола, к которому он до некоторых пор не имел непосредственного отношения – но он сумел хотя бы ненадолго попасть в этот мир и не изменил своим привычкам. Возможно, если бы в юности его умение бить по мячу перевесило другие таланты, Ньокки не был впоследствии столь язвителен в адрес футболистов. Но судьям бы досталось в любом случае.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья