Гинтарас Цибульскис: «Представляете, Динар попросил о том сэлфи сам...»
Этот пост написан пользователем Sports.ru, начать писать может каждый болельщик (сделать это можно здесь).
Есть подозрение, что на матчах сборной Литвы зрители по всей Европе улыбаются чуть чаще обычного. Особый шарм и колорит этой команде издавна придает ее исполин-линейный.
При росте два метра Гинтарас Цибульскис загоняет весы на отметку 175 килограммов. И тем самым рушит стереотипные представления о габаритах, допустимых для гандболиста высокого класса.
Аномальный вес не помешал харизматичному литовцу сделать неплохую карьеру. Он поиграл в сильнейших дивизионах Испании и Голландии, сейчас выступает на родине за клайпедский "Драгунас" и отнюдь не списан со счетов тренерами национальной команды.
— Славой самого тяжелого гандболиста Европы вы обязаны наследственности?
— Это точно. Родственники у меня все большие. Уже в первом классе я весил 52 килограмма, а наша учительница — всего 49. Когда мы всей семьей выходили в город, встречные прохожие уважительно оборачивались "О, это Цибульскисы на прогулке!"
— Где это было?
— Я родился в Зарасае, на северо-востоке Литвы. Это место с прекрасной природой, озерный край, куда летом на отдых приезжают множество туристов из Германии, Голландии и России. В пору моего детства это был очень спокойный и милый городок с десятком тысяч жителей, где все друг друга знали.
— В школе вы были знаменитостью?
— Поначалу — героем дразнилок. Подначки одноклассников я принимал близко к сердцу. Но однажды папа сказал: "Если тебя обзывают, проучи! Кулаком!". Я так и сделал. Помню, учительница поставила меня в угол. Но никто с тех пор уже не обзывался.
Однажды к нам на урок пришел тренер и спросил: "Кто хочет попробовать себя в гандболе?". Это было во втором классе. Про такую игру я услышал впервые, но руку поднял.
Мяч нам дали только на второй неделе занятий. Наша команда на той тренировке победила 2:1, и оба гола были мои.
Так я начинал. А в 16 лет меня пригласили учиться в Каунас, куда собирали талантливых гандболистов со всей Литвы. После школы поступил в спортивный университет и подписал четырехлетний контракт с "Гранитасом" — тогда сильнейшим клубом страны. Уже тогда, когда получал мяч в линии, меня очень трудно было остановить.
— По ходу карьеры вас определенно должны были позвать в тяжелую атлетику...
— Звали. Но только в легкую — метать диск. В семнадцать лет втайне от всех я даже тренировался три недели. Увидев, как я метал, тренер сразу сказал: "Парень, через пять лет ты выиграешь Олимпиаду!". Но как-то я ему не поверил. Решил остаться гандболистом.
В подростковом возрасте положительным поведением я не отличался. Дисциплину не любил. Тренер на занятиях любил устроить соревнования на скорость, и тот, кто прибегал последним, наказывался десятком отжиманий. Это всегда был я. Злился, психовал, и тренер выгонял меня из зала. Я возвращался, извинялся. Но через неделю все повторялось.
Таким большим, как сегодня, я тогда не был. До 140 килограммов добрался уже после тридцати, а затем еще прибавил.
— Кроссы и в профессиональном статусе не жаловали?
— Да уж. Но иногда бегать приходилось. Отставал минут на двадцать, но к финишу приходил.
— Правда, что во время школьных соревнований вы сломали сопернику ногу?
— Вы тоже про это знаете? Мне было тогда лет шестнадцать. Во время игры нечаянно упал на парня из другой команды. На следующий день он пришел в школу в гипсе. Ну, что было поделать? Извинился.
В Голландии потом была история на схожую тему, но уже смешная. Мы играли дерби: мой "Харри-Ап" из Звартемеера против "Эммена". Между городами десять километров. Зрителей на трибунах — тысячи три.
В одном из эпизодов я получил мяч в линии и при броске упал. Почувствовал боль в колене. Сразу подумал, что повредил мениск или "кресты". А потом смотрю: это я коленом проломил деревянный пол. Все, конечно, смеялись. Игру остановили на десять минут. Мне даже стыдно стало, хотя моей вины там не было.
Однажды и в сборной поднял публике настроение. Это было в Толедо, на товарищеской встрече с испанцами. Прибежал на замену, опустился на стул, а он рассыпался. Народ смеялся, хотя я тогда даже слегка повредил спину.
— Как удалось в 2011-м подписаться в "Куэнку" из испанского топ-дивизиона?
— Ее тренеры следили за мной на протяжении пары сезонов. Испанцы вообще любят габаритных линейных.
— Сколько тогда весили?
— 155. Но при этом много занимался в тренажерном зале, был хорошо сбит. В "Куэнке" быстро стал любимцем болельщиков, они посвящали мне частушки. Наши фанаты и журналисты меня любили, а вот болельщики соперников почему-то постоянно кричали в мой адрес какие-то гадости.
— Как сложился для вас тот испанский отрезок?
— За три сезона мы дважды стали шестыми — это были самые высокие достижения "Куэнки". А потом начался финансовый кризис, и команда сместилась по таблице вниз. Да еще и зарплата упала. Было время, когда шесть месяцев не платили вообще ничего. Из-за проблем с деньгами я и уехал. Клуб должен мне до сих пор.
— Почему отправились в Нидерланды? Неужели не было вариантов в других странах?
— Очень хотел попробовать себя в Бресте, в Минске или в запорожском "Моторе". Но, к сожалению, туда меня не звали. Хотя поиграть в той же Беларуси было мечтой, которая не сбылась...
А Голландия — это после Испании, наверное, три шага назад. Но зато там исправно платили все, что пообещали. "Харри-Ап" —полупрофессиональный клуб, игроки которого параллельно работали по пять часов в день. Я, например, проводил это время с молотком на производстве деревянных поддонов.
Но позже мне дали возможность тренировать детей. С ними я даже несколько раз становился чемпионом страны. Поиграл там пять лет, потом решил вернуться в Литву. У меня родился сын, хотелось, чтобы он ходил в литовский садик и учился в литовской школе. Так что уже четвертый год выступаю за "Драгунас".
— В Голландии вы еще прибавили в весе?
— Там особого значения этому не придавали. Все были рады уже тому, что я играл. Так что питался так, как хотел. Правда, гамбургеры из "МакДональдса" я не люблю. А вот пиццу раз на месяц мог себе позволить. Но в принципе всегда отдавал предпочтение литовской кухне — а в ней много мяса и картошки. Да и порции люблю большие.
— Когда встречал ваши фотографии, всегда задумывался, как вас обеспечивают формой.
— С экипировкой проблем хватало. Несколько лет назад на сезон мне требовалось пять или шесть маек. Да и те отдавали на ремонт в ателье. Сейчас форму не рву — ее качество стало выше.
— Пробовали бороться с весом?
— Перед отъездом в Испанию благодаря хорошей диете за два месяца сбросил 20 килограммов. Тогда строго считал калории. В день нельзя было потреблять больше двух тысяч. Было трудно. Пришлось проявить волю. Но я справился.
— Как к вам относятся соперники из топовых сборных, с которыми порой встречается литовская команда?
— После матчей иногда просят сделать сэлфи. Например, два года назад со мной сфотографировался главный тренер французов Динар. Представляете, не я попросил Дидье о совместном фото, а наоборот! Чувства при этом были немного странными. Как оказалось, он хорошо помнит времена, когда мы играли друг против друга: он — за мадридский "Атлетико", а я — "Куэнку".
— Самая странная реакция публики на ваше появление на площадке?
— На игру в Норвегии пришли девять тысяч зрителей. Когда я вышел на площадку, все они сразу достали мобильники и стали снимать меня на видео. Это было необычно, немного смущало. С тех пор стараюсь ничего подобного не замечать.
А два года назад, когда прогуливался после игры в центре Загреба, ко мне подошла девочка и спросила по-английски: "Вы из Литвы? Гандболист?" Я удивился: "Ну, да". — "А я из Норвегии! Помню, как вы играли у нас за свою сборную". Норвежка узнает тебя в столице Хорватии! Вот это было очень приятно.
— Где вас принимают теплее всего?
— В Минске! После матчей за "Драгунас" или сборную зрители непременно подходят с добрыми словами, просят автографы. Такие симпатии для меня удивительны. Я уже три или четыре раза увозил из Беларуси призы лучшему игроку матчей.
— А у вас часом не белорусские корни? "Цыбуля" — это по-белорусски "лук".
— Ха, по-украински тоже. Слышал, что мои предки жили на Украине.
— Вам 33 года. Долго планируете играть?
— Это как повезет. Если травм не будет, то еще года два. Но параллельно я уже работаю вторым тренером "Драгунаса" и занимаюсь в клубной школе с детьми. Хочу остаться там по окончании игровой карьеры.
— Каким видите свой рабочий тренерский вес?
— 130 килограммов было бы в самый раз. Думаю, скоро начну худеть.
— Ваш пример может оказаться заразительным для других больших парней?
— Плохо, что у них часто случаются травмы, бывают проблемы с коленями, ахиллами. Меня, похоже, выручает генетика. Тьфу-тьфу-тьфу, всех бед за карьеру — перелом пальца.
Так что в принципе в гандбол может играть любой человек. При большом желании возможно все.
Тарас Щирый
Самые свежие гандбольные новости со всего мира всегда доступны на сайте "Быстрого центра":handballfast.com .