android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderview

С контрактом по миру

Пространная обвинительная речь Нельсона Пике-младшего в адрес Флавио Бриаторе, сопроводившая увольнение пилота из стана «Рено», заставила всерьез задуматься о роли управляющих делами гонщиков «Формулы-1». Sports.ru анализирует систему взаимоотношений менеджеров с их подопечными.

С контрактом по миру
С контрактом по миру

Прежде всего, развеем один распространенный миф: мол, в королевском классе вполне возможно существование без поддержки профессиональных менеджеров. Обычно приверженцы данной позиции приводят пример Себастьяна Феттеля, рулившего собственными делами со времен тестового сотрудничества с «БМВ-Заубером». Однако утверждение является не совсем корректным. Действительно, немец сам ведет переговоры по контракту, определяет сумму вознаграждения за сезон, выбирает личных спонсоров и дает добро на использование своего имени в тех или иных проектах. Но при этом уровень его зарплат несопоставим с гонорарами гонщиков даже в конюшнях-середняках, степень защищенности трудового соглашения – результат тщательной обработки договора юристами «Ред Булл» (поговаривают, Дитрих Матешиц собственной персоной принимал участие в вычитке пунктов), а бонусная система связана лишь с большими достижениями (типа побед в Гран-при или выигрыша чемпионата мира), не учитывая дополнительных мелких прибылей, которые Себ мог бы выбить из работодателей. То есть пилот, как минимум, теряет в деньгах, и немалых, случись его выступлениям превзойти среднестатистические показатели…

Уровень зарплаты Феттеля несопоставим с гонорарами гонщиков даже в конюшнях-середняках

Следующий момент, оправдывающий наличие менеджера, – протекционизм контракта. В «Формуле-1» увольнения случаются не так уж часто, но если происходят, то в девяти случаях из десяти проходят без шума и пыли. Все потому, что изначально менеджер прописывает отдельным пунктом сумму отступных, причитающуюся к выплате в случае досрочного расторжения сотрудничества. Как легко понять, чем ценнее услуги пилота, и чем заинтересованнее функционер в интересах подопечного, тем выше размер компенсации, заносящейся в контракт. К примеру, недавно отправленному в отставку Себу Бурдэ «Торо Россо» выплатила 2,1 млн. долларов, за что обязана благодарить Николя Тодта. В случае судебного разбирательства, коим грозил французский гонщик, сумма могла оказаться в два-два с половиной раза большей…

Альтернативный ход менеджеров в попытках обезопасить будущее пилота – обязательная фиксация «выкупной стоимости». То есть в соглашении прописывается та или иная цифра (обычно довольно солидная), обналичив которую работодатель или команда-соперник могут освободить спортсмена от уз обязательств. К примеру, одно время «Макларен» подобным образом хотел превратить в свободного агента представителя «Уильямса» Нико Росберга, а затем заключить с ним соглашение как с нигде не работающим пилотом. Однако сумма отступных (по разным сведениям, варьировавшаяся от 50 до 79 млн. фунтов) отпугнула уокингцев…

Правда, справедливо и обратное утверждение. Если менеджер не имеет тесного контакта с подопечным (так бывает, когда один человек ведет дела сразу нескольких пилотов) либо не может убедить главу конюшни взять гонщика на работу, то порой подписываются заведомо кабальные условия. Либо сумма отступных сводится к символическому гонорару, равному участию в Гран-при, либо «buy out» смешон, а то и вовсе в договоре изначально прописываются планки, не покорив которые пилот теряет место в кокпите. Так было с Нельсиньо, которому предписывалось набрать 40 процентов очков от показателей Фернандо Алонсо к экватору чемпионата, так же обстоят дела с Хайме Альгерсуари, от которого для дальнейшей кооперации требуют финиша в двух первых гонках за «Торо Россо».

Фанатизм и доверие с взаимовыгодным сотрудничеством олицетворяет связка Алонсо – Абад.

Наконец, менеджер необходим для того, чтобы отстаивать интересы пилота в спорных ситуациях. Сокращение тестового километража, претензии со стороны ФИА, отказ личных спонсоров от гарантий платежеспособности – в каждой из этих проблем управляющий делами имеет больше шансов отстоять интересы пилота, нежели бы сам спортсмен вступился за доброе имя. Не стоит забывать: зачастую именно спортивное влияние, авторитет в закулисных интригах и опыт специалистов играют ключевые роли в разрешении щекотливых проблем и вопросов. Представьте на секунду, что случилось бы с Феттелем, окажись он лицом к лицу с тем же Бриаторе при обсуждении временных пропорций обкатки нового шасси между ним и Алонсо. И как бы изменилась ситуация, стой за Себом тот же Стив Робертсон, представляющий интересы Кими Райкконена…

