Владислав Третьяк: «В возврате красной линии есть здравый смысл»
Глава ФХР Владислав Третьяк сообщил, что ИИХФ тщательно отслеживает ситуацию с травмированными игроками на чемпионате мира, и предложил вернуть в хоккей запрет на пас через две линии. Отметим, что красная линия была упразднена ИИХФ еще в 1998 году. В НХЛ – в 2005 году.
– Шведы в Минске тоже остались с шестью защитниками. На чемпионате мира вал травм. Поднимался ли этот вопрос на уровне ИИХФ?
– Да. Только что закончилось совместное заседание комитета спортсменов международной федерации, который я возглавляю, и консультационной группы по безопасности игроков под руководством представителя Швеции. В докладе отмечалось, что ведется работа по усовершенствованию хоккейной амуниции, чтобы она лучше защищала игроков от травм. Так, есть претензии к наплечникам. Они слишком тонкие и жесткие, что ведет к обилию повреждений ключицы и предплечья. Ищут другие материалы, чтобы при контакте «плечо в плечо» они эффективнее амортизировали удар.
Также обсуждался вопрос о возвращении красной линии, которую мы успели позабыть. А ведь во времена моей игровой карьеры прохождение средней зоны было целой наукой, даже искусством.
– То есть станут фиксировать офсайд на красной линии и никаких передач из своей зоны под чужую синюю линию?
– Подчеркиваю: вопрос только обсуждался, но не принят. Однако здравый смысл в возврате красной линии есть. Сейчас нейтральную зону игроки преодолевают галопом, на космических скоростях. Считается дурным тоном подолгу возить в ней шайбу, плести комбинации. Но там, где скорость, там травмы.
Однако эту идею никто не поддержал. Потому что якобы упадет интерес к игре, к тому же в НХЛ якобы давно и успешно играют без красной линии. А ведь к тому, чтобы среднюю линию убрать, шли 6-8 лет. Сказали, что хоккей станет медленным. Снизится результативность, если вся пятерка выстроится у красной линии. Как нынче модно говорить, поставит у своей зоны «автобус». Поэтому безопасность спортсменов превыше всего. Как ее повысить? Над этим ведется кропотливая работа, – сказал Третьяк.