Бесчастных – гордость и любовь к сборной России

Лучший бомбардир до Дзюбы и Кержакова.

У Владимира Бесчастных много культовых голов за сборную России: пушка Чехии в девятку на Евро-1996, удивительный гол Югославии в падении головой и хет-трик Швейцарии в отборе ЧМ-2002.

Бесчастных не играл за сборную с 2003-го, но до 2014-го оставался ее лучшим бомбардиром – с 26 голами. С тех пор Дзюба (31) и Кержаков (30) не сильно от него оторвались. 

Сейчас Бесчастных тренирует нападающих в «Родине», а мы попросили его рассказать про любимые моменты игры за сборную России.

Приглашаем в очень приятное путешествие во времени.

Бесчастных в сборной наслаждался общением на русском. В Германии и Испании не мог нормально болтать, языки не давались

Я дебютировал за сборную в 18 лет, а первый гол забил в 20 – в выездном товарищеском матче с Австрией. Отнесся спокойно: это должно было когда-то произойти. К тому моменту уже три раза выиграл чемпионат России, по разу – Кубок России и Кубок СССР. Даже успел перейти в «Вердер».

Мои одноклубником был Андреас Херцог, футболист сборной Австрии. Мы с ним после тура в Бундеслиге вместе летели чартером на матч, вместе сыграли на одном стадионе, вместе улетели обратно в Бремен. Он был восхищен игрой сборной России: мы не только выиграли 3:0, но и показали фантастический футбол. Как сейчас помню его удивление: «Владимир, когда вы берете мяч, отобрать его невозможно».

Для меня приезд в сборную из-за границы был очень важен. Мне не даются иностранные языки, а я любитель поболтать. В Германии и Испании не хватало общения, так что приезд в сборную всегда был радостью.

В Германии предоставили учителя, но это напоминало школу, откуда хочется сбежать. Преподавали с английского на немецкий, русский эта женщина не знала. Я злился – ничего же не понимал. Какие-то слова еще откладывались, но грамматика и падежи – без шансов. Убегал с тренировки через запасной выход, чтобы она меня не перехватила.

Почти все уроки пропускал, ничему не научился. Знал ругательства вроде «Scheiße» («шайзе», переводится как дерьмо или говно – Спортс’’), а партнеры выучили еще больше мата на русском.

В «Расинге» с испанским языком толком и попыток не было. Дали какого-то деда – он с нами везде ходил и ездил. Меня спасло, что я тогда уже женился, а жена быстро выучила испанский и стала моим переводчиком. Пытался что-то сказать, но постоянно все сводилось к обращению к жене: «Свет, переведи». Иногда она сама не выдерживала: «Помолчи лучше. Ты такое несешь, что не разобрать ничего. Я сама все объясню».

На матчи сборной летали бизнесом. Стюардессы удивлялись: «Зачем они сюда сели, если не пьют?»

В сборную ездил с удовольствием не только поболтать, но и поиграть – и на товарищеские матчи, и на официальные. Кстати, за товарищеские не платили. Мы рисковали здоровьем, но всегда играли за сборную бесплатно.

Помню удивительный случай. Прилетаем на очередную товарищескую игру, переодеваемся. Валера Карпин снимает кроссовки, а там после тура в Испании огромный опухший голеностоп. Врач говорит: «Валер, может, пропустишь?» А тот отвечает: «А я для чего приехал?» В итоге с этим опухшим голеностопом отыграл весь матч.

Нам оплачивали перелеты бизнес-классом. Помню, из Мадрида в Москву летели, стюардесса шампанское предлагает, а мы отказываемся. Она идет к коллеге: «Зачем они вообще в бизнес сели, если не пьют?»

Самое неблагодарное – играть со сборными карликовых государств. Сан-Марино, Фареры, Люксембург. Все считают, что мы на одной ноге их обыграем, а приезжаешь – маленький стадион, маленькое поле, соперник всей командой на своей половине. Очень мало пространства для комбинаций, тяжело атаковать.

Бывало, выиграем, а нас потом ругают: «Еле победили почтальонов! Сколько можно!» Хотя там не почтальоны, а профессиональные футболисты. Даже Отто Рехагель (тренировал Бесчастных в «Вердере» – Спортс’’) говорил на установках: «Ребята, сегодня играем неблагодарную игру». Если выиграли, воспринимается как должное. Если столкнулись с трудностями, сразу вы плохие.

Сумасшедший гол Чехии на Евро-1996. Как Бесчастных решился на такой удар?

Я хотел играть в основном составе сборной на Евро-1996, но не проходил в старт.

Перед отъездом играли товарищеский матч с Польшей. Вышел на замену и забил – был очень счастлив. На трибуне был папа, который с детства не пропускал ни одной моей игры. Едем с ним в машине домой, и я говорю: «Пап, может быть, этим голом и выбью себе место в составе».

Начинается турнир. В первом матче не играю (проиграли Италии – 1:2), во втором – тоже (разгром от Германии – 0:3). Перед третьим матчем меня вызывает Олег Иванович Романцев. Я так понял, к нему подошли Валера Карпин и Витька Онопко, сказали: «Ну поставьте Бесчастных». Романцев меня спрашивает: «Готов?» Отвечаю, что, конечно, готов. 

Иду на установку, встречает покойный Борис Петрович Игнатьев: «Вов, ты только не обижайся, но ты не в составе». Романцев называет состав, а меня в нем действительно нет. Помню злой взгляд Карпина в тот момент. Подошел ко мне: «Ты чего, зассал, что ли?» – «Валер, ты травишь? Меня не поставили просто» – «Да как?» – «А вот так».

Сашка Мостовой тоже остался в запасе. Первый тайм – 0:2. Перерыв, выпускают и Мостового, и меня. Мы с ним по мячу забили, после моего гола счет стал 3:2 в нашу пользу.

Матч для сборной России ничего не решал, но если бы мы обыграли Чехию, то в плей-офф вышла бы Италия. А я в Бремене любил ходить в итальянский ресторан. Перед игрой звонит итальянец оттуда и говорит: «Обыграете Чехию, с меня ужин и все что угодно».  

К сожалению, не выиграли (3:3), но тот итальянец был впечатлен моими стараниями. Когда я пришел, он сразу сказал: «Владимир, сегодня все за мой счет».

Гол чехам получился не совсем типичным для меня, в нем большая заслуга Юрки Никифорова: прошел, отдал мне передачу и сказал: «Бей». Я услышал его, пробил и попал. Очень обрадовался – этим голом доказал, что надо было в меня верить.

Бесчастных считает, что Карпина можно либо любить, либо ненавидеть

Вы точно помните матч с Францией, где мы реально подрались. Карпин ни с того ни с сего сказал Зидану: «Слышь, ты, футболист еще нашелся…» Ну, Валера такой. Его можно либо любить, либо ненавидеть. Я из тех, кто любит.

В общем, повздорили, а там был такой маленький поганец – Биксант Лизаразю. Во многом из-за него завязалась драка. В раздевалку приходим, Валера спрашивает: «А вы где были?» Мы отвечаем: «Валер, Эйфелеву башню смотрели».

Самый яркий период в сборной – отборочный турнир к ЧМ-2002. Причем в «Расинге» было не лучшее время. Я пообещал Романцеву вернуться в «Спартак», а испанцам объявил, что контракт продлевать не буду. Они в ответ убрали меня из заявки – даже тренироваться не давали. К счастью, были хорошие отношения с тренером второй команды, он позволял мне заниматься. Плюс бегал в парке, поддерживал форму.

Романцева же в то время критиковали, что он тащит в сборную «своего Бесчастных». У нас даже был созвон. Говорю: «Олег Иваныч, может, меня не стоит вызывать, раз вообще не играю?» Он отвечает: «Я тебя не спрашиваю, вызывать или нет. Ты едешь в сборную – чтобы был в форме».

Приезжаю, игра с Югославией. Олег Иванович в стартовый состав не поставил. Заходит Саша Мостовой в раздевалку: «А Бесчастных можно выпустить? Нам нужен нападающий, который понимает спартаковский футбол».

В итоге меня выпускают, а я забиваю тот самый гол в падении головой. Нереальные ощущения: убрали из команды, не давали тренироваться и критиковали, а я выхожу и приношу сборной важную победу. Вернулся в Сантандер на белом коне. Самое интересное, что «Расинг» тогда стоял на вылет и испытывал проблемы с нападающими. Вместо меня взяли южноамериканца, но он ничего не показал.

В том отборочном цикле в двух матчах забивал Швейцарии. И снова история про Карпина. Первый матч на выезде, счет 0:0. Идет атака, я должен был дать Валере в ножку, чтобы он вышел на ударную позицию. Лил дождь, было мокро, мяч скользнул по луже – Карпину пришлось бежать во фланг. И пока он бежал, рассказал про меня все: какой я деревянный, что ничего не умею и кто меня вообще выпустил.

С того фланга он навесил, а я забил головой. Бегу к нему: «Ну что теперь скажешь?» Валера отвечает: «Радуйся, что голову твою нашел». Я посмеялся: «Ты в штрафную давай подавай, а я там разберусь».

Хет-трик в Москве – звездный час. Забить три мяча и вывести команду на чемпионат мира – незабываемо. Мы очень волновались перед той игрой. В своих силах не сомневались, но после того, как в Словении нас убил судья, допускали что угодно.

Часто спрашивают про третий гол, где защитник меня почти завалил на землю. Я тогда этого не понимал, но сейчас уверен, что умение играть головой – врожденное качество. Чувство траектории особо не натренировать. Сужу по ребятам, с которыми поработал после карьеры.

Так вот я обладаю этим чувством траектории. И видел, что передача летит четко в голову. Да, меня заваливали и тянули вниз изо всех сил, но было понятно: надо просто продержаться и забить. Я продержался и забил.

Бесчастных разбирает эпизод, когда не забил Японии на ЧМ-2002

Я обыграл вратаря и хотел бить в пустые, но увидел, что защитник в подкате перекрывает нижнюю часть ворот. Пришлось менять решение и бить верхом. На все было мгновение.

Если пересмотреть повтор, можно увидеть, что там острый гол и что совсем чуть-чуть не попал. Хотя писали, что я чуть ли не из ворот мяч вынес, что Бесчастных во всем виноват и что из-за меня не вышли из группы.

Окей, даже если бы забил тогда, неизвестно, что бы сделал судья дальше. Вы же помните, как в той игре судили и какой был беспредел. Даже если бы закончилось 1:1, все решалось бы в третьем матче с Бельгией, где нельзя было проигрывать.

Кстати, Бельгии-то я как раз забил. Плюс еще был момент, когда пробил головой, но пролетело мимо девятки. Обычно такие попадал, а тут не вышло. Победа над Бельгией нас выводила дальше – вне зависимости от игры с Японией.

В том матче мы играли с Димкой Сычевым. Я его сильно люблю, уважаю, ценю карьеру, но скажу честно: на поле мне с ним было неудобно. Он сильный нападающий, который должен играть впереди один. Плюс он же молодой был, здоровья и сил полно. Я вижу зону, только собираюсь туда, а он уже туда прибежал. В общем, только мешали друг другу.

А идеальный нападающий для игры в двух форвардов – Робсон. Это просто лучший партнер в карьере! Робсон всегда знал, что делать, куда бежать, как открыться, чтобы не мешать второму нападающему. Это тоже надо уметь.

Для Бесчастных был важен статус лучшего бомбардира сборной?

Сейчас на восприятие сборной влияет политическая ситуация. Раньше было так: если тебя вызывают, ты жизнь прожил не зря. Находишься в списке лучших футболистов страны.

Есть ли большая мотивация?

Я мальчишкой смотрел футбол и мечтал попасть в сборную. И когда впервые надел майку, меня даже настраивать не надо было. И никого не надо было.

Для меня статус лучшего бомбардира сборной России был просто фактом из биографии. Я же не 50 голов забил, а всего 26. Прекрасно понимал, что этот результат можно перебить. Вот когда Овечкин перебил Гретцки – это событие. А здесь ничего особенного. 

Когда Сашка Кержаков забил двадцатый гол, обо мне начали вспоминать. Постоянно звонили и спрашивали: «Как ты себя чувствуешь, не беспокоит, что Кержаков догоняет?»

А у меня вообще мысли не об этом. Я сидел, работу не мог найти, все отказывали. Даже те, с кем играл. У меня двое детей, жена беременная. А все с этими голами Кержакова носятся. Спасибо Валерке Карпину, который помог устроиться в молодежку «Спартака».

Даже обрадовался, когда Кержаков наконец обогнал – все эти звонки сразу закончились.

Как это развивается между Дзюбой и Кержаковым сейчас, меня совсем не волнует.

Спасибо, что меня хотя бы не дергают.

Телеграм автора интервью – там еще душевнее

Кто испанец в «Марселе»? А кто из Бразилии – в «Сочи»? Угадывайте игроков прибрежных городов в ежедневной игре Три на три

Фото: Gettyimages.ru/Martin Rose/Bongarts, Laurence Griffiths, Alex Livesey; vk.com/fc_rodina; East News/AP PHOTO / Darko Vojinovic, JACQUES DEMARTHON / AFP, AP Photo/Koji Sasahara, AP Photo/Itsuo Inouye