android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderview

«Сегодня мы просто сборная России»

В аэропорту Шереметьво-1, в новом терминале С, состоялась встреча олимпийской сборной России, вернувшейся из Пекина. Все сразу пошло не по сценарию. Планировали одно, получилось другое. В репортаже Sports.ru – торжественный доклад главы ОКР Леонида Тягачева, плакаты из далеких 1970-х, философские речи Вадима Хамутцких, фотографии на память с синхронистками и гимнастками.

«Сегодня мы просто сборная России»
«Сегодня мы просто сборная России»

Конечно, группе людей с флагом «Горнолыжный клуб Леонида Тягачева» не стоило бы приходить на встречу олимпийцев. Ладно, что в этот вечер собрались в основном друзья и родственники спортсменов и тренеров. Будь в зале настоящие фанаты – быть конфликту.

– Мы вот привезли корзинку с фруктами, корзинку с хлебом – это все настоящая русская еда, – говорила в телекамеру одна из активисток клуба. В третьей корзинке лежали иностранные безалкогольные напитки и соки. Про нее не было сказано ни слова.

«Вот здесь будут выходить спортсмены. А вы приветствуйте. Дети, что надо кричать?»

– Ну, спойте чего-нибудь, – попросили телевизионщики. – Надо картинку подснять.

– Мы желаем счастья вам, и оно должно быть таким, – в разнобой, что, в принципе, характерно для всего тягачевского, затянули герои. – Пока ты счастлив сам… Россия, Россия, Россия.

Концовка получилась какой-то неискренней.

Было много детей и людей, одетых в какую-то униформу, был даже какой-то оркестр. Как только диспетчер объявлял посадку или начало регистрации, так те сразу же заводили или гимн, или «Подмосковные вечера». Может быть, кто-то и не улетел.

– Я вам сейчас расскажу программу встречи, – за огороженную территорию вышла девушка и стала делать объявление. – В Москву летит три самолета. В первом – олимпийцы, но «золотой» рейс именно третий. Там летят победители Олимпиады, глава ОКР Леонид Тягачев и министр спорта Виталий Мутко. Он прибудет в 17.15.

За этот самолет сразу стало страшно.

– Вот здесь будут выходить спортсмены, – девушка показала рядом с собой. – А вы приветствуйте. Дети, что надо кричать?

– Да нам ничего не говорили, – удивились дети. На них начали пшикать и они спохватились. – Россия, Россия.

– Правильно, – успокоилась девушка. – Ждите.

Плакаты уносили в далекие семидесятые: «Спортсмены – наша гордость», «Олимпийцы – мы вас любим»

Плакаты уносили нас в далекие 1970-е, когда тексты утверждались ВЛКСМ или другим отделом пропаганды. «Спортсмены – наши гордость», «Олимпийцы – мы вас любим», «Деденево – приветствует олимпийцев». На этом фоне до слез трогал баннер болельщиков ЦСКА. На нем была перечеркнута золотая медаль, и написано «Вы для нас дороже».

Все пошло не так, как было запланировано. Ошалевшие от сборов, празднования и перелетов спортсмены выходили совершенно в другой коридор и пытались скорее прорваться на свежий воздух. К счастью, на улице лил дождь и все останавливались в терминалах.

Многие плакали, но в основном все держались довольно свободно. Гандболистки, раздав автографы, пошли в уголок делать командное фото. Некоторые девушки куда-то исчезли и их не могли найти в этой толпе.

– Где Мила, Мила где? – кричали на весь терминал. Турей действительно куда-то запропастилась, хотя все остальные были готовы. Некоторые девочки сели прямо на пол. Бросалось в глаза отсутствие главного тренера.

Турей прибежала, встала перед объективом и полностью закрыла обзор.

– Ура, ура, – закричала она, сев, наконец, к остальным. И те ее поддержали.

Волейболисты выходили из самолета в темных очках, стараясь не дышать в сторону собеседников, но как-то странно было их за это упрекать.

– А вы, милки, каким видом спорта занимаетесь, – ошалевшая от шума пассажирка бросилась к Вадиму Хамутцких.

– Мы из сборной России. Сегодня мы все из сборной, – философски ответил Вадим.

– Ну, дай вам бог здоровья.

Дылдин: «Расстроен? Да вы что! Думал, классно будет, если в пятерку попадем»

Максим Дылдин, завоевавший бронзовую медаль в эстафете 4х400 метров, очень смущался. Награду он держал в кармане олимпийки.

– Расстроены, наверное, – спрашивали у него неподготовленные репортеры.

– Да вы что! – Дылдин чуть не сел прямо на пол. – Я-то думал, классно будет, если мы в пятерку попадем.

– А где ваша медаль-то?

– Да вот она, – Максим покорно доставал для того, чтобы сфотографироваться, а потом снова прятал в олимпийку. – Я ее в сейфе держать буду.

Ирину Винер пытались вывести на вопрос о пресловутом «Русском доме», в котором, по слухам, гуляли до утра. Она легко отбила атаку.

– Я там не была. Не знаю, что происходило, – сказала она. – Заходила лишь один раз, поужинала с подругой.

Но, конечно, лучше всех выступил Леонид Тягачев. Он набросился на первого же журналиста, который посмел усомниться в достижениях российской сборной на этих Играх.

– 72 медали – это очень высокий результат, тем более при такой конкуренции, – парировал глава ОКР.

Было ясно, что эту цифру Тягачев запомнил навсегда, чтобы от всех отбиваться.

– Да где же высокий результат, если с каждым турниром мы выступаем все хуже и хуже? Плохо же выступили?

– Я не знаю слова «плохо». Вся страна считает, что хорошо.

Тягачев: «Я не знаю слова «плохо». Вся страна считает, что выступили хорошо»

От чиновника в такой день надо было идти подальше. Тем более, рядом ходили синхронистки, гимнастки, легкоатлеты. Гимнастка Анна Гавриленко, победительница в групповых упражнениях, вдруг расплакалась. Возможно, только сейчас поверила в медаль.

Синхронистка Ольга Кужела, наверное, одна из самых красивых спортсменок российской команды, фотографировалась со всеми и моментально создала пробку из желающих выйти с вещами на улицу.

Омоновцы, сделавшие «живой» коридор для выхода спортсменов, снялись с поста минут через 15.

– Пойдем отсюда, – к ним подошел главный. – Тут только радуются.

И только главный тренер сборной России Владимир Алекно едва не плакал. Бронзовая медаль ему не по душе. Явно не в ОКР работает.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы