Вячеслав Горпишин. Герр Слава, Слон, Скрепочка. Он же двукратный олимпийский
Этот пост написан пользователем Sports.ru, начать писать может каждый болельщик (сделать это можно здесь).
Для молодого поколения он прежде всего отец линейного "Вардара" Сергея Горпишина. Но для тех, кто постарше, — глыба обороны великой сборной России девяностых и нулевых.
— Мой звонок застал вас дома в Германии. Вы сообщили, что только что пришли с работы. А как же карантинные меры в немецкой глубинке?
— Я работаю в компании, которая производит печатные клише для самой разнообразной продукции, в том числе для упаковки еды на вынос. А так как сейчас услуги доставщиков более чем востребованы, то и у моей компании работы невпроворот. Сегодня еще все более или менее устаканилось, а примерно месяц назад ежедневно переживали настоящий аврал.
— Вас сейчас что-то связывает с гандболом? С тех пор, как из Германии уехал ваш партнер по тренерскому штабу в "Шпринге" Олег Кулешов, о вас ни слуху, ни духу.
— Я по-прежнему ассистент главного тренера все в том же "Шпринге". Клуб принадлежит одноименному городу, который находится поблизости от Хильдесхайма, где живет моя семья.
С тех пор как Олег уехал работать в Россию, изменилось очень многое. Сначала "Шпринге" вылетел из второй бундеслиги в третью, а потом проявились серьезные финансовые проблемы. По немецким правилам клуб-банкрот автоматически понижается в классе на три дивизиона.
И вот уже "Шпринге" — команда шестой лиги. Сезон у нас, как и повсеместно в минорных лигах, закончен. Мы шли лидерами за четыре тура до конца, и нас объявили победителями. Следовательно, следующий сезон начнем уже в пятой лиге. Как я шутил с ребятами из команды, коронавирус нам помог.
— Как вышло, что вы с Кулешовым, два знаменитых в прошлом гандболиста, составили тренерский дуэт?
— Это было, скорее, стечением обстоятельств. Олег всегда был профессором по построению нападения, а я помогал по части действий в защите. Мы работали со "Шпринге" еще до того, как Олег стал тренером национальной сборной России в 2012 году. Клуб долго торчал в третьей лиге, а потом мы поднялись во вторую бундеслигу.
После того, как Кулешов в 2015 году сборную покинул, он взял паузу, а потом снова присоединился к "Шпринге". Месяца три-четыре в начале сезона-2015/16 я вынужденно исполнял обязанности главного тренера. Команда шла в самом низу таблицы второй бундеслиги, и тогда приехал Олег.
Как раз после Нового года начинался второй круг. Мы сели и подсчитали, что для спасения "Шпринге" нужно 21 очко. Команда набрала в итоге 23, спаслась, а все специалисты просто ахнули, как она преобразилась. А потом случилось то, о чем я уже рассказывал: проблемы с деньгами, лишение лицензии, вылет в третью лигу и понижение до шестой.
— Как оцените работу Кулешова в Москве?
— Олег всегда любил и умел работать с молодыми игроками. Давал им шансы и раскрывал лучшие способности. После СКИФа в "Спартаке", то есть теперь уже в ЦСКА, ему намного сложнее. В Москве у него другие цели и задачи. Да и игроков собрали статусных, на больших контрактах.
Станислава Жукова, например, хорошо знаю по выступлениям в Германии. Думаю, сейчас Олегу еще тяжелее, чем было до массового прихода новичков зимой. Сильнее давление и требование выдать результат, грубо говоря, еще вчера. Ну а работы, как всегда, непочатый край.
— Если Кулешов позовет работать в Москву, сорветесь?
— Так ведь меня звали. Когда только затевалась идея возрождения московского клуба уровня Суперлиги, со мной связывалось руководство тогда еще "Спартака". Но никакой конкретики не последовало, и все само собой угасло.
А потом стало известно, что тренерами "Спартака" сделали Василия Филиппова и Игоря Левшина. Я ни в коем случае не в обиде. В Германии меня все устраивает, да и с гандболом не расстаюсь. Кстати, с моим нынешним боссом в фирме когда-то вместе играли за "Шпринге".
— В каком соотношении делите время между двумя работами?
— Сейчас, конечно, больше времени занимают дела фирмы. У меня в подчинении человек пятнадцать, и один из них выступает за наш клуб. Это поляк Павел Питак, мы вместе еще поиграли. Павел — правый край, выступал в хороших польских клубах. Тяжелее всего приходилось, когда временно стал главным тренером "Шпринге", а команда находилась во второй бундеслиге. Оставался в зале допоздна, писал планы тренировок.
— Вы прекрасно знаете нового главного тренера сборной России Велимира Петковича. Когда в последний раз с ним виделись?
