Блог Блог еженедельника «Футбол»

Понтус Вернблум: «Не буду врать: денежный вопрос самый важный»

Шведский полузащитник рассказал еженедельнику «Футбол» о переговорах с ЦСКА и других важных вещах.

Контракт Понтуса Вернблума с ЦСКА истекает в следующем году, но уже сейчас болельщики красно-синих переживают из-за его возможного ухода. В прошлом сезоне швед проявил себя настоящим лидером, забив самый важный гол армейцев в чемпионате. В интервью еженедельнику «Футбол» Вернблум рассказал, как продвигаются переговоры о новом соглашении, об увлечении коневодством и о преимуществе русской водки над шведской.

Понтус Вернблум 

Супербомбардир

- В прошлом сезоне ваш гол принес ЦСКА второе место и пропуск в Лигу чемпионов. Чувствовали себя после матча героем?

– Мне было все равно, кто забил. Сделал бы это Рома Еременко, или Бибарс, или Муса – какая разница? На самом деле нам здорово повезло, потому что в матче с «Ростовом» мы играли действительно паршиво. Но теперь это никого не интересует. ЦСКА использовал свой шанс и будет играть в Лиге чемпионов.

- В самом первом матче за армейцев, против «Реала», вы тоже сравняли счет. Почему в трудные моменты вас так тянет в штрафную? 

– Точно подмечено: таков мой стиль! Если в конце игры нужно отыгрываться, команда обычно сбивается на простую игру – с навесами и так далее. Но Муса – нетипичный нападающий, ему бывает сложно выжать максимум из этой ситуации. В штрафной нужен кто-то еще, более мощный, и тогда тренеры вспоминают обо мне. Много лет назад я играл в Швеции нападающего, и эти навыки пригождаются мне сейчас. Когда мяч прилетает мне на голову, это всегда опасно!

- Забивать в чемпионате Швеции было проще? 

– О да! Все команды там играют достаточно предсказуемо. Настоящий английский футбол! Это не Россия, где больше пасуются, чем бегают. Такое ощущение, что мужики здесь не очень любят двигаться. Но в Голландии мне уже приходилось сталкиваться с техничным футболом. Там я тоже играл в середине поля, только был «десяткой». Когда мы распродали полузащитников, сзади стал располагаться Расмус Эльм, и мы хорошо взаимодействовали. Все было нормально. А сейчас я почти что центральный защитник! Если надо, могу отойти назад и помочь вратарю отбиться.

- Как быстро вы научились различать братьев Березуцких? 

– Первое время мне было реально тяжело. Но сейчас, после пяти сотен встреч, я без проблем определю кто где. Как? Да черт его знает!

- Леонид Слуцкий периодически жалуется на нехватку нападающих. Готовы его выручить? 

– Конечно! Я и сам ему говорю: «Тренер, поставь меня вперед! Я буду супербомбардиром!» Ну это так, в шутку. Понятно, что, когда ты в нападении, у тебя больше возможностей забивать, но лучшая позиция для меня та, где я играю сейчас.

Леонид Слуцкий: «Когда-нибудь хотел бы поработать за границей. Хоть в Чемпионшипе!»

Понтус Вернблум 

Без щитков

- У вас необычная манера ношения футбольной формы: вы не любите щитки и играете в приспущенных гетрах. Откуда это пошло?

– Это осталось с тех пор, когда я был ребенком. Мы играли без всякой защиты – это все-таки не хоккей. Мне кажется, если тебе сломают ногу, щитки в любом случае не помогут. Ненавижу все эти приспособления, но что-то надевать нужно, поэтому я стараюсь обойтись минимальным набором.

- Когда спрашиваешь о кумирах игроков атаки, они обычно называют кого-то вроде Зидана. А кто был вашим идолом? Благодаря кому вы поняли, что футбол – это не только финты и голы, но и борьба? 

– На самом деле я тоже не буду исключением. С детства болею за «Реал», а моим героем был Рауль. Он настоящий лидер команды. Рональдо и Зидан тоже меня восхищали, но Рауль – вне конкуренции. А что, смотря на меня на поле, трудно поверить, что у меня были такие кумиры, да?

- Сложновато. Вы один из самых жестких игроков нашей лиги. Но при этом вас никогда не удаляют с поля. В Швеции и Голландии тоже так было? 

– Нет, тогда я был моложе и позволял себе глупые вещи. Один раз меня выгнали в финале Кубка. Но я учусь на своих ошибках. Большинство желтых карточек – это срыв атак, но никакой грязи с моей стороны нет. Просто тактические фолы. Еще я люблю поговорить с судьями. А вот они этого не любят и сразу награждают предупреждениями.

