Статья из Таймс про Содерлинга.
От 25 октября, старая, короче.
Я провел полтора часа с Робином, и это неудивительно,что очень немногие могут сказать, что они по-настоящему знают сына адвоката из Тибро, мебельной столицы Швеции. "Я очень тихий, особенно если сравнивать с другими в туре", - говорит он, "Я всегда предельно сконцентрирован, иногда я чувствую, будто нахожусь в своем собственном маленьком мирке, и не вижу, что происходит вокруг меня". А что же происходит: несмотря на травму локтя, которая помешала ему выйти на полуфинал против Маркоса Багдатиса в субботу на Стокгольм Опен, репутация шведа среди знающих людей растет на глазах (речевая ошибка, знаю, я, черт возьми, дилетант и я спешу! - прим. пер.). Он уже занимает десятое место в таблице, которая будет выпущена в следующий понедельник. Топ-10. Теперь Содерлинг входит в число фаворитов.
Далее - подкат.
Шведов не было на итоговом чемпионате с 2000 года, когда туда квалифицировался Магнус Норман, вместе с Маратом Сафиным, Питом Сампрасом, Ллейтоном Хьюиттом, Алексом Корретха, Густаво Куэртеном, Евгением Кафельниковым и Андре Агасси. Норман теперь тренер Содерлинга, Корретха - советник Маррея, который будет посеян первым номером на турнире в Валенсии.
Содерлингу пришлось потратить много времени, чтобы достичь этого: ему 25 и он играет на турнирах Большого Шлема с 2002-го года. Причина, почему его восхождение напоминает скорее карабкание, а не взлет, становится ясна, емли послушать его воспоминания: "У меня было много разных проблем с травмами, так что, у меня в общем-то был только один полноценный сезон, когда я мог практиковаться безостановочно", - говорит он, - "Я закончил год на 17-м месте, и знал, что смогу достичь большего, если смогу больше играть".
Самой птяжелой из этих травм случилась в 2007-м, когда он травмировал левое запястье в матче против Сафина в Монреале в августе и не смог играть остаток сезона. Проблема Маррея? Жалобы на левое запястье. "Надеюсь у него не то же, что у меня, потому что я был вне игры полгода", - говорит Содерлинг. "Это было тяжело, и мне пришлось занимать себя разными другими вещами - тренировать подачу, заниматься в спортзале, потому что я не мог тренироват бэкхенд"
2009 год стал особенным. На всех турнирах Большого Шлема после АО, он побил свои не очень яркие рекорды, достигнув финала на РГ, стадии 1/8 на Уимблдоне и четвертьфинала на ЮС Опен (каждый раз проигрывая только своей "карьерной немезиде" - Роджеру Федереру). Конечно, это в Париже он вошел в свою новую эру, когда когда остановил шествие Рафаэля Надаля к рекорду в четвертом круге, и выбил Николая Давыденко и Фернандо гонсалеса в следующих двух кругах, а потом проснулся слишком поздно, чтобы потревожить Федерера на его марше к истории в финале.(ыыыы, хорошо сказал, "проснулся слишком поздно"! - прим. пер.)
Что сделало эту победу еще более особенной, так это то, что на предшествующем Парижу Мастерсе в Риме, он проиграл испанцу со счетом 6-1, 6-0. Но сказать, что счет точно отражает игру сложно. Содерлинг иногда играл просто прекрасно, но Надаль защищался сверхисключительно.
Как же это удалось изменить? "Я знал, что границы в Рибе были очень тонкими, и если я смогу стопроцентно сконцентрироваться, я смогу победить" - говорит он, " Победить его было большим достижением, но я все еще играл на турнире, и у не мог праздновать. Я не хотел победить его - и уступить в следующем матче. Если бы это было в финале - тогда бы я возможно побольше порадовался"
Потом он достиг финала, в котором сыграл с Федерером. Их личный счет был 9-0 в пользу швейцарца на тот момент (теперь он 12-0). "Даже если он побьет меня 100 раз подряд, я все равно буду считать, что у меня есть шанс" - говорит содерлинг "Он всегда находит способ играть против меня верно, играет быстрои аггресивно, и я не могу войти в ритм.. В финале я вообще играл плохо. Я нервничал, потому что сбылась моя мечта - сыграть в финале Большого Шлема. Я плохо начал, потом смог вернуться в игру, но сыграл посредственно на тай-брейке. Он заслужил это, это был особенный день".
Сейчас Содерлинг работает над улучшением движения и физической устойчивости. Если позволит локоть, он сыграет еще на двух турнирах в закрытых помещениях, чтобы постараться пробиться в Лондон (локоть не позволил - прим. пер.).
Но не ждите его на газетных обложках. "Слава меня не интересует. Я всегда хотел играть в теннис, вот и все. И я стараюсь играть лучше. Я хочу побеждать. Я уже был в одном финале (БШ - прим. автора, не мое!) и я все еще жив. Я могу сделать это снова".
Короче, Робин. Не болей! А то развелось вас, хаасообразных, на мою голову.