Загрузить фотографиюОчиститьИскать

«Обидно проигрывать шведу!»

Норвежцы называют выступление Свенсена в гонке преследования «полным отстоем» и завидуют шведам, которые выиграли в Ванкувере уже две золотые медали. Бьорндален скучает по жене, а Ферри после исторической победы шутит, рассказывает анекдоты и собирает аншлаги на пресс-конференциях. Зарубежная пресса, которую внимательно проштудировал Sports.ru, продолжает удивляться итогам олимпийского биатлона.

«Обидно проигрывать шведу!»
«Обидно проигрывать шведу!»

После двух гонок преследования шведская пресса взорвалась: журналисты определили было темой дня ошибку судьи, задержавшего на старте Анну-Карин Олофссон-Зидек, но это недоразумение моментально отошло на второй план, как только Бьорн Ферри ушел на последний круг к своей первой олимпийской победе.

Юхан Эск, Dagens Nyheter: «Проснись, Швеция, мы выиграли. Если вы отправились спать рано, вы пропустили самое удивительное и безумное шведское золото в олимпийской истории.

Бьорн Ферри этой зимой не поднимался выше шестого места. Он прошел все круги ада, сломав ключицу и переболев свиным гриппом в олимпийский сезон

Хотя Ферри ждал этого дня очень долгое время, он никогда бы не поверил, что это случится так скоро. Он и сейчас не может поверить. Я пробовал пролистать каталоги Шведского Олимпийского комитета, но не нашел в истории зимних Игр ничего, что могло бы сравниться с этой победой.

Бьорн Ферри этой зимой не поднимался выше шестого места. Он прошел все круги ада, сломав ключицу и переболев свиным гриппом в олимпийский сезон, но он не задумывался об этом ни на йоту, когда пришел на последнюю стрельбу одновременно с французом Венсаном Жеем. Вы видели, как сверкали его глаза? В такой ситуации любого могло застрясти, но Ферри выглядел так, будто ждал этой ситуации, этого вызова, этой возможности на протяжении всей своей карьеры.

С тех самых пор, как он был многообещающим лыжником и смотрел биатлон по телевизору вместе с приятелем. Тогда спорт показался им незатейливым. Казалось, что достаточно слегка научиться стрелять, чтобы получить возможность покататься на Олимпиаде, а затем поехать дальше в Рупольдинг и увидеть Уши Дизль в обтягивающем комбинезоне. Эту фразу не я изобрел – так сказал Бьорн Ферри.

Как невозможно найти шведской олимпийской победы ярче, так невозможно и пересчитать все его невероятные высказывания. На пресс-конференции перед Олимпиадой он долго молчал, казалось, пытаясь быть хорошим и тихим. Но перед тем, как все закончилось, он вдруг ударился в пространный монолог об отсутствии у него интереса к спортивным трансляциям. «Когда по телевизору идет биатлон, я засыпаю», – заявил Ферри.

«Несмотря на то, что много лет Бьорн Ферри был одним из лучших спортсменов Швеции, он гораздо больше известен другим своим выдающимся качеством: болтовней, – продолжает тему Expressen. – Ни один другой биатлонист не генерирует такого количества откровенных и часто смешных утверждений. «Нужно быть самим собой, – говорит Ферри. – Это же дьявольски скучно, когда человек не говорит о том, что он на самом деле думает. Вот и я всегда был таким же».

«Когда по телевизору идет биатлон, я засыпаю», – заявил Ферри

Целеустремленность и прямота были с малых лет свойственны Ферри, рассказывает Expressen: «В маленькой деревушке Сторуман в Лапландии живут всего несколько тысяч человек. Именно здесь вырос Бьорн Ферри. Он уверен, что у него было прекрасное детство, и занятия лыжным спортом играли в нем большую роль. Довольно скоро Бьорн поставил перед собой две цели: он будет богатым и выиграет олимпийское золото.

После школы Ферри решил посвятить всего себя спорту, поступив в лыжную гимназию в Люкселе. Там он тренировался с бывшим лидером шведской лыжной сборной Пером Элофссоном, который утверждает, что в те годы Ферри был далек от успехов. «Тогда он даже не мог ездить коньковым ходом, еле передвигал ноги», – вспоминает Элофссон. Лишь постепенно Ферри удалось вырасти из подающего надежды ученика в лыжника мирового класса».

После победы Бьорна Ферри в блоге Эмиля Йонссона и Анны Хааг появился забавный фотоотчет о праздновании этого события в шведской сборной.

Пока шведы радовались еще одной золотой медали, в норвежской прессе царило уныние. Ожидания прародителей лыжных видов не оправдались: спортсмены сборной все еще далеки от выполнения медальных планов. Андерс Шердингстад из Nettavisen пишет: «Число упущенных норвежцами шансов на золотую медаль приближается к двузначной цифре. Дело начинает пахнуть провалом, и все чаще приходится вспоминать Турин, где Норвегия также имела множество кандидатов на победу. В итоге справиться с задачей смогли лишь двое – Кьетиль Андре Омодт и Ларс Бистоль.

