Сегодня Франк де Бур вляпался в историю по-крупному. Выиграв второй розыгрыш Эредивизи к ряду, он оказался в ряду персон довольно величественных. Крёстный отец Джек Рейнольдс, иконическая пара Ринуса Михелса и Штефана Ковача, ужасный Луи ван Гал. При всём обилии чемпионств "Аякса" только этим четверым покорялась серия. Теперь их пятеро. Серийность важна, потому что это центральный метод работы тренера. Серия предполагает начало и конец, и чтобы не спутать их, нужны ступени и отметки. Для "Аякса" в Голландии метка одна.
Мы смотрим на отпечаток сезона и замечаем то, как он внутри себя организован - грубо или тонко - делаем предположения об умышленности линий, всматриваемся в черноту клякс. Сезон это в основном процесс добавления, заполнения пустот. Накладывая отпечаток другого сезона, мы замечаем вибрацию, порождённую несоответствиями. Чистота и ясность вибраций - это тренер. Если из вибрации возникает законченное и осмысленное движение, хотя бы взмах крыла - тренер большой. Но в пределах своей серии, с её завершением он становится наравне со всеми.
Вибрация де Бура, для удобства назовём её ямайским словом вайб, похожа на раскачивание. Обе его победы надуло морским ветром. Во второй раз у него было на полгода больше и вышло чуть-чуть убедительнее. Главная оговорка - количество травм - давно уже не оправдание, а профессиональная оценка. Остаётся понять, за что ему такое счастье. И, похоже, за любовь.
Франк де Бур всю свою карьеру был строгим и непреклонным типом, как столп защиты и капитан в окружении Стама, Давидса, ван Боммеля и других по-разному опасных существ. И вот Франк, в полном соответствии с фольклорным именем, признаётся, что с трудом сдерживал слёзы после матча с ПСВ. Слёзы счастья оттого, что команда играла ровно так, как он этого всегда хотел.
Ещё при нулях счёта ПСВ был сломлен в самой важной игре на пути к чемпионству. Франк принял тогда пару специальных решений: поставил газонокосильщика Эно выше форматной зоны, устранив маршрут мяча к изобретателю Мертенсу, и совместил плеймейкерский фронт работы Эриксена и Аиссати, посредством чего последний сделал оба гола.
Франк был на грани того, чтобы разрыдаться. Нет, ну что он, несерьёзно что ли? Я вот узнал и тоже почти заплакал. Это можно сравнить с тем эпизодом из фильма "Синекдоха, Нью Йорк", где протагонист находит выброшенной коробку, которую он отправлял в подарок дочери, и желая поплакать, но не в состоянии из-за странной и, возможно, выдуманной болезни, закапывает глаза и плачет искусственно, и в то же время по-настоящему.
Глубоко воспринимать подобную тренерскую рутину, скорее всего, вредно. С другой стороны, сомнений в том, что Франк де Бур занял не просто своё, а к тому же долго пустовавшее место, нет.