— Дело было на чемпионате мира в Германии в январе 2019-го. Я взял на работе два отгула за свой счет, и мы поехали в Берлин на матч Германия — Россия. Тогда и повстречал Велимира, который работал с там с "лисами". Увиделись перед ареной, очень тепло пообщались. Я ему тогда еще в шутку предложил забрать к себе в "Берлин" моего Сергея.
Петкович сильнее всего меня впечатлял, когда на протяжении почти десяти лет возглавлял "Геппинген". Вроде бы обычный середняк, но Велимир сделал из него очень крепкую команду. Выиграть в гостях у "Геппингена" было проблемой даже для грандов бундеслиги. Неслучайно два года подряд он брал с этой командой Кубок ЕГФ.
Восхищаюсь, как Петкович проводит тайм-ауты. За минуту он успевает трем-четырем игрокам — каждому отдельно! — внятно объяснить, чего ждет от них на площадке.
— Его назначение в сборную России удивило?
— Можете сказать, что задним умом все крепки. Но сразу после провала сборной на чемпионате Европы сказал жене, что новым тренером нашей сборной будет иностранец. По-любому необходимо менять подход.
Велимир хотя и уроженец Балкан, по ментальности, считай, уже немец. Он приверженец жесткой дисциплины, требует ее соблюдения даже в мелочах. Не скажу, что он диктатор, но жесткая рука нашей команде сейчас необходима. Сборная России никогда ничего не добивалась без строжайшей дисциплины.
— А как вам жесткие высказывания президента ФГР Сергея Шишкарева в адрес игроков по мотивам выступления сборной на чемпионате Европы?
— 22-е место — это… У меня просто слов нет… Ниже некуда. Можно даже не тренироваться, собраться за неделю, приехать на турнир и показать такой результат. Что бы Шишкарев ни говорил, он будет прав. Потому что любая критика в такой ситуации прозвучит справедливо.
— Есть что-то общее в неудачах предыдущих тренеров сборной: Кокшарова, Торгованова, Кулешова?
— С одной стороны, можно говорить о невезении. Согласитесь, были у сборной России качественные матчи на чемпионате мира-2019 — против тех же команд Германии и Франции. У Торгованова команда неплохо выглядела на чемпионате Европы-2016, где буквально одного мяча во в встрече со шведами не хватило, чтобы зацепиться за олимпийскую квалификацию. Но, с другой стороны, твердить о невезении уже пятнадцать лет — это, конечно, смешно.
В середине девяностых в стране рухнул детско-юношеский гандбол. Пропало все: школы, спортивные классы, интернаты. Стоящие игроки уехали за рубеж, да и тренеры тоже. Еще с тех пор внутренний чемпионат очень слаб, конкуренции критично не хватает.
— Сейчас в сборной наступает время Сергея Горпишина и ребят его поколения?
— Если по-хорошему, время этих молодых наступило еще три-четыре года назад. Вопрос в том, насколько они готовы к ответственности. Еще вчера ты был в сборной на задворках внимания, а сегодня с тебя будут требовать побед над турками, а потом и над шведами. Не каждый окажется к этому готов.
Если говорить конкретно о сыне, то считаю, что он для лидерской роли созрел. Возможно, пока не хватает игрового опыта на высоком международном уровне. В этом сезоне в "Вардаре" он имеет возможность тренироваться с мастерами топ-уровня.
Травма мениска спутала карты, помешала сыграть на чемпионате Европы. Не нравится мне, что он молчун: никогда не поделится проблемами, не спросит совета. Но при этом Серега — боец, будет гнуть свою линию, молчать, терпеть и выполнять поставленную задачу.
— Не считаете, что сезон в "Вардаре" — потерянное время? С учетом всех проблем, которые продолжают окружать македонский клуб.
— О контракте с "Вардаром" договорились еще по ходу чемпионата мира-2019. Сели и поговорили втроем: Серега, Эдуард Кокшаров и я. У сына тогда были два предложения от клубов бундеслиги, но он решил, что лучшим вариантом будет отправиться в Скопье. Вижу, что за это время сын прибавил и в понимании игры, и в мощи.
— Признайтесь, бывало такое, что вы составляли сыну протекцию сыну на его гандбольном пути?
— У нас в семье так не принято. Всегда стремился помогать ему только в конкретных игровых ситуациях, учил каким-то гандбольным нюансам. Сейчас дома стоит "тарелка", которая позволяет смотреть гандбол отовсюду. Чтобы была возможность следить за играми сына.
У немцев есть поговорка, смысл которой в том, что алмазы рождаются под давлением. Вот и стараюсь помочь Сергею со стороны постоянными подсказками. Честно говоря, хвалю его редко, больше делаю акцент на каких-то ошибках.
— Сергей и Татьяна родились в чемпионские годы отца: в 1997-м вы стали чемпионом мира, а в 2000-м выиграли Олимпийские игры. Кто придумал это выражение — "золотые дети"?
— Я и придумал. Помню, как меня встречали в Германии после победного чемпионата мира-1997 партнеры по "Эрлангену". Они написали приветственный плакат, на который приклеили вверх ногами заглавную М из вывески "Макдональдса". Получились немецкая W и слово "Weltmeister", "чемпион мира".
Тогда жена Ольга была на исходе беременности, а мне совсем скоро пришло время отправляться на первый тренировочный сбор "Эрлангена". Я поехал на своей машине, и как только прибыл на место, Ольга позвонила с сообщением, что Серега готов появиться на свет. Я сразу же снова прыгнул в машину и помчался обратно домой.
А Татьяна родилась еще до Олимпиады в Сиднее — был в разгаре последний этап подготовки к Играм. Ни жену, ни дочку сразу после родов не видел. Только прилетели в Шереметьево после сиднейской победы, сразу же получил сообщение от жены, что она оформила мне билет на самый ранний рейс до Ганновера.
Сейчас, конечно, уже редко называю детей "золотыми". Все-таки они уже совсем взрослые. Но это не отменяет наших родительских переживаний за обоих. Супруге Ольге — огромная благодарность за ребят. Она их в одиночку растила и поднимала, пока я был занят карьерой игрока.
— Татьяна ведь тоже играет в гандбол?
— Забавно, что в клубной иерархии ее "Брауншвейг" стоит выше папиного "Шпринге". Они с девочками выступают в четвертой лиге. Команда, конечно, любительская, тренируется только два раза в неделю. Татьяна учится на фармацевта в том же Брауншвейге, там очень сильный медицинский университет.
— Невозможно пройти мимо темы ваших прозвищ.
— Самое простое и расхожее — герр Слава. Так меня уже давно называют в Германии. Все очень просто: немцы в большинстве своем просто не в состоянии выговорить "Вячеслав".
А уж когда к полному имени добавляю еще и фамилию Горпишин, они, как правило, делают круглые глаза и переспрашивают. Так что со Славой им живется гораздо проще.
— Но ведь есть и гандбольные прозвища. Самое известное — Слон. Откуда оно?
— Еще из Кишинева, где я родился и начинал играть. Почему Слон? Потому что большой, добрый, всегда контролировал ситуацию. Помню, так назвали меня старшие ребята. С тех пор и прилипло.
Первое большое гандбольное воспоминание — Спартакиада школьников в 1984 году в Тбилиси. Сборная Молдавии тогда заняла третье место. Это равносильно тому, что в современном гандболе чемпионом мира станет, к примеру, команда Уругвая. Колоссальный успех. И впечатления на всю жизнь.
— Тогда расскажите, и как вы попали в ручной мяч в Кишиневе.
— Как известно, дети, живущие рядом со школой, чаще всех опаздывают. Вот и я был из таких учеников. Не самый прилежный, прямо скажем. Дело было во втором классе. Учился во вторую смену и в очередной раз опаздывал на урок без зазрения совести.
У школьных ворот меня повстречал тренер Иван Усатый и огорошил вопросом: гандболом заняться не хочешь? На следующий день я к нему и пришел.
Одно время занимался по утрам плаванием, а вечером шел на гандбольные тренировки. После Усатого со мной работал Юрий Горяинов, который затем перебрался в Краснодар и до сих пор работает там с молодежью.
— Есть у меня в загашнике еще одно ваше прозвище — Скрепочка.
— О, это наше старинное общее прозвище из сборной России для меня, Димы Филиппова и Васи Кудинова. С Филипповым мы, зеленые шишарики, поехали почти прямиком из молодежной сборной "прицепом" к мощнейшей сборной СНГ на Олимпиаду в Барселоне.
Там в составе были такие люди, как Игорь Васильев, Талант Дуйшебаев, Миша Якимович, Игорь Чумак, Андрей Лавров. И рядом с ними мы, Скрепочки. Главный смысл в том, что мы были неразлучны долгие годы. Знаю Диму лет с 14-15. Первый раз увидел его в знаменитом зале ЗИИ в Запорожье. Потом во всех сборных всегда в паре делали упражнения на тренировках и разминались перед играми.
Та же "скрепочная" история и с покойным Васей Кудиновым. Мы 11 лет подряд жили на всех сборах в одном номере. Когда оба играли в Германии, постоянно приезжали друг к другу семьями.
Сохранил отличные отношения с его вдовой. С сыном Сергеем постоянно переписываемся. Он вылитый отец, недавно сына назвал в честь отца Василием. Больше вам скажу: я своего сына назвал Сергеем по примеру Васи. Уж очень мне понравилось имя сына ближайшего друга.
— Вместе с Кудиновым вы протянули до "дембельского аккорда" сборной — бронзовых медалей афинской Олимпиады.
— После победного Сиднея многим, если не большинству, было за 30. Не говоря уже про Андрея Лаврова. Сколько себя помню в сборной, нашего великого вратаря всегда уважительно называли Дедушкой. С высоты лет смотрю и понимаю, что если бы те же Кудинов, Тучкин, Лавров тогда приняли решение не ехать в Афины, то и я наверняка не поехал бы.
После классной победы в четвертьфинале над французами, которые на групповом этапе обыграли всех подряд, мы переоценили свои возможности в полуфинале. Соперником была сборная Германии. Незадолго до Олимпиады мы дважды обыграли немцев у них дома в товарищеских матчах с красноречивой разницей — "+10" и "+8".
Это тоже наложило отпечаток на игру, в которой нас хватило только на первый тайм. Тогда еще Андрей Иваныч в воротах творил чудеса, без него немцы с нами еще до перерыва разобрались бы.
Но все равно та бронза, выигранная у венгров, по эмоциям точно ценнее серебра. Все-таки выиграли последний матч на турнире и достойно хлопнули дверью. В 35 лет на фоне сумасшедшей подготовки в Краснодаре при плюс 35 в тени это стало достойной наградой.
— В Афинах прощались друг с другом особенно эмоционально?
— Там за нас хорошо болели греки. Для них имело значение, что в то время немало наших парней играли в греческом чемпионате. По завершении олимпийского турнира мы попросили местных ребят купить нам для подарков качественный коньяк. Они постарались на славу и привезли бутылок 25 коллекционной "Метаксы". Так вот, скажу я вам: ни одна та бутылка пределов Афин не покинула.
Уже под конец 2004 года Владимир Максимов организовал отличное действо — в Чехове сыграли сборные России и мира. Для Владимира Салмановича было важно собрать всех нас, его воспитанников. Это стало и благодарностью игрокам за честно прожитые в гандболе годы. Сувенирная майка с той встречи по-прежнему хранится у нас дома.
— Из четырех Олимпиад в вашей карьере единственной безмедальной стала Атланта-1996.
— Искренне считаю, что в Атланте состав у нас был сильнее, чем четыре года спустя в Сиднее. Подобрались ребята с феноменальным опытом и более яркие по индивидуальным качествам: Валера Гопин, Слава Атавин, Олег Киселев. Возраст расцвета, когда голова уже работала на полную, и ноги за ней еще поспевали.
Нам было достаточно сыграть вничью с хорватами, чтобы оказаться в полуфинале. Все решил эпизод за пять секунд до конца, когда забросил хорватский линейный. И как забросил?! Рикошетом от штанги, а потом и от ноги Андрея Лаврова. Я в том эпизоде был в защите, но стоял не на линии броска. Через четыре года состав поменялся не так уж и радикально. А выиграла в Сиднее прежде всего единая команда.
— Игр-1996 в вашей карьере легко могло и не быть.
— Это правда. Летом 1995 года поехал на самые первые перед теми Играми сбор. Провели втягивающую тренировку, поиграли в баскетбол — а на утро не смог встать с кровати. Сделали обследование и выяснили, что у меня межпозвоночная грыжа. Понадобилась срочная операция, и делал я ее в Германии за свой счет, потому что не было оформленной страховки.
Операция прошла в июне, а спустя некоторое время сборная под руководством Максимова приехала в Германию на пару выставочных товарищеских матчей — тогда такая практика была привычной.
Владимир Салманович все организовал так, что вырученные за две игры деньги — порядка 30 тысяч немецких марок — ребята передали мне и полностью компенсировали затраты на операцию.
Конечно, после такого поступка я за любого из них готов был на площадке умереть. Или лететь помогать в любом деле на другой конец света. Уже в ноябре, то есть меньше чем через полгода после операции, я приехал на максимовские сборы снова и смог готовиться к Олимпиаде в Атланте.
— Не обидно, что вас воспринимают исключительно как игрока обороны?
— На моей позиции левого полусреднего в сборных всегда были ребята сильнее. Сначала Миша Якимович, потом Олег Киселев и Вася Кудинов. Всегда с пониманием относился к такому разделению ролей.
Максимову всегда ставили в упрек, что у него по два-три человека менялись при чередовании обороны с атакой. А посмотрите на сегодняшнюю бундеслигу: команды играют так через одну — и ничего. А левым полусредним я поиграл только в Германии.
— Когда последний раз были в России?
— В феврале прошлого года. Просрочил российский паспорт на целых пять лет. Прилетел в Москву и буквально за день оформил новый. Заодно сделал банковскую карту "Мир". По обновленным правилам только на нее в России начисляют олимпийскую чемпионскую пенсию.
Артем Шмельков
Самые свежие гандбольные новости со всего мира всегда доступны на сайте "Быстрого центра":handballfast.com .