9 мин.

Юсси Рюнняс: «В финской армии я был связистом»

Этим летом «Ак Барс» вновь подписал контракт с финским вратарём. На этот раз им стал Юсси Рюнняс, выступавший в прошлом сезоне в системе «Даллас Старс». В интервью корреспонденту «БИЗНЕС Online» новичок казанской команды рассказал о том, как служил в финской армии, почему выбрал «Ак Барс», а также объяснил свою ошибку в предсезонном матче с «Торпедо».

«АК БАРС» ВЫШЕЛ НА МЕНЯ В ИЮНЕ»

18011_048-btpl_8.jpg

 Юсси, почему вы выбрали «Ак Барс» в это межсезонье?

– Это хорошая команда, отличное место для карьеры, и мне нравится вызов, который я получаю в КХЛ, выступая за сильную команду.

– А это было единственное предложение из России?

– Нет, были и другие варианты.

– Работа тренера Ари Мойсанена в Казани сказалась на вашем выборе?

– Да, это одна из главных причин. Когда переходишь в новый клуб, всегда удобнее, если там работает хороший тренер. Я хочу учиться, улучшать свою игру, надеюсь, здесь это получится сделать.

– Когда начались переговоры с «Ак Барсом»?

– Вроде бы в июне. Точно я и не помню. Когда впервые услышал об интересе из Казани, обратился к «Далласу», там всё довольно быстро решили.

– Вас тогда выставили на драфт отказов, чтобы освободить от контракта. А была вероятность, что другой клуб НХЛ заберёт вас?

– По-моему, нет, там вроде есть правило на этот счёт. Может быть, могут, но мне агент сказал, что клубы договорились на этот счёт и переживать не нужно.

«МНЕ ВСЕГДА ХОЧЕТСЯ ОТБЛАГОДАРИТЬ ПУБЛИКУ»

nettijussi.jpg

 

– Почему вы подписали контракт только на один год?

– Не знаю, мне кажется, это правильное решение для всех. Мне нужно доказать, что я могу здесь играть, побеждать. А потом уже никто не знает, что будет.

– А какие планы на будущее? НХЛ?

– НХЛ – это классный вариант, но я не хочу ехать туда на роль второго вратаря и играть по 10-15 матчей за сезон. Хочется ведь ехать туда, где будет и борьба за место, и реальная возможность занять место первого вратаря.

– Но вы не можете гарантировать, что следующим летом у «Ак Барса» не повторится нынешняя история, когда вратаря искали в июне?

– Я точно не могу говорить за «Ак Барс». Если игрок себя показал, он может хотеть уехать, но пока моя главная цель – сезон в Казани.

 Что в итоге не получилось в НХЛ? Вы сыграли только один матч, и тот оказался неудачным.

– Получается, что полтора матча я отыграл. А «Детройту» проиграли 2:5. Когда тебе дают шанс, ты должен его использовать, парням вроде меня их предоставляют не часто. Нужно хвататься и не отпускать, а у меня был не лучший матч в тот день.

– А сезоном в Северной Америке вы довольны?

– Мне давали много игровой практики, это здорово. У нас в «Техасе» был неплохой сезон, мы много выигрывали. Но, конечно, я не рассчитывал, что так много времени проведу в АХЛ. В «Далласе» был очень сильный первый вратарь Кари Лехтонен, поэтому даже на место бэкапа была конкуренция. Иногда даже лучше поиграть в лиге уровнем ниже, чтобы получить практику, деваться-то некуда.

– Что было самым тяжёлым в АХЛ?

– Понятно, что это не такая хорошая лига, как НХЛ. Там многое по другому, не знаю даже как объяснить. Давит желание играть в сильнейшей лиге, из-за этого тяжело. Сидишь в фарм-клубе. Но в бытовом плане всё было нормально – персонал отличный, арена хорошая, мало о чём беспокоишься.

– А каково вообще играть в хоккей в Техасе? Не особенно хоккейный регион.

– Это правда. В Остине у нас были хорошие болельщики, одни из лучших в АХЛ, на матчах мы собирали от четырёх до семи тысяч человек. Но это очень маленький круг людей для целого города, футбол там популярнее. Нас не узнавали на улицах, например, мы спокойно ходили по городу. Зато на арене всё совершенно сумасшедшее.

– Вы, кстати, любите контактировать с такой публикой.

– Это вы про мои «шоу» после матча? (улыбается). Когда трибуны болели весь матч, кричали, тратили силы, хочется показать, как ты это ценишь, сделать что-то в ответ. Мне нравится чувство победы, я хочу делиться с ним со зрителями.

– Вы вообще эмоциональный игрок или типичный спокойный финский вратарь?

– Я стараюсь быть спокойным, вратарям это необходимо. Но когда есть время показать эмоции, я себя не сдерживаю – злюсь и радуюсь на льду. Но, конечно, радость хочется показывать больше. Раздражение приходится прятать.

– Возможно такое, что вы полезете в драку на своём пятаке, если в вас врежутся?

– Тренер говорит, что никогда в жизни. Да и вообще, мне просто одно место надерут, если я драться начну (смеётся). Мне лучше здоровье беречь.

«О КАЗАНИ МАЛО ЧТО СЛЫШАЛ»

460160228.jpg

– Вы дважды пытались заиграть в НХЛ. Надеялись, что на второй раз выйдет лучше?

– Понятно, что после сезона в Финляндии, когда я был основным вратарём, уезжал в Даллас на двусторонний контракт. Но нужно верить в себя, а не думать много о том, что произойдёт.

– Но сейчас вы говорите, что не хотите быть бэкапом. Но ведь в Казани место первого номера вам просто так не дадут.

– А мне такое нравится, когда есть кто-то, кто оказывает давление. Каждый день нужно доказывать свои силы, это полезно и вратарям, который могут быть в тот же момент друзьями, и команде. Я понимал, куда еду, здесь у меня есть возможность честно выиграть конкуренцию, так что готов к борьбе.

– А что вы знали о Казани до перехода?

– О городе я мало знал, слышал только про команду. Знаю, что здесь было много финских игроков, а это значит, что «Ак Барс» – неплохое место для работы.

– Лично знакомы с кем-нибудь, кто играл здесь?

– Нет, только по именам. Ни с кем не пересекался.

«ПРО СТОЙКУ ГОВОРЯТ ИЗ-ЗА ФОТОГРАФИИ»

– Что вы можете назвать своим главным преимуществом?

– Очевидно, это рост. И мне кажется, я довольно хорошо двигаюсь при своих габаритах. Реакция неплохая… Знаете, тяжеловато говорить о себе хорошие вещи.

– Расскажите о плохих.

– Их слишком много! Я не очень хорошо играю клюшкой, вот в этом хотел бы добавить.

IMG_B0B1FD-2CFA8D-678AAB-36EF53-AAC978-A259C5.jpg

– А что со стойкой? Она кажется низковатой.

– Мне многие об этом говорят из-за одной фотографии, вы её тоже видели. Там поза неестественная, во время раскатки был момент, когда ноги разъехались. Я там в движении, это не моя стойка. Но да, над ней тоже буду работать.

– Вы не шутили, когда говорили, что учились играть в воротах по хайлайтам НХЛ?

– Это правда, причём учился так не я один. Была целая группа вратарей только с одним тренером, нам не объясняли, что делать, почему. Приходилось искать что-то самим, повторять движения вратарей на тренировках.

«ВТОРОЙ ГОЛ «ТОРПЕДО» – ПОЛНОСТЬЮ МОЯ ВИНА»

– В Нижнем Новгороде вы провели первые матчи с командой. Как чувствуете себя в России?

– Здесь лёд шире, это самое главное отличие, нужно время, чтобы к нему привыкнуть. Иногда я переигрывал моменты, слишком активно реагировал на движения игроков и шайбы, пытался в американском стиле действовать. Пока не получается правильно читать комбинации, вариантов потому что больше. В США вся атака идёт на ворота, ты примерно понимаешь, чего ожидать, а тут не так. Много мелочей вообще.

– Иногда вы как будто слишком глубоко в воротах.

– Может быть такое, да. Это вопрос движения за шайбой, он тоже зависит от площадки.

– Вы уже успели отличиться странной пропущенной шайбой.

– Второй гол «Торпедо», да, полностью моя вина. Я должен был брать такой бросок, что ещё сказать. Я выставил перед собой ловушку, промахнулся, шайба начала крутиться в полёте и прошла под рукой.

– Что делать вратарям в такой ситуации? Выкатываться дальше?

– Да просто спокойно ловить. Такие моменты случаются, это часть работы вратаря. Конечно, ничего приятного в этом нет, но нужно уметь сразу же забывать об ошибке и играть дальше.

– А когда вам новую ловушку и всю экипировку привезут?

– Я заказал комплект ещё пару месяцев назад, но не знаю, когда его привезут. Шлем вот уже готов, через неделю-другую уже заберу.

– Что делает портрет отца вашего друга на нынешнем шлеме?

– У себя дома, в Пори я вхожу в один клуб. Мы с друзьями как-то собрались и начали играть в футбол, во флорбол, в теннис участвовали в турнирах. Портрет – это логотип нашей любительской команды.

– Одно время у вас на шлеме чуть ли не строчки из песни были.

– Название моей любимой группы Иё. Они тоже из моего города, исполняют что-то вроде рока. Я лично знаю вокалиста, пару раз он звал меня на концерты.

– За кулисы водил? Были там какие-нибудь сумасшедшие истории?

– Нет, нет. Просто послушал музыку.

– С вами вообще хоть что-нибудь сумасшедшее случалось?

– Вряд ли. Я же стараюсь быть спокойным.

«В АРМИИ БЫЛ СВЯЗИСТОМ»

 

rynnas.jpg

– Но у вас такая история успеха. Из третьего дивизиона Финляндии в НХЛ за два года.

– Я играл вообще в любительской лиге, она просто называется третьим дивизионом. Есть СМ-лига, Местис, Суоми-сарья - второй дивизион, а потом уже третий дивизион. Причём я тогда в армии служил. В молодёжном составе «Эссята» мне сказали, что мне хватит уже играть в этой команде, поэтому я уже думал о том, чтобы бросить хоккей. Но мои друзья, которые ещё тренировались, организовывали свои матчи, начали звать меня туда. А позже я нашёл хоккейную команду в городе, где служил.

– В выходные что ли на каток ездили?

– Нет, прямо посреди недели можно было брать отгулы уезжать хоть домой. Главное к утру вернуться. У нас в армии ты сам выбираешь вид тренировок, я вот сказал, что буду заниматься хоккеем. Сначала я просто тратил отгулы, уезжал  домой, потому что не думал, что продолжу играть.

– А чем вы в армии вообще занимались?

– Был связистом, прокладывал провода. Можно сказать, что ничего особенного не делал. Опять же, у нас можно выбирать срок службы, я выбрал минимальный – шесть месяцев.

– Что бы вы делали, если бы бросили хоккей?

– Я много думал об этом в тот период. Скорее всего, стал бы учителем физкультуры в школе или что-то такое. В любом случае связанное со спортом.

– Жалели, что вообще пошли в хоккей, а не получали образование, например.

– Тогда жалел. Мне был 21 год, а карьера могла закончиться. Но это было недолго, потом всё пошло так быстро, что я забыл о всём плохом.