Если мы хотим, чтобы Ванкувер стал таким успешным, как мы надеемся – с 5-10 золотыми медалями, – нужно поторопиться. Чем больше времени проходит, тем сильнее давление на норвежских спортсменов. И тем больше снижается их коллективная самооценка. Под прессом и без уверенности соревноваться сложно. Негативная спираль, к сожалению, все больше закручивается».

Особенно обидно норвежцам проигрывать своим же соседям – две скандинавские нации, испытывающие взаимную неприязнь, продолжают вести информационную войну. Фраза, брошенная Свенсеном по окончании гонки преследования – «Обидно проигрывать шведу!» – моментально разошлась по заголовкам шведских газет. «У норвежцев больше психологов, чем медалей», – зубоскалила в ответ шведская пресса.

Эмиль Хегле Свенсен в целом приятный и веселый юноша

Критически отозвалась о выступлении в преследовании главного норвежского фаворита Adressa: «Эмилю Хегле Свенсену не удалось ничего из запланированного. Он должен был идти в наступление, а вынужден был защищаться. Его бесстрашие было укрощено. Ему не удалось сконцентрироваться, хотя именно ради этого он и работал. Он подтвердил то, что из-за болезни ослабил позиции, и не знает, как долго будет приходить в себя. Выражаясь его же словами: просто отстой!

Эмиль Хегле Свенсен в целом приятный и веселый юноша. Когда он на подъеме, как было после спринта, он может выпалить что-нибудь вроде «Пасьют – мой!» Но вчера он немного позабыл об этом утверждении. И когда дела пошли не лучшим образом, погрузился в таинственное молчание».

То же издание чуть более лестно высказывается о выступлении Бьорндалена: «В преследовании Уле Эйнару нужно было идти в атаку. Все видели, что он это делал. Он пробежал одну из своих лучших гонок, но чуть сломался в конце. В качестве бонуса ему достались две безошибочно отработанные «лежки». Это то, что ему более всего недоставало для уверенности перед индивидуальной гонкой».

Drammens Tidende находит свое объяснение не самым лучшим результатам пятикратного олимпийского чемпиона: «Супруга Уле Эйнара Натали-Сантер раньше почти всегда находилась рядом с мужем, так как сама долгое время выступала за итальянскую сборную по биатлону. В нынешнем году Натали не поехала на Олимпиаду, и Уле Эйнар признается, что хотел бы видеть ее рядом. «Конечно, я по ней скучаю, но у нее есть несколько лошадей, о которых надо заботиться. Это сейчас приоритет», – говорит Бьорндален.

Тем временем Виктория Франке в своем блоге на Eurosport.de рассказывает не о биатлонных гонках, а об особенностях организации ванкуверской Олимпиады.

«Наш автобус застрял на въезде в Whistler Olympic Park на 40 минут. Вице-президент США решил проникнуться прыжками с трамплина и посмотреть на «экзотический» вид спорта. 38 автомобилей, включая полицию и скорую помощь, вынуждены были ждать. Не только официальные лица и журналисты, но и некоторые спортсмены не могли сдвинуться с места. Лыжники и биатлонисты теряли драгоценное тренировочное время.

Коллега из России, покуривая рядом с автобусом, вспоминал: «В 1996 году в Атланте происходило то же самое. Приехал Клинтон, и один из наших тяжелоатлетов не успел на свои соревнования!»

Олимпийская деревня – словно хорошо охраняемая тюрьма. Из-за этого биатлонные судьи вынуждены проводить заседания и жеребьевки прямо на стадионе

В шутку поговаривали: хорошо, что это был всего лишь заместитель, а не сам Обама. Тогда, видимо, большая часть соревнований прошла бы без зрителей, прессы и спортсменов. А почему нет? О безопасности высокопоставленных лиц в конце концов нужно заботиться.

В каждом автобусе здесь ищут бомбу, официальных лиц в случайном порядке отправляют на проверку. Мне лишь один раз пришлось проходить сквозь сканер, подобный тому, какие стоят в аэропортах. А вот коллега-фотограф подвергался обыску двенадцать раз. Представьте – двенадцать раз за четыре дня!

На Олимпиаде все по-другому. Олимпийская деревня – словно хорошо охраняемая тюрьма. Из-за этого биатлонные судьи вынуждены проводить заседания и жеребьевки прямо на стадионе. Первая жеребьевка перед спринтом затянулась. Пропуска были действительны до 21:00, и хотя в 21:07 все судьи были на выходе, такая «нестыковка» привела к получасовому ожиданию с выполнением разнообразных формальностей.

Проверяют и биатлонистов, перемещающихся по деревне со своими винтовками. Норвежцы оказались хитрее, поселившись в помпезном месте вдали от Олимпийской деревни. Но даже им не удается избежать постоянного контроля».

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы