Греция. Александр Ефремиди: «Наш «Аэропос» подписал Павла Булкина. Теперь ищем линейного из России!»
Этот пост написан пользователем Sports.ru, начать писать может каждый болельщик (сделать это можно здесь).
Что вы знаете про греческий гандбол? Чуть больше, чем ничего? А ведь это легко исправить — учитывая, что в Греции живёт Александр Ефремиди. Чемпион мира по общению.
Уникальнейший человек Саша, работающий сейчас в "Аэропосе" из Эдесы (хотя работающий — не совсем верное слово; скорее — живущий своим делом). По-моему, он со всем гандбольным миром дружит. Ну или почти со всем. Люди, бывает, могут между собой даже не здороваться, а с ним, глядишь, оба в прекрасных отношениях.
Впрочем, иначе и невозможно. Такой позитив Ефримиди распространяет вокруг себя. Даже если наберёшь по телефону на пять-десять минут — разговор минимум на час затянется. И даже если не знаком был — быстро перейдёшь на "ты".
…Мы-то с ним, впрочем, виделись, как моментально выяснилось. В Греции, как ни странно. В Афинах. В 2004-м на Олимпийских играх. ("Мальчика помнишь, который возле скамейки нашей всегда стоял? Так вот это я был").
Ну а как такое забыть? И мальчика помню, который на самом-то деле тогда уже добрых три десятка лет на свете прожил, и последние, по сути, матчи великой той команды, которая четырьмя годами ранее в Сиднее золото взяла, а там уже — бронзу.
— Я таким счастливым, как в 2004-м, когда мне в качестве сопровождающего сборной России дали возможность помочь команде, наверное, давно не был, — вспоминает он. — Выполнял самую разную работу — как и бывает на Играх, представляешь же: объяснить ребятам что-то из местной специфики, разобраться с расписанием — благо двуязычие позволяет, да много чего ещё… Помню, Владимир Салманыч (Максимов) недоволен был тем, что нам слишком холодную воду дали. Игроки же могли простудиться. Пришлось придумывать, как принести потеплее: на олимпийских объектах всё непросто, напрямую нельзя пройти, хотя вообще-то рядышком было, а в обход — огромнейшее расстояние получалось, а матч вот-вот начнётся! Но решил всё… Как? Мой секрет (смеётся).
— На олимпийских объектах такие ситуации сплошь и рядом, плавали — знаем… Так что готов засвидетельствовать: твой вклад в ту медаль есть!
— О, да, как же я закричал в тот момент, когда матч за третье место с венграми закончился! Ребята очень удивлены были: ты, говорят, больше нас радуешься. Но так и было. Ещё, конечно, сказалось, что весь турнир эмоций не показывал же, работал, поэтому, возможно, так и поразил их. Получилось, что терпел-терпел, а потом – ох, и прорвалось наружу это счастье, которое меня переполняло…
Олимпийский траверс. Алексей Растворцев: "Не думали, что та медаль в Афинах-2004 станет последней"
— Вообще ты, я так понимаю, просто "человек гандбола": был и игроком, и судьёй, и простым, безо всякой иронии, болельщиком, теперь стал тренером в "Аэропосе"… Расскажи, как всё начиналось?
— Начиналось в Подлипках-Дачных, где я родился. Но с гандболом в семье никто связан вроде бы не был. Дедушка — преподаватель ВВА имени Гагарина. Папа в МГУ учился — физик, работал потом в Сухуми в секретном институте. Занимался акустикой и гидроакустикой. Ну а мама — наоборот: в 17 лет решила из Сухуми поехать в Москву поступать — в МАИ, один из самых престижных тогда институтов. И вот тут уже гандбольная история пошла, получается (улыбается).
Догадываешься уже, видимо, что вся мамина компания там играла: ну может, не все в высшей лиге за ту знаменитую команду, что выигрывала даже Кубок европейских чемпионов, кто-то — просто на любительском уровне... Но гандбол был в МАИ почти религией. Видно, это судьба!
Потом родители переехали, как я уже сказал, в Сухуми. И как-то в нашей школе учитель физкультуры появился с предложением поиграть в гандбол. Попросили выйти против 1973 года, хотя я сам — 74-го. Помню, 1:15 проиграли, но забросил единственный мяч я. Что уже настроило на позитивный лад. И ещё оказалось, что я — особо ценный для гандбола, потому что левша. А это ведь — полкоманды. Да и вообще, помню ощущения: только в зал зашёл — понял, что не уйду отсюда.
Я же на площадке превращаюсь в другого человека. Такая трансформация внутренняя происходит: те, кто видит меня в игре впервые, не могут обычно поверить, что это я. Просто кто-то иной там! Такой мягкий и спокойный, превращаюсь в жёсткого бойца. Многому игра научила вообще-то, думать — в первую очередь: на поле меняются обстоятельства, в жизни — тоже; бывает, что много путей решения той или иной ситуации, надо выбрать оптимальное... Но в этой философии мы далеко сейчас можем уйти (улыбается).
— Согласен. Хотя какой грек — не философ? А скажи, уехав на родину предков, насколько быстро ты вернулся к любимой игре? Я так понимаю, что в Греции гандбол — не спорт номер один…
— К сожалению, да. Не говорю уж про футбол — но и баскетболу, и волейболу, и даже водному поло гандбол по популярности тут уступает. Хотя положение это постепенно меняется, мы тоже стараемся в меру сил.
Конечно, поначалу было не до гандбола. Выпадал из него два раза.
Первый — из-за серьёзной травмы. Попал в аварию на мотоцикле, получил открытый множественный перелом лодыжки. Можно сказать, что благодаря гандболу жив остался. Физическая подготовка плюс реакция: спрыгнуть успел, упал на пятую точку… Кто видел аварию — не верили, что выжил.
Но я ещё и в гандбол вернулся, поиграл в высшей лиге Греции. Мечта сбылась! Даже опекал самого великого Вячеслава Атавина, представляешь? Он — под два метра, я — 1,77…
И второй раз — после переезда сюда уже на ПМЖ. Ведь любая эмиграция нелегко проходит, редко у кого всё сразу налаживается. Обычно это — банальное выживание. Да, сейчас я замдиректора крупного магазина, но пришлось через всякое пройти.
И вот в 2000-м попал на трансляцию Олимпийских игр. И заново влюбился. Какая команда у нас была в Сиднее, какой финал со шведами, всю эту игру могу описать по минутам — до сих пор иногда пересматриваю и восхищаюсь!
Олимпийский траверс. Сидней-2000. Лев Воронин: "Подойди к нам кто посторонний, он сгорел бы дотла"
Кстати, большинство записей матчей той поры в интернете — это же моих рук дело. Брал с греческим комментарием, оцифровывал сам. И супруга помогала. Между прочим, слышал, что иногда мою Валентину зовут "главной женщиной русского гандбола", а вкус её стряпни, в частности, пирогов многие помнят — мы же всегда тепло принимаем друзей.
Да, порой это просто попытка как-то ответить на проявленное гостеприимство. Например, как Эдуард Александрович Кокшаров встречал нас в Скопье, когда работал с "Вардаром" — словами не передать. До сих пор, можно сказать, под впечатлением, до сих пор его должник... И благодарен Господу, что предоставил возможность хотя бы частично оплатить тот долг, приняв в своём доме этого прекрасного человека и очень сильного тренера, который только на моих глазах не раз гениальными ходами решал исход того или иного матча.
Очень хочется поблагодарить за хлеб-соль и Михаила Алексеевича Чипурина, и Константина Валерьевича Игропуло, тоже принимали у себя исключительно… Хотя они, конечно, всегда для меня были Миша и Костян, но неудобно их так в интервью называть, всё же — серьёзные и важные люди сейчас (смеётся). Но какие бы ни были у них должности и титулы, оба остаются замечательными людьми и настоящими товарищами.
— Ну, знаешь, у тебя столько друзей в гандболе, что даже не будем пытаться тут всех перечислить. Это нереально, обязательно же кого-то забудем, а человек — обидится… Да и коллекции игровой формы твоей, уверен, многие позавидуют!
— А началось всё с футболки, подаренной ещё одним великим гандболистом — Александром Аркадьевичем Тучкиным. Это главный экспонат коллекции, которая с тех пор значительно расширилась (улыбается). И действительно, как я сам уверен, она одна из самых больших в мире. При этом у меня есть одно условие: форма должна быть непременно подарена лично знакомым человеком, а не от "друзей друзей". Это касается не только наших гандболистов, но и зарубежных звёзд: Ричардсона-старшего, Кречмара…
И ещё одно условие: никогда ни у кого не просил, всё дарят сами (смеётся). Аккурат по Булгакову!
Александр Тучкин. Как прийти в гандбол с завода в 17 лет и стать легендой, выиграв всё
— Ты сейчас работаешь в штабе "Аэропоса" из древнего города Эдеса, которому, к слову, почти три тысячи лет. В минувшем сезоне у вас была самая, наверное, большая постсоветская колония в европейском гандболе…
— Да, похоже на то. И россияне, и украинцы, и белорус… В конце чемпионата, правда, многие уехали. Кривич и Токарев — в ЦСКА. Ермашевич с Бочкарёвым — в Таганрог. Но Даня (Бочкарёв — БЦ) только в аренду отлучился, когда у нас сезон закончился: он скоро вернётся. И вот ещё подписали Пашу Булкина из "Акбузата".
Никита Ермашевич: "Продолжай заниматься спортом без операции, мог оказаться в инвалидной коляске"
— Стоп, он же в Испании играл!
— Недолго, около полугода. Уже у нас. Об этом, между прочим, в России никто ещё не писал, так что у БЦ — эксклюзив (улыбается). Отличное приобретение. Паша и в качестве защитника центрального нам нужен — он ведь высокий, и в атаке: мало кто бросает с такой силой. Ещё линейного очень надеюсь именно из России подписать.
Мы стараемся в первую очередь приглашать вообще легионеров из бывшего СССР, а не югославов, допустим: моё присутствие сказывается. Остаётся в "Аэропосе" и украинский вратарь Дмитрий Веремчук.
— А за счёт чего такие возможности появляются? И вообще — многим наверняка будет интересно: насколько много платят в греческом чемпионате?
— Конкретных сумм вам, разумеется, не озвучу, но в целом в Греции зарплаты, наверное, чуть ниже, чем в условном ставропольском "Викторе". Но в основном только легионеры являются профессионалами, местные же гандболисты, как правило, ещё где-то работают, если только не учатся.
Особняком, правда, стоят "Олимпиакос", АЕК и, думаю, ПАОК. Они являются, скажем так, подразделением футбольных клубов — так же, как "Барселона" или "Бенфика"… Конечно, финансово они чувствуют себя получше. В остальных клубах выживают как могут: у кого-то владельцы из своего кармана подкидывают кое-что, где-то, допустим, договариваются с фитнес-центром, размещают его рекламу, а за это бесплатно тренируются, или с магазином, а тот одевает команду… И так далее.
Вот у нас, например, в клубе спонсор — одна из ведущих в стране фирм, занимающихся трудоустройством. Соответственно, она и помогает с поиском интересных вакансий. Владелец этой фирмы родился здесь, он настоящий патриот Эдесы. Несмотря на то, что у него главный офис давно в Афинах — огромный такой на центральной улице, никуда из нашего города не уезжает.
Что же касается меня лично, то никогда не пытался заработать на гандболе. Всё только для души!
…А в этом и сомнений не было.
Алексей Лебедев
Фото: личный архив Александра Ефремиди
Самые свежие гандбольные новости со всего мира всегда доступны на сайте "Быстрого центра": handballfast.com