Раз уж речь зашла о персоналиях, приведем примеры наиболее типичных отношений в паре «менеджер – пилот». Фанатизм и максимальное доверие с взаимовыгодным сотрудничеством олицетворяет связка испанских суперменов — «Фернандо Алонсо + Луис Гарсия Абад». Не секрет, что функционер получает довольно щедрые отчисления (около 15-20 процентов) от гонораров подопечного, поэтому старается выбить для двукратного чемпиона мира просто королевские условия. Наглядный пример: всего через сутки после официально оформленного расставания Нандо с «Маклареном» Флавио Бриаторе готов был подписать долгосрочный контракт с любимцем. Однако автограф пилота появился под соглашением лишь спустя полтора месяца, поскольку на протяжении этого срока Абад постоянно вносил правки в контракт. В результате, намного гибче стали условия досрочного отъезда Алонсо из Энстоуна, в разы возросло количество бонусов, ряд личных спонсоров избежал традиционных для команд Седого Лиса отчислений в общую казну на развитие конюшни. Если верить Diario AS, под напором Луиса Гарсии не устояли даже представители «Феррари», изначально не собиравшиеся очень уж расщедриваться на Алонсо…

Нечто подобное можно усмотреть в отношениях между Михаэлем Шумахером и Вилли Вебером. Менеджер, ведший Шумми со времен «Формулы-3», слепил из начинающего талантливого паренька настоящую звезду, проведя из автоспортивных низов к самым вершинам. При этом умудрился не только помочь немцу заработать целое состояние, но и озолотиться самому. Прозвище «господин 20 процентов» говорит само за себя – возможности самому нагреть руки на золотоносном контракте Вилли никогда не упускал. Заметим, что нынче Вебер ведет дела тестера «Уильямса» Нико Хюлькенберга, которому прочат в «Ф-1» большое будущее. Как думаете, какова степень отчислений менеджеру, прописанная в контракте молодого немца?

Флав преследует собственные интересы, пренебрегая приоритетами гонщика

Типично деловые и прагматичные отношения в работе с подопечными присущи Николя Тодту. Но лишь с теми, что не хватают звезд с неба. В отношении Фелипе Массы француз – само внимание и трепетность. Договор бразильца с «Феррари» сегодня считается одним из образцовых, поскольку дотошно учитывает мельчайшие нюансы и детали, облегчающие работу действующему вице-чемпиону мира. А вот в отношении Себа Бурдэ Тодт-младший не был столь щепетилен: контракт предусматривал ряд опций, позволявший провести расторжение «без шума и пыли». Собственно, именно поэтому после прошлогодних конфликтов гонщика и Франца Тоста моментально поползли слухи о скорой отставке легенды ChampCar – «красные быки» могли себе позволить недорогой «развод». В итоге терпению итальянцев пришел конец летом 2009-го, хотя, по слухам, Тодт мог попробовать отстоять подопечного до конца сезона. Однако предпочел самоустраниться от проблемы: «Не слышал информации об увольнении Бурдэ. Но если боссы «Торо Россо» готовы пойти на этот шаг, выслушаю все их предложения», – заявил менеджер за пару дней до разрыва контракта с французом.

И, разумеется, Флавио Бриаторе – великий и ужасный. Наверное, более циничного и меркантильного дядюшку Скруджа сыскать сложно. То он выставляет за дверь Джанкарло Физикеллу, когда тот отказывается от его менеджерских услуг (по сей день Физика работает с Энрико Занарини и не жалеет об этом). То вопреки логике отправляет восвояси Ярно Трулли, облегчая давление на Фернандо Алонсо со стороны напарника. То прессует налево и направо Марка Уэббера, заставляя австралийца даже сегодня содрогаться от воспоминаний сотрудничества. То объясняет причину подписания Хейкки Ковалайнена желанием вырастить «Анти-Алонсо», а спустя сезон благословляет финна на переход в «Макларен» с резюме: «он хороший парень, но никогда не станет пилотом уровня Фернандо». Наконец, поддается на уговоры Нельсона Пике-старшего, берет на работу его сына, становится личным менеджером бразильца, а спустя полтора года с проклятиями увольняет, попутно разругавшись с авторитетным папашей… Анализируя его работу, приходишь к неутешительному выводу: Флав преследует исключительно собственные интересы, пренебрегая многими приоритетами, важными гонщику. Пока пилот дает результат, его спонсоры пополняют командную казну, а высокие места в чемпионате позволяют стричь купоны, он ходит у Бриаторе в фаворе. Стоит же маркетинговой отдаче упасть либо бренду потерять в весе в случае неудачных выступлений спортсмена, как дамоклов меч отставки опускается на его шею. Возможно, мы немного сгущаем краски, но менеджерский путь Флавио в целом соответствует избранной палитре.. А может, именно таковыми и должны быть отношения начальника и подчиненного в эпоху товарно-денежных отношений?

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы