Символика на ромбике

Под Новый год хочется вспомнить о чем-то веселом. Окунаясь в прошлое, вспоминаю почему-то чернокожих, но… Вот незадача, лицо вижу, а фамилию забыл. Впрочем… Кебе. Звали его то Иброй, то Баи. Еще его всегда искали, всегда над ним смеялись, как-то не успевав толком разозлиться. Олега Ивановича свела ироничная судьба с этим чудаком в «Спартаке», меня – в «Сатурне». Спасибо спартаковцам, они научили его играть в футбол, и мне Кебе нравился без насмешки, вполне серьезно – быстр, цепок, коллективен.

Своенравен и плаксив. Это уже человек Кебе, не отличавший профессию от личной жизни, полной капризов. Сборы в Голландии я буду помнить еще долго. Товарищеский матч в каком-то городишке. Установка. Кебе сидит вместе со всеми с видом знатока русского языка – говорил он и вправду замечательно. Разминка. Кебе нет. – Ну опять! – воскликнул кто-то из наших. А Кебе, оказывается, спит в номере. – А что, игра уже началась? – спросил наш сонный защитник у сатурновского администратора парой минут спустя. Через три дня едем в городишко соседний играть контрольную. Установку провели в отеле. Автобус тронулся, кажется, никого не забыли… Проезжаем мимо ресторана, из которого выходит… ну понятно же, кто выходит. Останавливаемся и слышим: «А я решил не ехать сегодня…» Потом мы вернулись в Москву и Кебе… пропал.

В том сезоне мы набирались физических кондиций в бассейне под руководством великого Владимира Сальникова, четырехкратного олимпийского чемпиона по плаванию. Вся команда дружно нырнула, Кебе сидит на стульчике и… плачет. Оказывается, он не умел плавать, а признаться было стыдно. Сальников за 10 дней научил парня работать кролем. А Кебе так и не понял, кто такой Сальников. И что такое футбол. Чудной паренек, хотя качеств футбольных у него было – на зависть многим.

Вся команда дружно нырнула, а Кебе сидит на стульчике и… плачет. Оказывается, он не умел плавать, а признаться было стыдно

Мне кажется, Кебе был символичным приобретением «Спартака» – он отражал громадный потенциал и нелогичность личности одновременно. «Спартак» начинал страдать примерно тем же. Нашла коса на камень. Селекционная служба, работавшая «по звонку» и «по совету», напоролась на недостаток российских игроков высокого уровня. Хотя первое чудачество произошло ранее, когда в «Спартак» приехал Робсон. Неуклюжий, медленный. Публика наша была к тому моменту неизбалованна, а у Олега Романцева не было ни выбора, ни денег на адекватную замену уезжавшим за границу игрокам. Считаю, на примере этого бразильца Олег Иванович продемонстрировал другую сторону своего тренерского умения – вписывать в игру команды Лиги чемпионов посредственную единицу. Более того, на определенном этапе Робсон был незаменим. Робсон, которого бы не взял сегодня даже худший клуб премьер-лиги.

Спустя какое-то время на «Спартак» сошла лавина шальных трансферов, и именно эта массовость попортила карьеры многим неплохим футболистам. Я не склонен считать, что в «Спартак» стали завозить мусор. Да, кто-то был действительно ниже уровня команды, но кого-то тренеры просто не распознали. Яркий тому пример – Роберт. Помню, сидел я рядом с тренерской скамейкой в Тольятти, «Лада» на Кубок принимала «Спартак», а Роберт смотрелся Элбером. Почему у него не вышло заиграть в «Спартаке» и получилось стать лучшим бомбардиром в ПСВ? И почему Робсон сыграл гораздо более весомую роль в «Спартаке», чем Роберт? Чем Кавенаги… Спартаковская традиция последнего десятилетия: когда нет ничего, делаешь невозможное, когда есть многое – заваливаешь все.

Кебе был символичным приобретением «Спартака» – он отражал громадный потенциал и нелогичность личности одновременно

Начать смеяться и завершать грустью – это тоже по-нашему, но завершу сегодняшний пост я настоящей тренерской удачей, которая сопутствовала мне в «Торпедо». Он должен был стать первым темнокожим легионером ЦСКА, но в любом случае стал первым известным легионером в российском чемпионате. Однажды тогдашний мой спортивный директор Светиков предложил вариант с капитаном сборной Нигерии Августином Эгуавоном. Кассеты мой глаз удовлетворили. На поле Эгуавон был замечателен. Бушманов, наш либеро, отдыхал, а Семин, их тренер, выходил из себя. Это я об игре с «Локомотивом». И я, и Юрий Палыч в игре, слышу: «Харлач, уйди на другой фланг, что ты возишься тут!». Семин злился на Харлачева, что тот не мог пройти сквозь нашего нигерийца, но Августин вылавливал того и других на всех подступах к штрафной. Абсолютно на всех. Бушманову и подчищать было нечего. А как Эгуавон выпрыгивал! Выше его груди никто не мог подняться. Жаль, что системного развития «Торпедо» затем не произошло, и такие как Эгуавон, Бушманов, Семшов, профессионально относившиеся к делу, так и не стали начинателями большой команды. Опять грусть…