Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Алексей Дементьев: «Не стремлюсь к сиюминутной выгоде»

    Sports.ru начинает сериал о хоккейных агентах, которые работают с игроками в КХЛ. В первой серии – Алексей Дементьев, сотрудничающий с Александром Королюком, Михаилом Пашниным, Олегом Квашой и другими. Он рассказывает о своих принципах работы и объясняет, на какие вещи не пойдет ни при каких обстоятельствах.

    Алексей Дементьев: «Не стремлюсь к сиюминутной выгоде»
    Алексей Дементьев: «Не стремлюсь к сиюминутной выгоде»

    Медленно, но в гору

    – Вы работали на разных должностях: скаутом, спортивным директором, тренером и генеральным менеджером. Почему сейчас решили сосредоточиться на агентской деятельности?

    – Просто в определенный момент захотелось полной независимости. Хочется делать вещи так, как я это вижу, как представляю. Сейчас понимаю, что поступил верно. Мои единомышленники – речь идет об игроках, с которыми я работаю – мне доверяют. И это приносит свои плоды.

    – Вы ведь специализируетесь на молодых игроках?

    – Нет. Я работаю с хоккеистами. Просто стратегия моей работы несколько иная, чем у коллег.

    «Я работаю на будущее. Вкладываю свои силы и средства в молодых хоккеистов»

    – В чем?

    – Я ведь работал скаутом, имею определенные знания, которые позволяют мне верно оценить перспективы того или иного хоккеиста. Конечно, это не приносит быстрый и большой заработок, но я и не стремлюсь к сиюминутной выгоде. Просто работаю на будущее. Вкладываю свои силы и средства в молодых хоккеистов, чтобы дальнейшая отдача от того, что происходит, грела меня, прежде всего, морально. Это нормально: мои клиенты ничего не зарабатывают – я ничего не зарабатываю. У них будут идти дела здорово – я буду в выигрыше.

    – То есть это не ваш путь – найти своему хоккеисту любой клуб, где будут платить на сто долларов больше, чем в прежней команде?

    – Нет. Очень много вещей, которые я делаю, отличны от других предложений.

    – Например?

    – Не хотелось бы выдавать все тайны. Но я ведь имею опыт работы по различным хоккейным специальностям. И помогаю своим хоккеистам правильно понимать ситуацию, оценивать ее, чтобы они видели, насколько сложен этот хоккейный мир.

    – Это как раз больше молодым хоккеистам подходит. Вы не берете опытных игроков, потому что все разобраны?

    – Просто я никогда не буду подходить к хоккеисту и вести с ним переговоры за спиной моего коллеги. Отговаривать, обещать. Это неправильно. В таких моментах у самого игрока должно быть желание лично изменить ситуацию к лучшему. И стать моим клиентом. Шучу. Моя политика: медленно и верно идти в гору.

    Не участвую в «аукционах»

    – Большая конкуренция среди агентов?

    – Конечно.

    – Давно?

    – Да всегда так было. Это бизнес такой. Специфика в том, что ты начинаешь работать с хоккеистом, которого никто не знал. Ты ведешь его до момента, когда он поднимает голову и становится интересным игроком. Когда это происходит, обязательно рядом появятся другие агенты, которые постараются его переманить. Найти проблемы в моей работе, привести какие-то аргументы, чтобы он поменял агента.

    – У вас уводили хоккеистов?

    – Наверное. Это вообще неизбежно. Все зависит от того, на какой стадии это происходит. Пока я не потерял ни одного стоящего игрока.

    – Коллеги предлагали лучшие финансовые условия?

    – Не в этом дело. Просто с кем-то не сошлись во взглядах, в характере. Вот это основные причины для расставания с хоккеистом, а не финансовый вопрос.

    «Пока я не потерял ни одного стоящего игрока»

    – Много ли у вас хоккеистов?

    – Нет такого понятия «много» или «мало».

    – Хорошо, задам вопрос иначе. Сколько у вас хоккеистов?

    – У меня следующие принципы работы: в одной команде не должно быть моих клиентов, которые претендуют на одну позицию. Я это соблюдаю. Но более подробно говорить на эту тему не хотелось бы. Все-таки существуют профессиональные тайны.

    – Что для вас считается неприемлемым в работе? Вот многие тренеры обвиняют агентов в том, что они торгуют одним хоккеистом...

    – ... ага, устраивают «аукцион». Не мой путь.

    – Почему?

    – Это вредит имиджу хоккеиста. Все-таки хоккейный мир маленький. Ты предложил игрока 10 командам, получил лучшие условия, но через какое-то время ситуация может измениться и игрок снова будет искать клуб. Надо будет обращаться к тем, с кем ты уже вел переговоры ранее. А отношение к такому хоккеисту будет уже не то.

    – Впрочем, некоторые агенты не понимают, что плохого в «аукционе», ведь их основная задача получить для клиента лучшие условия.

    – У меня не все измеряется деньгами.

    Что будет тем, кто без аккредитации?

    – Есть ли у вас «свой» клуб, куда вы можете пристроить хоккеиста в любой момент?

    – Нет. Для меня все команды равны. Кроме того, в этом случае всегда получится перекос в клиентах. Кроме того, у каждого хоккеиста должен быть свой тренер, своя команда. Вообще, переезд в другой город, в новую команду – стресс. Так что в частой смене коман нет ничего хорошего.

    «Самое сложное – пробить первый контракт»

    – С какого возраста вы начинаете интересоваться хоккеистом?

    – Определенного возраста нет. Я много хожу на хоккей и не только на соревнования в КХЛ или МХЛ. Общаюсь с тренерами, сам смотрю матчи.

    – Говорят, что самое сложное при работе с молодым хоккеистом – договориться с родителями.

    – Самое сложное – пробить первый контракт. Это тот лед, который необходимо сломать в отношениях с хоккеистом.

    – КХЛ сейчас старается формализировать отношения с агентами. Как вы к этому относитесь?

    – В этом нет ничего плохого. Я вот нормально отношусь к тому, чтобы агенты проходили аккредитацию. Мне только хотелось бы понимать, как контролируются действия агентов, которые эту аккредитацию не прошли или иностранных агентов. Почему я должен тратить время, средства, проходя аккредитацию, если у тех, кто ее не прошел, ничего не изменится?

    «К клиенту полечу в любое время»

    – Многие хоккеисты обвиняют агентов в том, что их, кроме денег, ничего не интересует. Вы работаете с хоккеистом после того, как выбили ему контракт? Тот же Михаил Пашнин может вам позвонить ночью?

    – Легко.

    – И сказать, что дома прорвало трубу, а он не знает, что делать?

    – И я сразу приеду, во сколько бы он не позвонил. Был случай, когда мне вечером позвонил один из хоккеистов и сообщил о проблемах, я сразу рванул в аэропорт и утром уже наблюдал за раскаткой в его команде. Такие отношения я стараюсь соблюдать в отношении со всеми моими клиентами.

    – Что вы будете делать, если ваш клиент попадет в такую ситуацию, как игроки «Лады»?

    – А у меня есть хоккеисты в «Ладе». Но я не хотел бы комментировать положение дел в Тольятти.

    – Но это очень важно понять. Речь не о конкретном клубе, а о самой ситуации.

    – Я работаю – это единственное, что могу сказать. Подробности сообщить не могу, хотя бы потому, что в той же «Ладе» есть другие хоккеисты, с клубом работают и другие агенты. И им совсем необязательно знать, что происходит с моим клиентом.

    «Даже если игрок позвонит среди ночи, я сразу приеду»

    – Но вы идете в суд? Стараетесь арестовать автобус? Или просто говорите хоккеисту: «Терпи, тебе все равно надо играть».

    – К счастью, уж совсем страшных ситуаций у меня не было. В случае сложностей я в постоянном контакте с руководством клуба. Но… Нет, не могу выдавать секреты.

    – Ваших игроков никогда не обманывали?

    – Так, чтобы остались должны и не выплатили? Нет. Но задержки зарплаты бывают, это правда. Если же клуб не хочет исполнять свои обязательства, у меня есть сильная команда юристов, которые моментально примутся за дело.

    – Можете ли вы разобрать ситуацию с Алексеем Симаковым, который тяжело уходил из ЦСКА?

