«Хочется, чтобы жертвы домашнего насилия перестали быть невидимыми». Номер-манифест Туктамышевой

Несколько лет назад тренер Алексей Мишин назвал Елизавету Туктамышеву Статуей Свободы нашего фигурного катания. Он говорил о пути к сложным прыжкам.

Но Лиза давно доказала, что оправдывает это прозвище не только спортивными достижениями. Она научилась говорить о важном.

На шоу-турнире «Русский вызов» предпочла лирике или веселью серьезный разговор.

«У нас до сих пор не принят закон о домашнем насилии, и меня это очень беспокоит»

Туктамышева вышла на лед в сером бесформенном лонгсливе, с растрепанным хвостом на голове и с заклеенным скотчем ртом. В глазах – страх.

Затем героиня постановки закрывает лицо руками.

Падает и пытается сбежать от невидимого обидчика.

Но происходит перелом – она сдирает скотч, потом распускает волосы.

А в конце освобождается от оков, метафорой которых служит серая кофта: обретает себя и делает глубокий вдох свободы.

На фоне играет песня Berghain испанской певицы Розалии. Трек записан в сотрудничестве с легендой инди-музыки Бьорк, которая не раз высказывалась против сексизма и за свободу самовыражения женщин.

Номер Туктамышевой об этом, но не только. В эфире Алексей Ягудин отметил, что постановка о токсичных отношениях, и миролюбиво пожелал всем личного счастья. Чуть позже сама Лиза объяснила, что она вкладывала куда более сложные и важные смыслы:

«Когда я услышала новый альбом Rosalia, особенно трек Berghain, сразу решила, что обязательно поставлю номер под эту музыку. Очень сильный вокал, песня невероятно проникновенная.

А когда вслушалась в слова песни – придумала и идею номера: я решила рассказать о проблеме домашнего насилия. В песне поется про любовь через боль (вслушайтесь в одну из фраз, в оригинале там довольно жестко: I’ll f**k you till you love me). И эти слова засели у меня в голове.

Я пришла к Илье Авербуху с предложением сделать социальный номер – на тему, о которой обычно не говорят.

В эфире номер объявили как номер про токсичные отношения, но проблема домашнего насилия гораздо более серьезная. Не все понимают разницу, но она есть – и она огромная.

У нас до сих пор не принят закон о домашнем насилии, и меня это очень беспокоит... Поверьте, от этого страдают гораздо больше женщин, чем нам кажется. Это глобальная проблема, во всем мире женщины боятся говорить об этом – потому что понимают, насколько это бесполезно. Этой проблемы будто не существует, на нее все закрывают глаза – и мне кажется это очень несправедливым.

Хочется, чтобы жертвы домашнего насилия перестали быть невидимыми. Они имеют право быть услышанными – и имеют право на защиту.

Конечно, я понимала, что эта тема не совсем в стилистике шоу-турнира. Но эта проблема кажется мне действительно очень серьезной, поэтому я решила, что это мой шанс привлечь к ней внимание.

Мне было важно об этом сказать – тем способом, которым я умею. О сложных темах надо говорить – это самое малое, что мы можем сделать, чтобы помочь».

На шоу-турнире «Русский вызов» обещали праздник, а фигуристы выдали драму

Тема, которую затронула Туктамышева, действительно остро стоит уже много лет. В России нет закона о противодействии домашнему насилию, а попытки продвинуть соответствующий законопроект породили дискуссию в обществе, но так и не привели к его принятию.

Более того, в 2017-м году в стране декриминализировали побои в отношении «близких лиц». Домашние побои, зафиксированные впервые, перешли из статуса уголовных преступлений в административное правонарушение. С психологическим, экономическим или сексуализированным насилием в семье дела обстоят еще более запутанно.

Жертвами рукоприкладства в семье в 75% случаев становятся женщины, а когда речь идет о супружеском насилии, их доля достигает 91%. И это лишь один пример из очень печальной статистики.