- Вы учитесь на своих ошибках. Это касается и той истории с майкой радикальной группировки фанатов «Гетеборга», в которой вы праздновали чемпионство? 

– Это тоже было глупо. Но я не видел, что там написано! Мы праздновали чемпионство после одиннадцатилетнего перерыва – для такого большого клуба это было событие. Двадцать тысяч людей вывалили на поле. Они стягивали с нас вещи и забирали их в качестве сувениров, а дело было в октябре. Шел дождь, небо давило как пресс. Было очень холодно! Я мечтал одеться, и когда мне протянули майку, был невероятно счастлив. Но потом один из менеджеров возмутился: «Черт, что ты вообще делаешь?!» Оказалось, что фирма, название которой было написано на майке, придерживается радикальных взглядов. Я вообще-то не придаю большого значения политике, но в Швеции к этому относятся очень серьезно… Теперь мне приходится быть осторожнее.

- Вы пришли в АЗ, когда там работал Дик Адвокат. В России его не очень любят. А какое впечатление о нем сложилось у вас? 

– Для меня это один из лучших тренеров. Не понимаю, почему люди могут говорить о нем плохо. Когда ты переживал из-за чего-то, он всегда был максимально корректен. Слуцкий чем-то похож на него, если говорить о том, что происходит за пределами поля. При этом на поле Адвокат всегда требовал выкладываться на сто десять процентов. Я недолго с ним проработал, но могу сказать, что мы могли убить за него. Нет, понятно, что мы играли для себя и для болельщиков, но в большей степени мы хотели принести радость тренеру.

Дик Адвокат: «Я был другом семьи Фурсенко, а потом что-то случилось, и вот уже два года я не слышал его»

- Известный факт: ЦСКА приобретал вас во многом потому, что вы дружили с Расмусом Эльмом, который был главной целью армейцев. Вы действительно как-то повлияли на его переезд? 

– Конечно, ведь мы играли друг с другом больше двух лет. Я пришел в ЦСКА на полгода раньше и знал, на что мы способны, когда помогаем друг другу. У нас с Расмусом отлично получалось комбинировать. По одному мы тоже были хороши, но настоящее шоу начиналось, когда мы играли вместе. Мне жаль, что сейчас его нет в команде, хотя и с Бибарсом у нас тоже разновидность «химии». Я видел, что у Расмуса проблемы со здоровьем. Они возникали время от времени. Хорошего в этом мало: человек не мог проявлять себя на все сто. Эльм – игрок хорошего уровня, но без всей этой ерунды он должен был становиться топ-футболистом. Расмус правильно поступил, когда вернулся в Швецию. Нужно время, чтобы он мог прийти в себя. Ему все лучше и лучше, но пока Эльм может проводить на поле не больше десяти минут. Сложно сказать, получится у него заиграть на хорошем уровне или нет, но я на это надеюсь.

- Эльму Москва поначалу не понравилась. Судя по вашему знаменитому интервью об отсутствии улыбок на улицах, вы тоже были не в восторге… 

– Ничего подобного! Я не чувствовал себя плохо. И та фраза об улыбках была даже не о Москве как таковой. Это феномен всех больших городов. Люди там ходят, уставившись в пол и совершенно забыв об улыбках. Когда я в Москве, я и сам так хожу. Хотя мне больше по душе открытое сознание. Мы с Расмусом выросли в маленьких-маленьких городах. Вы тут даже представить себе не можете, что это такое. Там, где я рос, всего сорок тысяч человек, а теперь я живу в городище, где число жителей в два раза превышает население Швеции! Везде люди, все куда-то бегут… Конечно, для меня это стресс. Когда я завершу карьеру, ни в коем случае не буду жить в большом городе. Лучше всего, наверное, будет поселиться на необитаемом острове. Так что это вовсе не проблема Москвы или России. Это моя проблема.

- Не пытались подсчитать, сколько «улыбающихся» фотографий болельщики прислали вам через соцсети? 

– Ха! Не считал, но мой инстаграм разрывался от количества постов! Реально тебе говорю: телефон был горячим!

Понтус Вернблум 

Напитки покрепче

- Бывший спортивный директор ЦСКА Антон Евменов был поражен тем, как быстро вы адаптировались в России. Особенно сильно его удивил эпизод, когда на одном из вечеров вы залпом выпили водку.

– Да, это было. Знаете, есть такой стереотип, что в России нужно обязательно попробовать водку. Я время от времени могу побаловаться алкоголем, а здесь для этого был отличный повод. Согласитесь, было бы странно праздновать подписание контракта в Москве шампанским или виски.

- Русская водка чем-то отличается от шведской? 

– Мне кажется, она намного лучше.

- Вы самый веселый футболист как минимум в российском чемпионате. А кто является самым веселым для вас? 

– Вася Березуцкий. У нас похожий тип юмора и отличные отношения. Когда делаешь на поле что-то не так и он не в восторге, он так и говорит: «Сегодня ты просто shit».

- А Ибрагимович может пошутить? 

– Конечно. Но он парень особенный. Златан всегда расслаблен, парит где-то… Хотя, знаете, попасть под действие его недовольного взгляда я никому бы не советовал. В эти моменты Златан выглядит, как разъяренный жеребец. Не то чтобы это было страшно – скорее мощно!

- В недавнем дерби с ЦСКА был эпизод, когда при подаче углового вы подсказали спартаковцу Мелкадзе, что ему нужно делать. Зачем вы это сделали? 

– Я? Игроку «Спартака»? Не помню…

5 звездочек «Спартака». В кого теперь верят болельщики красно-белых

- Если бы интернет здесь был получше, я бы показал вам эпизод из трансляции. 

– Да быть такого не может! Может, это я просто себя так подбадривал? Я вообще много с кем разговариваю на поле.

- Хорошо, но хотя бы то, что вы придерживаетесь социалистических взглядов, – правда? Как так получилось? 

– Я рос в не самом богатом месте. К тому же мама воспитывала меня в одиночку. Так что это одна из тех вещей, с которыми я рос. Периодически взгляды меняются, но большую часть времени я действительно ощущал себя «красноармейцем». И хотя сейчас я прилично зарабатываю, прошлое не смоешь.

- Ходили в Москве в Мавзолей или другое место, связанное с именем Ленина? 

– Нет-нет! Слушайте, я не такой фанатик! Я был на Красной площади и в других туристических местах, этого мне достаточно.

Понтус Вернблум 

Конезаводчик

- В прошлом году вы купили на аукционе лошадь. Зачем она вам?

– Для прикола. Мы купили ее с тремя друзьями: один сейчас играет в Китае, другой – по-прежнему в «Гетеборге», еще один – в «Сампдории». Ну что сказать? У нас появился лишний повод для посиделок. Очень хотелось, чтобы было что-то, что нас объединяло. В крайнем случае сделаем из нее гамбургер.

- Покупка лошади как-то связана с прозвищем ЦСКА? 

– Нет, но это хорошая идея. Пожалуй, так и буду говорить.

- Говорят, когда у лошади обнаружились проблемы с зубами и вам пришел счет от стоматолога, вы были в шоке. Что там была за сумма? 

– В шоке был не я, а мой друг, который тренирует лошадь. Он прислал мне счет со словами: «Это что вообще за fuck?» Я ответил, что зубы – не мое дело. Вот если бы у нее болели ноги, я бы заплатил. Ладно-ладно! На самом деле заплатил.

- Сами верхом катаетесь? 

– Никогда! Она же, сволочь, здоровая. Мне и подходить-то к ней страшно!

- А что насчет машин? В Москве вообще можно ездить со скоростью больше 20 км/час? 

– У нас в спонсорах Hyundai. Я давно езжу на своей «Санта-Фе». А сейчас тестирую новую модель i40. Мне эта машина реально нравится! Правда, по Москве все равно не разгонишься. Максимальная скорость, с которой я ездил, – сорок километров! Даже ночью тут пробки! Ремонты дорог, объезды... Поначалу это бесило, но постепенно я освоился.

- И вот мы подошли к самому главному вопросу. Ваш контракт с ЦСКА пока не продлен. Когда вы сможете успокоить болельщиков и сказать, что остаетесь? 

– Мы ведем переговоры с клубом. Пока не договорились, но у нас есть желание ударить по рукам. Я прошу лишь о некотором уважении и признании заслуг. Но обещать, что в любом случае останусь, не могу. Тут задействованы две стороны, это бизнес.

- Денежный вопрос – самый важный? 

– Денежный? Не буду врать – да. Если кто-то скажет, что сумма в контракте не имеет для него значения, – это будет ложь. Мне кажется, в любой профессии так. Если бы не деньги, я бы остался рядом с друзьями и играл бы себе в маленьком городе. Но, конечно, мне хочется остаться в Москве. Уже сейчас я могу сказать, что провел здесь лучшие годы в карьере.

Текст: Ярослав Кулемин 

Фото: Сергей Дроняев, пресс-служба Huyndai

Каждый год в России на бумагу перерабатывается около 10 млн тонн древесины. Каждый год у Фабио Капелло уменьшается количество кандидатов в национальную сборную России. 

Скачай приложение еженедельника «Футбол» на планшет или смартфон. Спаси деревья. Помоги сборной России (иначе придется ужесточать лимит на легионеров).

Аппсторgoogleplay 90 минут

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья