Сын легенды «Ливерпуля» сообщил, что у отца деменция. Его слова опровергла жена форварда и сам игрок 🤔

Кэмерон Тошак, старший сын бывшего форварда «Ливерпуля» Джона Тошака, в интервью Daily Mail, сообщил, что его 77-летнему отцу диагностировали деменцию.

«Это ужасная болезнь. Это проявляется в кратковременной памяти – я разговариваю с ним почти каждый день, и, если мы общаемся после обеда, он может и не помнить, что мы разговаривали и утром.

Но если я спрашиваю его о временах в «Ливерпуле», или в «Реал Сосьедад», или в «Реал Мадрид», то детали поражают. На днях он рассказывал мне о матче «Реала» против «Милана» Арриго Сакки и о том, как именно он перестроил свою полузащиту, чтобы справиться с Марко ван Бастеном. Матч как будто бы прошел вчера, настолько ясна была его память.

Я говорю с ним о том, что мы делаем в Таиланде, и он по-прежнему дает отличные советы. Как тренер, он всегда мог видеть на два-три шага вперед, и это всегда было у меня в генах».

Маи Ангуло, жена Тошака, с которой он прожил 33 года, потрясена заявлениями Кэмерона. В интервью испанскому изданию El Diario Vasco она сказала: «Кэмерон знает о том, о чем говорит, лишь из редких телефонных разговоров со своим отцом. Он не видел его уже два года. Поэтому меня действительно удивило, что он так сказал».

Джон Тошак также высказался по этому поводу во время интервью испанскому изданию El Mundo: «Деменция? Пока нет. Я забыл все голы, которые пропустил, но прекрасно помню те, которые забил», – пошутил он.

Бывший игрок «Ливерпуля» тяжело перенес коронавирус, который, по словам его жены, оставил у него «серьезные последствия, как физические, так и психические».

«Мы не можем забыть, что пережили ужасные моменты, когда Джон лежал под седативными препаратами в отделении интенсивной терапии, и мы не знали, как пойдет его лечение. Он всегда говорит, что более десяти дней находился вне этого мира и что, когда, слава богу, он пришел в себя, ничего не понимал. Он не знал, что с ним происходит и где он находится. Это было нелегко. Я провела много дней в тревоге, потому что, кроме самых близких друзей Джона, никто не проявлял интереса, даже его семья».