Туктамышева против запрета абортов и жестких методов тренировок

Манифест Туктамышевой – нетипичная для фигурки, но очень актуальная история. К слову, Елизавета часто говорит о том, чего другие предпочитают не замечать. И это так не похоже на спорт, в котором зачастую всего два полюса – молчание и токсичность.

Вот темы, которые Лиза поднимала в последнее время:

● Сталкинг и отсутствие рычагов, регулирующих преследования: «Меня уже на протяжении больше полугода сталкерит один молодой человек. И не дает мне нормально жить. Он нашел мой адрес, мою квартиру, знает, где я работаю. Это все равно очень страшно, когда ты сидишь одна в квартире, и тебе поступает звонок от настойчивого мужчины, который очень желает с тобой встретиться.

Каждую неделю приходит, оставляет цветочки до сих пор. Я ничего с этим сделать не могу. У меня были знакомые, я просто советовалась: это (обращение в органы) поможет или нет? И мне сказали: пока нет угрозы, а просто цветочки, то они даже рассматривать дело не будут».

«Он нашел мою квартиру». Туктамышеву преследует сталкер, а защиты нет

● Давление, которое испытывают женщины со стороны общества, призывающего их рожать: «Я читаю новости, и это меня триггерит. По-другому не назвать эту реакцию на то, что другие люди советуют, как мне жить, что мне делать, в каком возрасте мне заводить детей.

Просто предпочитаю не реагировать уже на это. Потому что исправить ситуацию я никак не могу. Я понимаю, почему сейчас такая ветка идет по отношению к девушкам. Поэтому я просто живу своей жизнью. Понимаю: лучше, если я не буду читать, тогда и нервы будут спокойнее».

● Запрет абортов: «Я не понимаю, с чего они решили, что запрет абортов напрямую связан с улучшением деторождаемости. Я сейчас читала книгу, называется «Секс Советского Союза». Там как раз говорилось о том, как в Советском Союзе пытались улучшить рождаемость и запретили аборты, как мы знаем, по всей стране. И лучше-то от этого не стала деторождаемость.

Наоборот, стало больше смертей женщин. Потому что они подпольно начали делать аборты, и от этого, из-за заражения, начали не только не рождаться младенцы, но еще и умирать женщины. И это ни к чему не привело. И я не понимаю, почему до сих пор эта практика сохраняется».

● Давление в спорте: «Я выросла в системе, где результаты достигаются, скажем так, под давлением. И мне долго казалось, что иначе нельзя, что так правильно.

А потом я стала смотреть на других людей, обсуждать свои сомнения, в том числе с психологом. И через внутреннюю работу, через чужой положительный опыт поняла, что можно и иначе.

Сейчас я сама работаю с детьми и вижу, что помимо опыта кнута и пряника, есть и только метод пряника. Когда дети тебя слушают, потому что уважают или хотят тебя порадовать. Им интересно, им нравится заниматься, но они работают не из страха, что произойдет в случае ошибки».

● Отношение к внешнему виду и питанию: «Чем ты взрослее, чем больше ты становишься, женственнее, у тебя больше мыслей в голове, у тебя формируется тело... И вот это самый адовый период вообще в спорте.

У меня, по крайней мере, было, что ты живешь и ты себе не нравишься просто потому, что твоя ценность как спортсмена в том, чтобы быть худой. Когда ты худая, тебе внушают, что у тебя получаются прыжки – «значит, ты выигрываешь соревнования, значит, ты ценен». Эту цепочку надо убирать. Потому что ты ценен сам по себе. Неважно, сколько ты весишь».

Кажется, Туктамышева и правда становится Статуей Свободы нашего спорта.

Интервью Туктамышевой о новой жизни: тренерство, работа в медиа, шоу

_{В тексте использованы цитаты из интервью на ютуб-каналах Вити Кравченко и Яны Чуриковой.}

Фото: РИА Новости/Алексей Даничев