By James O′Brien, NBC Sports
Когда хоккейные фанаты вспоминают бывшего вратаря НХЛ Клинта Маларчука, они, скорее всего, видят перед собой ту жуткую, незабываемую картину перерезанного коньком горла. Маларчуку наложили 300 швов, чтобы справиться с раной, которая заставила зрителей падать в обморок и спровоцировала два сердечных приступа, тем страшным вечером 22 марта, 1989 года.
Однако, самым запоминающимся в этом ужасном происшествии оказалось то, что Маларчук, как будто, очень быстро пришел в себя от последствий той ситуации. Спустя всего несколько дней он даже шутил об этом в ходе радио интервью с другим вратарем Гари Чиверсом, сравнивая тот момент с забоем скота: «Я готов был замычать», сказал он.
Будучи голкипером Buffalo Sabres, Маларчук не пропустил и недели, став, возможно, главным доказательством хоккейной крутости. По крайней мере так казалось.
«Вернувшись так быстро, я превратился в культового персонажа», сказал он однажды жуя жвачку и потягивая кофе. «Это было как «Черт возьми, этому парню почти отрезало голову, а он снова играет». Я стал в городе вполне себе знаменитостью, я наслаждался этим, наслаждался своим мужеством, своей ковбойской психологией. Я думал, что дома все, все мои приятели будут гордиться мной».
«Я никогда не думал о травме или о чем-нибудь подобном. Никогда».
Никогда не думать о травме — или, по меньшей мере, честно взглянуть на случившееся — возможно это и привело к еще одному мрачному моменту в жизни Маларчука. Это произошло не из-за чьего-то, случайно подвернувшегося конька; это стало результатом действий его самого. 7 октября 2008 года (то, что позже назовут «несчастным случаем на охоте») практически на глазах жены, Маларчук приставил ствол ружья к своей голове и спустил курок.
Позже он заявлял, что, в действительности, это не было попыткой самоубийства, так как он не осознавал, что ружье заряжено, но проблема стала очевидна.
«Я помню подумал, «Черт побери, я только что выстрелил себе в голову», говорит Маларчук. «Это не было заранее подготовленным самоубийством. Это было глупо. Я действительно думал, что ружье не заряжено. Это был порыв. Безумный, иррациональный. Мысли летели со скоростью сто миль в час. Это не было... как будто я оставил записку. Я называю это несчастным случаем».
После этого, Маларчук прошел то, что должен был пройти после того, как почти погиб на льду: «тяжелую, тяжелую терапию». Нельзя сказать, что за годы между двумя происшествиями он не пытался справиться с этим — он провел «хорошие 15 лет» после того как получил некоторую помощь, включая прием «Золофта» — но он никогда не занимался проблемой специально. Маларчуку стало легче, лишь после того, как его начали лечить от посттравматического расстройства, связанного с той, давней травмой.
«Я думал, что такое бывает только с людьми, побывавшими на войне», говорит Маларчук. «Когда они возвращаются, многие из них становятся абсолютно беспомощны, многие становятся бродягами, алкоголиками, наркоманами. Почему? Потому что им никто не помогает».
«Мы прошли через многие упражнения, чтобы я вновь пережил ту травму. Я плакал. Был напуган. Я не сделал этого в 1989. Слова «консультация», «психология»... никогда не всплывали. Я никого не виню. Это даже не приходило ко мне в голову».
Даже посреди всех бед. Маларчук смог построить карьеру тренера вратарей (включая некоторое время в Columbus Blue Jackets). Бывший генеральный менеджер Atlanta Thrashers Рик Дадли предоставил ему множество возможностей, включая работу тренером голкиперов в сезоне 2010-11 в Атланте. Потенциально трагическая история Клинта Маларчука может стать вдохновляющей, теперь когда он получил следующую работу — тренера вратарей Calgary Flames 2011-12 годов.
«Я взволнован — супервзволнован, в предвкушении этой работы», говорит он. «Это лучшее, что случилось со мной за долгое время. Быть тренером Flames? Круто».
«Я на сто процентов пришел в себя. Я принимаю лекарство и не стыжусь говорить об этом. Я веду здоровый образ жизни» — Клинт Маларчук.
P. S. Оригинал статьи.
P. P. S. Не забудьте добавить блог «Полный Порядок» в ленту.