    – Нет. Не имею морального права, так как не являюсь его агентом.

    – Улучшилась ли ситуация в клубах КХЛ? Генеральные менеджеры команд стали лучше разбираться в том, что именно хотят?

    – Да, в этом отношении произошел заметный сдвиг. Хотя все равно надо улучшать работу. Я считаю, что у каждой команды были свои скауты. Чтобы мнение о том, нужен определенный хоккеист или нет, принималось не одним человеком, а коллегиально.

    Устраивать в сборную – это позор

    – Агентов обвиняют в том, что они разными способами влияют на тренеров. Особенно это касается национальных сборных молодежного уровня.

    – Когда мне хоккеист говорит, что хотел бы выступать в сборной, я советую ему играть лучше. Такого принципа и придерживаюсь. Если хоккеист попадает в сборную нечестным путем, то это вызывает вопросы специалистов. Я бы стыдился, если бы мой клиент таким образом попал в команду.

    – Стоит ли лиге открывать зарплаты хоккеистов?

    – Почему нет?

    – Очень поразило, как вы работали с Михаилом Пашниным на драфте. Говорили ему, как отвечать, как смотреть в камеру, как позировать фотографам. Это необычно.

    – Это один из моментов, которым я стараюсь обучить своих молодых игроков. Они должны знать правила общения с прессой, правила поведения. Вообще у меня есть серьезные проекты, касающиеся этого, которые я постараюсь воплотить в жизнь в самое ближайшее время.

    «Игроки должны знать правила общения с прессой, правила поведения»

    – А вам, как агенту, ведь все равно, что о клиентах пишет пресса?

    – Для меня важно, что ни один из моих клиентов не замешан в скандале.

    – Но на рыночную стоимость игрока положительная или отрицательная пресса никак не влияет?

    – Мне вот не все равно, что пишут о моих игроках.

    – А что влияет на цену игрока? Почему хоккеист стоит 50 миллионов, а не 26 рублей?

    – Статистика, амплуа, полезность. Очень много нюансов. Но вообще, возвращаясь к работе клубных менеджеров, отметил бы и такую положительную тенденцию: большинство комплектуют команду, а не просто набирают игроков. Уже появились термины «защитник один», «защитник два».

    – Вы работаете с игроком, который уезжает в Америку?

    – Лично я с ним не имею права работать на территории Америки. Кстати, вот вопрос об аккредитациях. В НХЛ никто не будет работать с нелицензированным агентом, ведь это грозит серьезными санкциями. Но в Северной Америке есть специализированная контора, с которой я сотрудничаю. И я уверен, что она будет отстаивать права хоккеистов так, как это делал я в России.

    Коммерческая тайна

    – Ваш гонорар с контракта составляет пять процентов?

    – Это коммерческая тайна.

    – Но в этих пределах?

    – Не могу отвечать на этот вопрос. Но скажу, что какой-то фиксированной ставки нет, все индивидуально.

    – Вы можете устроить в какую-нибудь команду меня? Человека, который никогда не играл в хоккей.

    – Нет. И не буду этим заниматься, ведь так я могу потерять доверие со стороны тренера или менеджера.

    «Если игрок подойдет сам, я буду с ним работать»

    – Вы можете сейчас подойти, например, к Альберту Лещеву и сказать: работай со мной?

    – Нет. Это грубо, так не делается.

    – Но если игрок подойдет к вам сам…

    – ... то я буду с ним работать.

    – Есть ли среди ваших клиентов тренеры?

    – Я не веду ничьи дела официально, но если меня спросят, то я могу порекомендовать специалистов. Но тех, за кого могу поручиться. Например, за Майка Крушелниски.

    – Стоит ли агентам объединяться?

    – Существует ассоциация агентов. Это полезная организация. Там можно обсуждать проблемы агентов, делиться опытом. Несмотря на то, что мы конкуренты, общение должно происходить.

    Алексей Дементьев работает агентом 2 года. Среди клиентов: Александр Королюк, Тимофей Шишканов, Олег Кваша, Захар Арзамасцев, Александр Авцин, Михаил Пашнин.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы