Блог Марии Мухортовой и Максима Транькова о фигурном катании
лента блога
Это закрытый блог. Если вы хотите стать его автором, отправьте просьбу основателю блога.
Он рассмотрит ваше письмо и возможно вы получите права автора.
Отправить запрос
Пара Мухортова – Траньков распалась. Очень жаль. Красивая и полностью не раскрывшаяся пара прекратила свои совместные выступления. Максим давно шел к решению расстаться с Машей. Он уже несколько раз пытался заканчивать – и два года назад, и год назад, и в этом году раза два. Это не помутнение рассудка, не внезапное решение – это давно, видимо, продуманный шаг. После чемпионата мира мы встретились для обсуждения дальнейших планов, и Максим сразу сказал, что не видит смысла продолжать дальнейшую работу в паре с Марией Мухортовой и под руководством Олега Васильева.
Причин такого решения может быть много, но основная, на мой взгляд, в том, что Максим, к сожалению, не привык к жестким условиям работы. Он всю свою сознательную жизнь, когда работал в другой группе (еще до Москвиной), руководил процессом, считал, что все знает, все умеет, и все должны делать то, что он считает нужным. Так происходило на протяжении многих лет. Когда Максим попал в руки Москвиной, то не смог там заставить себя работать в графике, и это было одной из причин, почему Тамара Николаевна решила расстаться с парой по-хорошему. Она передала Машу и Максима в руки Казаковой и Дмитриева. Там тоже не срослось. Мне же удалось какой-то период времени держать Максима в рабочих рамках, но долго он не выдержал.
Максим, к сожалению, не привык к жестким условиям работы
То, как у меня это получилось, – длинная история. Первый месяц с декабря 2006 года до начала января 2007-го мы работали в пробном режиме. Решили посмотреть, как пойдет процесс, и, исходя из этого, уже потом обсуждать дальнейшие планы. Я получил ребят в плачевном состоянии. Ни спортивной формы, ни стабильности исполнения элементов, ни накатанных программ – ничего этого не было. Было отчаяние, уныние и полное неверие в себя. Не было денег: с них сняли все зарплаты и гранты – осталась «пособие на выживание» в размере 2300 рублей в месяц.
Терять было нечего. Первый месяц ребята тренировались сказочно. Было очень приятно с ними работать. Все мы стремились к тому, чтобы сделать как можно больше и лучше в кратчайшие сроки. Этот период Мухортова и Траньков прогрессировали очень быстро. Они выиграли чемпионат страны 2007 года без вопросов, с большим отрывом от второго места. После этого мы составили договор об обязательствах каждого в нашей команде: кто и что должен делать и какие наказания предполагаются за невыполнение обязательств. Вот этот документ, как мне кажется, и явился «тюрьмой» для Транькова. Каждый раз, когда он пытался проявлять свою «самостоятельность», ему напоминали о том, что мы все работаем в коллективе и по оговоренным правилам. Это какое-то время действовало. Потом перестало, и в ход пошли штрафные санкции. Это тоже какой-то период работало. Однако со временем Траньков перестал делать то, что от него требуют, начал вести себя так, как сам хотел.
Должен сказать, что с Машей тоже было нелегко, она тоже очень сложный человек. Но на самом деле в большом спорте «легких» людей очень мало. К каждому нужен индивидуальный подход. С Мухортовой мы как-то нашли общий язык, с Траньковым – нет. И хотя у нас с Машей тоже были скандалы и ссоры, но, как правило, это не выходило за пределы разумного. Мы всегда возвращались на нормальные рабочие позиции и шли дальше к общей цели. В этом году пара заметно прогрессировала именно благодаря Мухортовой, ее огромной работе над собой. Максим же, отказываясь от какой-либо помощи с моей стороны и со стороны нашего хореографа Александра Матвеева, остался в профессиональном плане практически на том же уровне.
С Мухортовой мы как-то нашли общий язык, с Траньковым – нет
Думаю, что Маша и Максим и на 50% не использовали тот потенциал, который в них был заложен. Через пару лет из них можно было бы сделать конфетку. Поэтому жалко, конечно, что пара прекратила свое существование. Я считаю, что в последних двух сезонах Кавагути – Смирнов и Мухортова – Траньков были примерно равны по набору «плюсов». Подопечные Москвиной лучше Маши и Максима только в одном элементе (в элементе «ультра-си») – четверном выбросе. Все остальное (и катание, и линии, и скольжение, и элементы) получается лучше у Мухортовой и Транькова. Возникает вопрос: почему тогда Кавагути и Смирнов – первая пара России?
У меня есть достоверная информация, что Максим Траньков и Валентин Николаевич Писеев в декабре 2009 года, во время чемпионата страны, заключили соглашение о том, что пара Мухортова-Траньков прекратит свое существование по окончании сезона, и Максим будет тренироваться с другой партнершей. Макс договорился об этом за спиной у своей партнерши, а президент Федерации – за спиной у тренера одной из ведущих пар России и мира.
Писеев повел активные переговоры с украинской федерацией и добился определенных результатов. Это декабрьское соглашение дорого стоило для Мухортовой и Транькова. После серии Гран-при они считались фактически первой парой страны. Но на чемпионате России и в течение оставшегося сезона их начали придерживать в оценках. Федерация знала, что скоро пара распадется, и смысла поддерживать команду, которой больше не будет, просто не стало. Начали тащить Кавагути и Смирнова, а Мухортовой и Транькову ставили минимально возможные оценки за то катание, которое они показывали. В данном случае Траньков сработал против своей же пары, против себя. Фактически он лишил себя олимпийской медали и медали чемпионата мира. А то, что сделал Писеев, я считаю служебным преступлением: президент федерации фигурного катания сознательно развалил ведущую пару страны. Это просто немыслимо!
Писеев повел активные переговоры с украинской федерацией и добился определенных результатов
Я не хочу вдаваться в подробный анализ поступков Писеева и Транькова. Валентин Николаевич не является сугубо негативной персоной – он в большинстве случаев ставит во главу своих решений разумную логику победителя. Однако, к сожалению, это происходит все реже и реже: очень часто вступают в силу личностные отношения. Как я понимаю, так случилось и в этот раз. У нас были очень непростые отношения с президентом федерации. Это, вероятно, перевесило разумную логику. Логика Транькова понятнее: он, скорее всего, ждет от предстоящих перемен позитива – свободы «творчества» и новых ощущений. Никто не будет заставлять его приходить вовремя на тренировки и работать над неудобными моментами в тренировочном процессе.
Надо сказать, что в случае с Тотьмяниной и Марининым Писеев никак не мог вмешаться. Там была особая ситуация. Мы тренировались в Чикаго и были настолько далеки от федерации, что у нее просто не было возможности ни контролировать процесс, ни давать какие-либо указания. Вплоть до олимпийского года, до последних месяцев перед Олимпиадой нас никто особо не беспокоил и мы не получали почти никаких денег от Федерации фигурного катания России. Ребята жили и тренировались за свой счет и на те деньги, которые зарабатывали сами: на призовые, показательные и т.д. Президент просто ничего не мог сделать. Ситуация с Мухортовой и Траньковым иная. Во-первых, в России существовала равноценная пара, которую можно было тащить наверх, а Машу и Максима немножко «поджимать». А во-вторых, мы тренировались здесь, под самым носом у федерации. На протяжении трех с половиной лет нашей совместной работы мы выслушивали бесконечные упреки в том, что не хотим приезжать на сборы, что мы не делаем то, что «надо делать», по версии Федерации. Работать было достаточно тяжело, и если бы не поддержка школы фигурного катания Санкт-Петербурга, нашей питерской федерации и города, то многого бы не случилось.
Я не хотел распада пары – иначе, естественно, заранее подготовился бы. Маша, у которой была возможность поменять партнера при предыдущих попытках Максима расстаться, всегда говорила мне: «Нет, я буду кататься с Траньковым. Я с ним начала, я с ним хочу и продолжать». Поэтому я для себя сделал пометочку, что Мухортова не хочет никакого другого партнера, и никого не искал.
Мы начнем поиски партнера для Маши в России, и если не найдем, будем искать заграницей
Безусловно, сейчас мы будем искать партнера, но это будет сложно: фигуристов такого уровня в мире мало. Параметры очень жесткие. Это должен быть человек с опытом работы в паре, по крайней мере, с двумя тройными прыжками, высокий (185 см и выше) и достаточно сильный, чтобы выдерживать те нагрузки, которые необходимо будет преодолеть в ближайшие несколько месяцев и в последующие годы. Мы начнем поиски с России, и если не найдем, будем искать заграницей. В нашей стране, честно говоря, я подходящих партнеров практически не вижу. Может быть, есть пара человек, которые потенциально могут вписаться в такие параметры. Вопрос еще в том, захотят ли эти молодые люди работать, свободны ли они от каких-то обязательств или нет.
Количество времени, за которое можно создать сильную пару, зависит от того, какого партнера мы найдем, от того, сколько займет первичный этап скатывания и притирки друг к другу. Научиться делать параллельно прыжки не сложно, кататься параллельно не сложно, даже кататься вместе не очень сложно. А вот научиться выполнять парные элементы (поддержки, выбросы, подкрутки) – это уже занимает больше времени и зависит от степени совместимости партнеров – психологической и физической.
Найти партнера для Маши – задача №1 для меня сегодня. Это надо сделать в течение двух-трех недель. Если учесть, что я должен буду отъехать со 2 по 12 апреля из страны (отменить эту поездку я не могу), то время исчисляется буквально несколькими днями до этого и несколькими днями после моего возвращения. Поэтому работа в этом направлении будет вестись интенсивно. Если все это закончится успехом, и мы найдем партнера, тогда я решу, что мне делать дальше. Я уже буду понимать, сколько времени и сил будет необходимо на то, чтобы сделать хорошую пару и будет ли у меня оставаться время для того, чтобы взять кого-то еще – одиночника или одиночницу. Все станет ясно в течение двух-трех недель.
Всем привет! Мы уже в Турине. Здесь сейчас проходят предстартовые тренировки, а уже во вторник мы выступим с короткой программой. В своем блоге мы рассказываем вам о том, как мы готовились к чемпионату мира, о трудностях, которые сопутствовали нашей подготовке, а также о том, как мы с ними справлялись.
Мария: «В нужную форму, я считаю, мы пришли. Тело уже до такой степени натренировано, что главное теперь – собраться с мыслями, и тогда все получится. Я надеюсь на лучшее, стараюсь не думать о плохом».
Максим: «После того, что произошло на Олимпиаде, мне сложно оценивать, насколько хорошо мы готовы. Бывает, кажется, что ты готов хорошо, а ничего не получается... О местах я не думаю. Мне сложно делать какие-то прогнозы после этого сезона. То мы выигрывали у немцев и китайцев, то потом на Олимпиаде и близко не стояли рядом с ними. Хочется реабилитироваться в Турине в первую очередь перед самим собой, хоть я и считаю, что в Ванкувере имела место трагическая случайность, а не закономерность. Должен сказать, что я вообще уже намного спокойнее отношусь к падению на Олимпиаде. Через неделю сезон закончится, и все будет ясно».
Траньков: «После того, что произошло на Олимпиаде, мне сложно оценивать, насколько хорошо мы готовы»
Мария: «Перед Олимпиадой, как известно, мы усложнили программу. К более легкому варианту решили не возвращаться. На тренировках получается кататься чисто. Конечно, случаются и срывы. Но это нормально. Мне кажется, выполнить все идеально вообще невозможно, можно только к этому стремиться».
Максим: «На тренировках мы иногда ошибались на простых элементах, потому что просто расслаблялись на них, упускали из внимания какие-то тонкости. Все сложные элементы обычно делали чисто. Думаю, это нормально для рабочего процесса. Конечно, такое может произойти и на соревнованиях. Но мы всегда стараемся во время выступления следить за секундами, оборотами на вращениях и т.д. Мы научились это делать за то время, что Олег Кимович с нами работает».
Мария: «На тренировках мы отрабатывали элементы, связки, делали прокаты – все как всегда, ничего нового. Никаких изменений не вносили. Это будет второй старт, где мы включим в произвольную программу два тройных прыжка. Посмотрим, что будет на чемпионате мира».
Максим: «Сейчас хочется быстрее закончить сезон. Думаю, на чемпионате мира победит тот, кто лучше всех работал на протяжении года. Все очень устали, не только мы с Машей, – и физически, и морально. Каждую тренировку нам приходится себя заставлять, работать через «не могу», настраиваться на нагрузки. Но раз уж мы решили готовиться к миру. Значит, необходимо делать все возможное, чтобы выступить в Турине достойно. Здесь уже не может быть никаких других мыслей. Все дела нужно доводить до конца».
Мария: «Сейчас на просторах интернета и в газетах идет обсуждение того, что же будет дальше с парой Мухортова-Траньков. Это мешает сохранять спокойствие. Посторонние врываются в наш коллектив, хотят больше узнать. Я сейчас имею в виду не только журналистов, но вообще людей, интересующихся фигурным катанием. Стараюсь ограждать себя от этой негативной информации. Не читаю прессу, не захожу ни на какие сайты».
Максим: «Лично мне ничего не мешает. Я просто отключил интернет, не читаю газет, не интересуюсь всеми теми нелепыми прогнозами, которые строят относительно будущего нашей пары. Какие-то отголоски всей этой суеты доходили до меня редко, когда люди в раздевалке говорили мне: «Вот что мы о тебе прочитали...» Я отвечал: «Молодцы! Только мне все равно...» Я спокойно отношусь к тому, что происходит вокруг меня. Главное – это то, что я делаю на льду, а не то, что обо мне пишут или говорят. Маша – девушка, и, конечно, ей сложнее, чем мне. Раньше я тоже очень болезненно реагировал на комментарии в интернете, на статьи в газетах. Потом просто перестал читать все эти вещи. Нельзя всем нравиться, но и нельзя зацикливаться на этом. Часто бывает так, что ты говоришь одно, а человек пишет абсолютно другое. С этим нельзя бороться, это нужно просто игнорирвать».
Мухортова: «Стараюсь ограждать себя от негативной информации. Не читаю прессу, не захожу ни на какие сайты»
Мария: «В Турине я раньше никогда не была. Очень хочу посмотреть город. Там ведь проходила Олимпиада. На катке, где мы катаемся, выступали знаменитые фигуристы. Живем в гостинице. Посмотрим, может быть, туринскую олимпийскую деревню. Думаю, туда уже заселили жителей города. В Ванкувере, например, деревня изначально строилась с тем, чтобы там можно было жить постоянно. Там в комнатах сразу было установлено кухонное оборудование. Правда, его заколотили толстой фанерой, чтобы, наверное, спортсмены не испортили. После нашего отъезда все это осталось только разобрать, и канадцы смогут заезжать. Достаточно практично».
Максим: «Турин интересен мне, прежде всего, как олимпийский город. Интересно побывать там, где побеждали наши великие спортсмены».
Мария: «Я не знаю, кто поедет на чемпионат мира. Я за этим не слежу, мне все равно. Возможно, кто-то пропустит эти соревнования после Олимпиады. Моя цель – откататься хорошо, закончить сезон достойно, сделать все, что я могу. Конечно же, не хочу загадывать ничего наперед, но верю, что мысль материальна, и поэтому настраиваю себя на хорошее».
Всем привет! Совсем скоро чемпионат мира, и мы готовимся к нему. Очень хотим выступить в Турине лучше, чем в Ванкувере. Это для нас очень важно. Сейчас у нас не самый легкий период в жизни, и мы решили поделиться с вами нашими мыслями.
Максим: «Наш с Машей контракт с федерацией действует до конца этого сезона, и мы будем выступать на чемпионате мира. Мы работаем сейчас, готовимся к соревнованиям. После чемпионата мы совместно с тренером решим, продолжим ли кататься дальше или нет».
Мухортова: «Хочу кататься дальше, ведь я еще молодая, лет мне – всего ничего»
Мария: «Сейчас мы готовимся, вкатываем программы. Как уже говорила, я хочу кататься дальше, ведь я еще молодая, лет мне – всего ничего. Решение за Максимом».
Максим: «С Машей у нас сейчас абсолютно нормальные отношения, нет никаких шероховатостей. Мы спокойно делаем свою работу. Она говорила со мной на тему нашего будущего, но мы решили отложить этот серьезный разговор до окончания чемпионата Мира.
Мария: «Максим не показывает на тренировках своих чувств, но мы с тренером прекрасно понимаем, как ему тяжело. Да, на Олимпиаде нас постигла неудача, но сейчас нужно переключиться, готовиться к следующим соревнованиям, не обращая ни на что внимания. В Турин мы улетаем уже 21 марта».
Максим: «Сейчас тренировки проходят нормально, вкатываем программы. После неудачи на Олимпиаде мне, если честно, вообще не хочется тренироваться. Какая-то депрессия. В этом плане тяжело себя побороть. Но, с другой стороны, я прихожу на тренировку, делаю свою работу, ухожу. Я не зацикливаюсь на нагрузках».
Мария: «От Олимпиады я уже отошла. Ничего не вернешь. Сначала было очень тяжело осознать, что все упущено. Обидно также понимать, что у нас в России первые номера тащат, а остальным не дают подняться выше. Это не только нас касается – чего стоит один только результат Хохловой и Новицкого. Но это только мое мнение».
Максим: «Я думаю, что наша проблема в нас самих. Все дело в том, что мы плохо работаем. Я не имею сейчас в виду тренера, а конкретно нас, спортсменов. Мы должны что-то изменить, чтобы переместиться на следующий уровень катания».
Траньков: «После неудачи на Олимпиаде вообще не хочется тренироваться. Какая-то депрессия»
Мария: «Сейчас нагрузки потихоньку растут. Тело болит, но это нормально, идет тренировочный процесс. Мы спортсмены, и уже к этому привыкли. Надеюсь, в Турине мы выступим лучше, чем в Ванкувере. Во многом от этого выступления и результата будет зависеть наше с Максимом будущее. Сейчас мы не строим планов, ведь сколько раз планировали, но ничего не получалось. Я не думаю о местах. Сейчас груз ответственности спал. Перед Олимпиадой я считала месяцы: осталось три, два, один месяц. Сегодня этого нет. Конечно, мы чувствуем ответственность за результат на чемпионате, но все равно уже дышим свободнее».
Всем привет! Мы с Максимом недавно вернулись из Ванкувера, где заняли только седьмое место. Не все получилось. Мы расстроены результатом. Это был нелегкий старт. Однако жизнь продолжается. Мы уже тренируемся, а тем временем я анализирую допущенные ошибки, размышляю о планах на будущее и делюсь впечатлениями об Олимпийских играх.
Мы с Максимом очень расстроены. Не за седьмым местом мы ехали в Ванкувер – мы ехали бороться за тройку, хотя и были только второй парой России. Хочу сказать, что мы не хуже других пар – некоторые элементы у нас получаются даже лучше. И седьмое место, конечно, меня не устроило. Естественно, бывают падения. Нужно с этим смириться. Нужно уметь достойно проигрывать. И все же, я считаю, это несправедливо, что мы оказались на седьмом месте, пусть и допустили серьезные ошибки. Но это лишь мое мнение.
Параллельный прыжок в короткой программе Максим не срывал, наверное, уже года три. То падение шокировало и его, и меня, и тренера. Обидно, что такое произошло именно в Ванкувере. Это была его мечта – поехать на Олимпиаду, достойно там выступить, и когда произошла эта трагедия (а именно так мы восприняли падение Максима), он очень расстроился. Я старалась поддержать, как могла. Мы с ним родные друг другу люди, много лет катаемся вместе, и я просто не имела права от него отворачиваться в столь тяжелый момент.
Короткую программу после того, как Максим упал с прыжка (а это случилось почти в самом начале), мы докатывали, честно говоря, без настроения. И впечатление от нее, конечно, уже было испорчено. Даже с прокатом на чемпионате Европы сравнивать не стоит. Было очень тяжело реанимировать себя перед произвольной программой, ведь мы прекрасно понимали, что уже все упущено и призовые места нам не светят. После короткой мы остановились на восьмой позиции. Но наш тренер Олег Васильев нашел нужные слова, и мы собрались. Решили для себя, что будем кататься в удовольствие, несмотря ни на что. Думаю, у нас получилось. Надо сказать, мое падение в произвольной уже ничего не значило. Мы внесли изменения в программу, и пошли на второй тройной прыжок. Не все сложилось удачно, но мы катались достойно, и отзывы, которые мы слышали, были позитивными.
Хочу сказать, что я получила колоссальный опыт. Олимпиада – особенный старт, он не сравним ни с какими другими соревнованиями. Я это по-настоящему поняла, только испытав все на себе. До старта я все время расспрашивала Олега Кимовича, как и что, пыталась как-то подготовить себя... Но на словах – это одно, а на деле – совсем другое. Напряжение царило невероятное, обстановка была очень нервная. Иногда возникало впечатление, что достаточно пальцем до чего-нибудь дотронуться, и тебя ударит мощнейшим разрядом тока. Честно говоря, было немного не по себе. Ноги не тряслись, но волновалась я очень.
По поводу наших с Максимом планов на будущее пока ничего не могу сказать. Лично я хочу остаться в спорте, хочу кататься до Олимпиады в Сочи. Решение за Максимом. Захочет он кататься, не захочет – это его право. Конечно, я поговорю с ним, тренер тоже, но если человек сам для себя решит закончить, то уговорить его остаться не сможет никто.
Как известно, наша сборная сейчас выступает не очень успешно. Настроение в команде не самое лучшее. Конечно, все пытаются друг друга поддерживать, но понимают, что медалей непростительно мало. Хочу сказать, что на нас с Максимом не было абсолютно никакого давления со стороны чиновников, так как мы только вторая пара, и от нас в принципе многого не ждали. Про других ребят я ничего сказать не могу.
Я видела, как выступал Плющенко. Мне очень понравилось. Мы с Максимом очень за него болели. По поводу его серебра – не могу оценивать судейское решение, не имею права брать на себя такую ответственность. Однако уже то, что он вернулся после 3,5 лет перерыва, стоит золотой медали и большого уважения.
Вообще мне очень понравилось в Ванкувере. Сейчас я смотрю фигурное катание и все другие виды спорта по телевизору, и Олимпиада для меня – уже прошлое. Мы тяжело работали, готовились, казалось, это будет длиться вечно. А все прошло так быстро, что я до сих пор не могу прийти в себя. Внутри какое-то опустошение.
На следующий день после того, как прилетели, а прилетели мы 20 февраля, мы вышли на лед тренироваться. Работаем над элементами отдельно от программы. В Ванкувере мы отдыхали четыре или пять дней после старта, для нас это был как отпуск. Сейчас потихоньку начали вкатываться. Кажется, что Олимпиада, нервы, переживания – все это было так давно...
Всем привет! Мы уже достаточно давно находимся в Ванкувере. Чуть больше недели тренировались в поселке недалеко от города, где проходили акклиматизацию и осваивались на местности. В Олимпийскую деревню прибыли только вчера. Сейчас мы принимаем участие в предстартовых тренировках, а тем временем рассказываем вам о наших первых олимпийских ощущениях и о том, как мы готовились к самому главному старту.
Мария: «Погода в Ванкувере очень благоприятная, тепло, +10 градусов, солнышко светит. До приезда в олимпийскую деревню мы жили в поселке, расположенном в 70 километрах от Ванкувера. Располагались в гостинице. Номера были хорошие».
Максим: «Условия для работы в поселке отличные. Большой спорткомплекс со всеми удобствами. Бассейн, сауна, лед, залы – все, что нужно. Работали мы в обычном режиме».
Мухортова: «Мы находились под Ванкувером с 31 января по 11 февраля, и приехали в олимпийскую деревню всего лишь за несколько дней до соревнований»
Мария: «В Ванкувере уже давно проходят предстартовые тренировки. Но наша федерация организовала российской команде сбор. Мы находились под Ванкувером с 31 января по 11 февраля, и приехали в олимпийскую деревню всего лишь за несколько дней до соревнований, чтобы как можно меньше пребывать в нервной обстановке – это нам ни к чему».
Максим: «Во время сбора мы тренировались полноценно, катались от часа до часа с половиной каждую тренировку, в зависимости от плана. Для спортивных пар было выделено около четырех часов льда в день, и мы делили их с Юко Кавагути и Александром Смирновым. Один день они катались первыми, другой – мы. Кто-то катался с Базаровой и Ларионовым, кто-то с Бородулиным. Потом менялись. Евгений Плющенко в сборе не участвовал. Вообще мне кажется, что федерация приняла очень правильное решение, что организовала такой сбор. Мы в спокойной обстановке прошли акклиматизацию, адаптировались к местности».
Мария: «Сначала на сбор приехали спортивные пары, совсем недавно подъехали Бородулин и танцоры, а девочки прибыли 11-го, когда мы уже уезжали. Все было хорошо продумано».
Максим: «На тренировках мы с Машей оттачивали элементы и накатывали программы. Серьезно поработали над хореографией, внесли некоторые изменения в произвольную программу. Скорее всего, будем прыгать сальхов вместо двойного акселя. Последний раз, когда делали на тренировке прокат, все у нас хорошо получилось, так что мы спокойны».
Мария: «Катаюсь я уже немало лет, и тело у меня натренировано хорошо. Поэтому самое главное – это настроиться психологически, подойти разумно к выступлениям. Все мои проблемы – в голове. Сейчас настроение у меня нормальное. Пока все спокойно, не нервничаю. Нет ощущения чего-то грандиозного, во всяком случае, на данный момент».
Максим: «В выходной день мы ездили смотреть олимпийскую деревню. Она выглядит как новый микрорайон, очень хорошие номера квартирного плана. Туда уже заселилась женская хоккейная команда, конькобежцы наши, некоторые чиновники. Пока еще в деревне очень мало людей, поэтому атмосфера обычная. Многие фигуристы уже приехали. Практически все парники уже участвуют в предстартовых тренировках. Видели украинцев, немцев, эстонцев, англичан. Видели «Русский дом». Заходили на олимпийский каток. Очень понравилась арена».
Траньков: «Пока еще в деревне очень мало людей, поэтому атмосфера обычная»
Мария: «В выходной день мы также выезжали в город, ходили по центру. Гуляли в парке, енота даже видели, который там хозяйничал, покормили его. Нам очень нравится в Ванкувере, мы сделали много фотографий. Атмосфера здесь праздничная, все в олимпийской символике».
Максим: «Надо сказать, что пока еще я не осознал, что вот она – Олимпиада, самое грандиозное спортивное событие в мире. Пока все спокойно внутри меня. Очень хочется уже выступать».
Привет всем! Недавно завершился чемпионат Европы. Мы уже дома, в Санкт-Петербурге, тренируемся, готовимся к Олимпийским ирам, а тем временем вспоминаем наши выступления в Таллине, анализируем ошибки и размышляем, как будем их исправлять. Благо, до главного старта четырехлетия время еще есть.
Максим: «После короткой программы мы сами не очень хорошо понимали, почему оказались на третьем месте. По собственным ощущениям, мы катались хорошо. Даже те элементы, которые требуют особого контроля и на которых могли быть допущены ошибки, мы выполнили очень чисто. И поэтому когда увидели, что проиграли по технике, удивились. Ведь мы всегда выигрывали у Кавагути и Смирнова именно по технической оценке.
На чемпионате же Европы все вышло наоборот. Мы немного выиграли по компонентам, а техническую оценку получили низкую. Но надо сказать, что у технических специалистов всегда есть за что снизить оценку, а есть и что простить. В этот раз нам не повезло. Мне кажется, сработал человеческий фактор, ведь специалисту может нравиться одна пара, а другая, наоборот, не нравиться. Это нормальная ситуация».
Траньков: «После короткой программы мы сами не очень хорошо понимали, почему оказались на третьем месте. По собственным ощущениям, мы катались хорошо»
Мария: «Кортокую мы откатали хорошо, но раз судьи поставили нас на третье место, значит, они посчитали это нужным, значит, мы заслужили».
Максим: «В произвольной программе наше катание нельзя назвать безукоризненным: допустили ошибки. Не было легкости в исполнении элементов – мы боролись за каждый из них. Было видно, что мы трудимся, а не исполняем на автомате. Поэтому, наверное, судьи и снизили оценки. С другой стороны, мы проиграли соперникам очень много баллов.
Я не думаю, что наши программы эмоционально и хореографически откровенно слабее, чем программы других пар. Но что поделаешь, это спорт, и всегда будут те, кто доволен результатом, и те, кто не доволен. У наших соперников тоже есть поклонники, которые считают, что такой расклад, как на чемпионате Европы, – единственно возможный. Однако, на мой взгляд, в этот раз должны были победить Алена Савченко и Робин Шолковы, пусть они допустили и больше ошибок, чем Кавагути и Смирнов. У немцев абсолютно другой класс катания, другое скольжение, другие эмоции».
Мария: «Выступлением я довольна. Это был наш лучший прокат короткой в этом сезоне. Мы получили колоссальное удовольствие от исполнения программы. В произвольной была допущена помарка, но это не испортило нам настроения. Естественно, хотелось занять место выше третьего, но не могу сказать, что мы сильно огорчены и пребываем в поникшем состоянии. Такого нет».
Максим: «Увидев оценки за короткую программу, мы с Машей, конечно, расстроились. Но потом смирились с результатом, приняли такой порядок вещей. Уже ничего не изменить. Нужно уметь достойно проигрывать. Ведь можно проиграть так, как мы проигрывали в прошлом году, а можно проиграть, как мы проиграли в Таллине. Это, как говорят, две большие разницы».
Мария: «На Олимпиаде всем будет сложно бороться за места на пьедестале. Я тоже еду туда бороться, но бороться с собой, со своими страхами и фобиями. Я еду туда, чтобы выполнить все, что умею и как умею. Конечно, в глубине души хотелось бы показывать самые высокие результаты, но сейчас о местах не думаю. Я хочу сделать свою работу хорошо, хочу откатать обе программы с удовольствием».
Максим: «Мы с Машей в этом сезоне выступаем достаточно стабильно, без серьезных срывов. Наша задача на Олимпиаде – кататься чисто, бороться до конца, показать все, на что мы способны. Нужно делать свою работу, не обращая ни на что внимание. Хочу сказать, что в этом сезоне мы сделали все, чтобы быть наверху, чтобы судьи наконец заметили нас и причислили к сильнейшим парам мира. Совесть наша чиста».
Мухортова: «В прошлом году мы постоянно срывали произвольную программу, и, возможно, поэтому арбитры пока нас придерживают. Но я не хочу никого судить, обвинять»
Мария: «То, что нас не пускают пока выше, как показал чемпионат Европы, – это, возможно, связано с тем, что мы только первый сезон катаемся стабильно, раньше же были срывы. Но в основном так случалось, когда мы работали с другими тренерами. И только Олег Кимович вывел нас на такой высокий уровень. Конечно, в прошлом году мы постоянно срывали произвольную программу, и, возможно, поэтому арбитры пока нас придерживают. Но я не хочу никого судить, обвинять. Для меня важно быть на своем месте и заниматься своим делом. Если я все сделаю чисто – какие ко мне могут быть претензии? На чемпионате Европы мы допустили ошибку в произвольной программе – вот и стали третьими. Значит, нельзя себе позволять ошибаться».
Максим: «В период подготовки к Олимпийским играм мы, может быть, усложним программы и в техническом плане, и в компонентах. Будем также продолжать работать над стабильностью, чтобы выполнять элементы еще увереннее. Время для этого есть. В короткой программе подчистим элементы, чтобы даже при большом желании нам не смогли снизить уровни. Все те недочеты, на которые обратили внимание судьи, благо, очень легко ликвидировать. Нам, например, снизили уровень тодеса в короткой программе. Хотя, по мнению многих тренеров и тех ребят, которые соревнуются с нами, у нас один из лучших тодесов: Маша низко находится над уровнем льда, и я сижу в низкой позиции, мы четко делаем смены рук.
Но на чемпионате техническим специалистам не понравилось, что Маша мало стояла в сложной позиции перед выполнением этого элемента. В правилах же нигде не прописано, сколько она должна в ней находиться. На всех соревнованиях мы получали высший четвертый уровень. А здесь только третий. Также за дорожку всегда, даже при гораздо худшем исполнении, мы получали третий уровень. Здесь – второй. Дорожка второго уровня сразу ставит нас в ряд с парами, которые находятся за первой пятеркой чемпионата Европы. Необходимо над всем этим поработать, сделать так, чтобы никто ничего не смог нам сказать. Это что касается короткой программы. В произвольной, конечно, работы больше».
Мария: «После соревнований мы гуляли по старому городу, и мне там очень понравилось. Ведь в Таллине мы были впервые. Там такая смотровая площадка есть, откуда весь город виден, как на ладони. Очень красиво! Правда, было холодно, так что многого увидеть не удалось, к сожалению».
Максим: «На катке атмосфера была очень теплая, дружелюбная. Зрители здорово принимали. Это отмечали все. За русских в Таллине болели, как в России, за финнов, как в Финляндии, за швейцарцев, как в Швейцарии. Зал был полон практически все соревновательные дни. Это всегда очень приятно».
Всем привет! Мы уже в Таллине, на чемпионате Европы. Совсем скоро – начало соревнований, а пока мы участвуем в предстартовых тренировках и рассказываем вам о том, как проходила наша подготовка.
Мария: «Готовы мы хорошо. Чувствуем себя уверенно. Спад удалось преодолеть, более того, у нас появилось желание делать что-то новое, интересное, как-то усложнять программы. Вновь появились силы упорно работать. И это радует».
Максим: «Технически мы готовы хорошо, эмоционально – пока не очень, на мой взгляд. Удалось ли нам преодолеть спад, наблюдавшийся во время чемпионата страны, – посмотрим на соревнованиях. Думаю, что все будет хорошо».
Мухортова: «Спад удалось преодолеть, более того, у нас появилось желание делать что-то новое, интересное, как-то усложнять программы»
Мария: «Надо признаться, что у нас не получилось полностью выполнить первоначальный план подготовки. Дело в том, что и у Максима, и у меня были некоторые проблемы со здоровьем. Мы простудились. Даже легкое недомогание выбивает из колеи. Это не значит, что мы не готовились упорно. Сначала нагрузки были снижены, но, когда мы почувствовали себя лучше, возобновили полноценные тренировки. Я считаю, что тренер очень грамотно построил нашу подготовку, хорошо распределил нагрузки, учел наше состояние. Думаю, что благодаря этому мы готовы хорошо».
Максим: «Во время подготовки мы с Машей простыли. Это, конечно, отразилось на нашем физическом состоянии. Но мою уверенность и спокойствие изменения в плане тренировок не поколебали. Сейчас уже чувствуем себя лучше».
Мария: «Я абсолютно спокойна, знаю свою задачу и буду ее выполнять».
Максим: «В процессе тренировок мы отрабатывали сложные элементы, катали прокаты – все как обычно. В программах ничего не меняли».
Мария: «Хочу сказать, что на чемпионате Европы, как и на других соревнованиях, в первую очередь мы сами с Максимом себе соперники. Нужно преодолеть сначала себя и выполнить свои задачи, откататься чисто, справиться с самим собой. Не могу выделить какие-то две-три пары, если говорить о конкуренции за самые высокие места. Все двадцать с лишним пар, которые примут участие в чемпионате, – наши соперники».
Максим: «Я тоже считаю, что на чемпионате Европы, прежде всего, надо справиться с собой, откатать чисто обе программы. Кстати, я очень рад, что страшный диагноз Алены Савченко не подтвердился, и немцы примут участие в соревнованиях. Без них было бы неинтересно, и если бороться за золотые медали чемпионата Европы, то обязательно с Савченко-Шолковы, действующими чемпионами. Мы уже обыгрывали их – постараемся еще раз».
Траньков: «Кстати, я очень рад, что страшный диагноз Алены Савченко не подтвердился, и немцы примут участие в соревнованиях»
Мария: «То, что Савченко-Шолковы будут участвовать, на моем психологическом состоянии никак не отразилось. Некоторые говорят, что если бы они не участвовали, русские пары расслабились бы. Я с этим не согласна. У меня свои задачи, цели, и для меня участие или неучастие немцев не имеет абсолютно никакого значения.
Кстати, как известно, чемпионат Европы будет проходить в Таллине. Мы там никогда еще не были. Надеюсь, удастся после соревнований посмотреть город».
Привет всем! Мы сейчас находимся на тренировочной базе в Новогорске, где после короткого праздничного отдыха снова приступили к работе. Мы анализируем наши прокаты на чемпионате России, делимся с вами нашими размышлениями о необходимости пиара для продвижения фигуристов, а также рассказываем, как проходит постановка наших показательных номеров.
Максим: «На чемпионате России прокаты не получились у нас такими чистыми, как на предыдущих стартах. Сказалась усталость. Мы и на тренировках не все элементы хорошо делали. Не хватило времени восстановиться после этапов и финала Гран-при.
Траньков: «Маша допустила ошибку на прыжке и в короткой, и в произвольной программах. Это я могу объяснить только усталостью»
Маша допустила ошибку на прыжке и в короткой, и в произвольной программах. Это я могу объяснить только усталостью, потому что никаких технических проблем не возникало. Я удивился падению партнерши, потому что мы никогда не ошибались на этом элементе. Мы допустили ошибки там, где мы их никогда не делали на тренировках. Сложности были совсем в других элементах. Надо признаться, мы не очень хорошо были готовы к этим соревнованиям эмоционально. Мы устали, просто кому-то больше хватило сил, кому-то меньше. Это нормальная ситуация».
Мария: «Хочу сказать, что, во-первых, постоянно кататься одинаково чисто невозможно, во-вторых, у нас был спад, который не стал неожиданностью. И хорошо, что он произошел на чемпионате России, а не на международных стартах. Причин можно найти много. Короткую, я считаю, мы откатали неплохо. По катанию, по эмоциям даже лучше, чем на предыдущих трех стартах. Мы чувствовали себя более свободно, более раскрепощенно. В произвольной программе по хореографической части все, что было запланировано, мы сделали. И даже падение, ошибки нас не сбили, мы докатали до конца с хорошим настроением.
По поводу того, что не получилось стать чемпионами России, мы с Максимом ни в коем случае не переживаем, не расстраиваемся. Это не наши соревнования совершенно. Первые три старта были серьезными, мы очень хорошо на них выступили, и теперь будем напряженно готовиться к следующим соревнованиям – к чемпионату Европы, Олимпийским играм».
Максим: «Мы уже не первый раз занимаем второе место на чемпионате России. Однако мы не зацикливаемся на этом: главные старты этого сезона впереди.
После Нового Года мы с Машей отдыхали. Катались потихонечку, поддерживали форму. 4 января уехали на тренировочную базу в Новогорск, где приступили к активной работе. В Новогорске для этого есть все условия».
Мухортова: «Постоянно кататься одинаково чисто невозможно, у нас был спад, который не стал неожиданностью»
Мария: «Мы поехали в Новогорск, чтобы немножко отойти от городской суеты. Питерская погода в декабре – январе не радует совершенно, а на базе в Новогорске все рядом – не нужно выходить на улицу. Провести там неделю, на мой взгляд, как раз достаточно».
Максим: «В новогодних шоу мы не выступаем, так как осталось совсем немного до Олимпиады, и нужно сосредоточиться исключительно на подготовке к соревнованиям. Я вообще очень люблю выступать с показательными номерами. Однако после двух соревновательных дней всегда тяжело настроиться на еще одно выступление. Другое, конечно, дело – кататься в шоу».
Мария: «Совершенно разные ощущения – когда ты соревнуешься и когда выступаешь на показательных выступлениях. Не могу сказать, что мне нравится больше».
Максим: «Естественно, все тренировочное время уходит на подготовку соревновательных программ. Буквально за несколько тренировок перед стартом мы успеваем поставить показательный номер. Чаще всего берем какие-то куски из соревновательных программ со сложными элементами, немного меняем их, подстраиваем под выбранную музыку, приглашаем нашего хореографа – Александра Васильевича Матвеева, создаём подходящий образ… Так работают немногие. Кто-то готовится к показательным выступлениям очень серьёзно, кто-то вообще не готовится… У каждого свой путь…»
Мария: «Действительно, времени очень мало остается на подготовку показательных номеров. Мы постоянно отрабатываем на тренировках соревновательные программы, над показательными же трудимся в оставшиеся часы. И одной-двух недель (примерно столько нужно, чтобы создать хороший номер) никогда не хватает. Да и сейчас не до показательных номеров, честно говоря.
Траньков: «После окончания спортивной карьеры я был бы не прочь поучаствовать в подобных телевизионных шоу»
Надо сказать, что в темном зале во время показательного выступления кататься непривычно, тяжело. Я иногда начинаю теряться, меня это немного отвлекает. Но такая уверенность, мне кажется, приходит с опытом»
Максим: «Сегодня существует множество телевизионных шоу, где звезды отечественного шоу-бизнеса выступают в парах с профессиональными фигуристами. Считаю, что на популяризацию фигурного катания такие проекты влияют хорошо. Однако есть и минусы. На шоу, на афише которого будет написано «Мария Мухортова-Максим Траньков», народу придет меньше, чем на шоу, где будут участвовать, скажем, Мария Мухортова с Пьером Нарциссом, к примеру. Такие проекты, безусловно, интересны, однако это далеко не фигурное катание, надо признать. Но хочу сказать, что после окончания спортивной карьеры я был бы не прочь поучаствовать в подобных телевизионных шоу».
Привет всем! Скоро Новый год, но настроение у нас рабочее. Мы участвуем в чемпионате России и по-прежнему настроены на чистые прокаты. Кто победит – решать судьям, наше же дело – качественно выполнить свою работу, как мы это умеем.
Мария: «Подготовка к чемпионату России проходила так же, как и всегда, ничего нового. В произвольной программе немного поменяли хореографию».
Траньков: «У нас была проблема с исполнением параллельного вращения. Не всегда на соревнованиях получалось его выполнить синхронно»
Максим: «Мы поменяли некоторые заходы на элементы, чтобы произвольная программа выглядела лучше, гармоничнее».
Мария: «У нас была проблема с исполнением параллельного вращения. Не всегда на соревнованиях получалось его выполнить синхронно. Мы много работали над этим. Посмотрим, что будет в Питере. Параллельное вращение – очень сложный элемент. Сделать его чисто бывает сложнее, чем некоторые прыжки. Нужно следить за движениями партнера, все делать четко. К сожалению, на таком вращении довольно часто партнерши получают травмы, но лично я не боюсь его делать. Бывают ситуации, когда мы с Максимом находимся очень близко друг от друга на этом элементе, но и тогда никакого страха не ощущаю.
Сейчас я чувствую небольшую усталость. Позади целый ряд важных стартов. Да и длинные перелеты не прошли даром. Но расслабляться мы не можем. Важен каждый старт. И я не вижу разницы между, например, финалом Гран-при и чемпионатом России. Везде нужно выкладываться, делать свою работу хорошо».
Максим: «Я тоже чувствую усталость. Тренироваться в этот раз было тяжелее, чем в начале сезона. Но это нормальный процесс.
Как и для Маши, для меня чемпионат России – такой же важный старт, как и все остальные. Здесь тоже нужно кататься в полную силу, настраиваться на чистые прокаты, бороться с собой, справляться с волнением. Никакой разницы».
Мария: «Приятно, что чемпионат России проходит в Питере. Всегда приятно ощущать поддержку родных стен. Придет много любителей фигурного катания, много людей, которые болеют именно за нашу пару. Бурная поддержка трибун меня никогда не сбивает. Когда я выхожу на лед, то четко настроена на прокат, на работу. И поэтому даже какие-то выкрики с трибун помешать мне не могут. Например, во Франции российские болельщики крикнули «Россия, вперед!» тогда, когда мы уже стали в начальную позу. Ничего, мы поехали и все сделали, что могли. Нас это не сбило».
Максим: «Чемпионат будет проходить на катке, где мы раньше тренировались. Давно уже там не были. Будет интересно снова выйти на тот лед. В родных стенах мне выступать сложнее. Придут мои близкие друзья, девушка. Определенное психологическое давление. Но не думаю, что это может меня сбить с правидльного настроя».
Мухортова: «Кого-то обыгрывать, побеждать – такого у нас с Максимом в планах нет. Главное – выполнить поставленные задачи и откатать без ошибок»
Мария: «По поводу результатов могу сказать следующее: мне нужно сделать свою работу, сделать ее хорошо, а судьи пусть сами решат, кто лучший. Победит сильнейший. А кого-то обыгрывать, побеждать – такого у нас с Максимом в планах нет. Главное – выполнить поставленные задачи и откатать без ошибок».
Максим: «Мы, как и прежде, настроены на чистое катание. И если мы достойны того, чтобы стать чемпионами, то мы ими станем, не достойны – значит, в другой раз. Соревнования покажут. Конечно, выиграть хочется. Любого спортсмена спросите: хочешь ли ты победить? Никто не откажется. Но для меня приоритетом являются чистые прокаты».
Мария: «Совсем скоро Новый год, но я к нему не готовлюсь пока. На днях пошла выбирать подарки родным и друзьям, а получилось так, что накупила подарков только себе. После соревнований будет несколько дней до праздника, так что надеюсь все успеть. Новый год буду встречать дома, ко мне приедут родители. С папой вижусь очень редко. Так что это хороший повод собраться всей семьей. Очень люблю наряжать елку. Она у меня всегда шикарная получается. Люблю, чтобы все было красиво».
Максим: «У меня пока нет ощущения, что скоро Новый год. Кажется, до него еще целая вечность. Сейчас самое главное – это чемпионат России. Все остальное потом».
Всем привет! Мы уже дома, в Санкт-Петербурге. Тренируемся, готовимся к чемпионату страны, вспоминаем наше выступление на финале Гран-при и делимся с вами нашими впечатлениями о стране «наоборот» – Японии.
Максим: «Мы довольны тем, как выступили. Мы обыграли тех, кого должны были обыграть. Да, не получилось в тройке остаться, но мы катались хорошо, проиграли только чемпионам мира. Раньше мы проигрывали лидерам огромное количество баллов. Теперь все иначе, и это здорово».
Мария: «Где-то внутри мне немножко обидно из-за того, что в финале обе программы мы откатали на третье место, а в сумме получились четвертые. В целом же – нет. Бывает, что на четвертые места откатал обе программы, а в общем зачете становишься третьим. По-разному бывает. В этот раз так получилось».
Траньков: «Мы довольны тем, как выступили. Мы обыграли тех, кого должны были обыграть»
Максим: «Короткую и произвольную программы мы откатали неплохо – что-то лучше, что-то хуже чем на предыдущих стартах. Оценки за наше катание потихоньку растут. К Японии мы подошли уставшими, ведь всего неделю назад выступали на этапе. Но и Савченко-Шолковы были в таком же положении, им тоже было сложно».
Мария: «Я считаю, что катались мы достойно. Все, что планировали, задумывали, – все сделали. Ни с кем не боролись. Катались, как и на тренировке. Получилось практически все, кроме одного элемента – вращения. Надеюсь, больше таких ошибок допускать не будем. Все сложные элементы были сделаны, и мы немножко расслабились, напряжение спало, поэтому и выскочила ошибка».
Максим: «Думаю, перед чемпионатом России нужно будет уделить вращению особое внимание. Будем работать, как работали. Ведь, как показали соревнования, это приносит результат: от старта к старту мы получаем все более высокие оценки, нас начали замечать и расценивать как потенциальных соперников. Значит, следует продолжать в том же духе».
Мария: «Надо будет также поработать над программой с нашим хореографом – Александром Васильевичем Матвеевым».
Максим: «Не скажу, что мы волновались из-за ситуации с визой. Хотя до последнего момента не знали, получится ли улететь на финал, все же настраивались на лучшее. К тому же мы с Машей понимали, что если что-то пойдет не так, то прилетим в Японию позже на день, пропустим предстартовую тренировку, но на короткую программу успеем. Это, конечно, было бы не очень хорошо, но все же лучше, чем вовсе не выступить на таком важном старте. А вообще в карьере столько было всего, что такими мелочами нас уже не сбить с правильного настроя».
Мухортова: «Олег Кимович сказал, что все будет хорошо, и мы не волновались. Я даже не сомневалась, что мы попадем на финал вовремя»
Мария: «Олег Кимович сказал, что все будет хорошо, и мы не волновались. Я даже не сомневалась, что мы попадем на финал вовремя. Хотя надо сказать, что тренер очень переживал».
Максим: «После столь длительного отсутствия понимаешь, как же хорошо дома! Я счастлив, несмотря даже на то, что из-за множества перелетов и смен часовых поясов до сих пор возникают проблемы со сном, с физическим состоянием. Так хорошо было вернуться на родной каток, к семье, к друзьям! Я вообще Америку не люблю, не хотел бы там жить. Мне больше нравится в России».
Мария: «Последние дни в Японии мы уже очень хотели домой. И даже то, что в Питере плохая погода, на настроении не отражается. Мы дома, с родителями, с друзьями. Все замечательно».
Максим: «В Японии мне очень понравилось. Соревнования были организованы превосходно. Японцы всегда все делают на высшем уровне. Болельщики встречали тепло. Некоторые даже специально ездят за нами по всем соревнованиям. Это очень приятно!
Если сравнивать Японию с другими государствами, то это вообще страна «наоборот». Там все иначе. Умно, компактно построены города. Территория маленькая, а население многочисленное, и просто поразительно то, как люди выходят из ситуации. Заправки, развязки, дороги – все сделано по-другому, чем у нас. Молодежь одевается своеобразно: кажется, что чем смешнее, тем лучше. Таких людей интересных иногда встречаешь! Японцы на велосипедах едут с работы. Прямо из офисов – в пиджаках, в галстуках. И нисколько по этому поводу не переживают. Очень интересная страна».
Мария: «Япония – это совершенно другой мир. Все очень чисто, приятно. Мужчины все в костюмах, при галстуках. Редко встретишь мужчину, одетого по-другому. Видела некоторых женщин в кимоно. Это очень красиво. А вообще женщины там смешные. Некоторые в таких экстравагантных нарядах ходят, пытаются как-то выделиться. Но мне кажется, что это в природе любой женщины, не только японки. Все маленького роста.
Мухортова: «Япония – это совершенно другой мир. Все очень чисто, приятно. Мужчины все в костюмах, при галстуках»
Японцы очень тепло принимали. Даже если у спортсменов что-то не получалось, они все равно поддерживали. Доброжелательная очень публика.
На экскурсии мы там не ездили, но получилось погулять по центру города. С погодой очень повезло: было +15-18, светило солнышко. Суши наелись, наверное, на несколько месяцев вперед».
Максим: «Надо сказать, что в России более благосклонно относятся к нашим соперникам – Юко Кавагути и Александру Смирнову. Но мы с Машей в этом сами виноваты. В прошлом году мы часто ошибались и не оправдали возложенных на нас надежд. Теперь пожинаем плоды. Надо работать, совершенствоваться, и все наладится. На чемпионате страны будет интересная борьба за золото».
Мария: «Я, честно говоря, не собираюсь ни с кем бороться. Если я начну бороться и пытаться кого-то обыграть, у меня ничего не получится. Главное – саму себя перебороть и сделать свое дело хорошо. А что будет на чемпионате России – увидим».
