Универсальный солдат, или Что такое игра без форвардов

Стартовавший чемпионат Европы вдохновил блоггера The Guardian Джонатана Уилсона на глобальные размышления о тактике в современном футболе вообще и о роли форвардов в частности. Английский обозреватель и исследователь тактических построений проводит исторические параллели, раскрывает смысл и подчеркивает актуальность тренерских концепций Виктора Маслова, Валерия Лобановского и Арриго Сакки, рассказывает, чем клубный футбол превосходит футбол сборных, выявляет положительные и отрицательные стороны игры без чистых нападающих и приходит к выводу, что времена классических центрфорвардов уходят в прошлое.

Пять лет назад на тренерском семинаре в Рио-де-Жанейро Карлосу Альберто Паррейре удалось удивить собравшихся. Рассуждая о том, как будет развиваться футбольная тактика, тренер, который привел Бразилию к победе на чемпионате мира 1994, предположил, что схемой будущего вполне может стать 4-6-0.

В самом деле, вингеры, когда-то казавшиеся абсолютно необходимыми, сейчас усовершенствовались и были как бы изобретены заново. Плеймейкеры прошли сходный процесс модернизации. Но центрфорварды? Может ли современный футбол в действительности функционировать без центрфорвардов и без ярко выраженной линии нападения вообще? Ответ был дан в финале Лиги чемпионов нынешнего года – да, может. «Манчестер Юнайтед» выиграл самый престижный международный трофей без чистых форвардов.

Подобный радикализм, впрочем, пока остается редкостью, поскольку он, возможно, представляет собой высшую стадию игры и система без форвардов очень сложна для эффективного применения. «МЮ» забил шесть голов в первых восьми матчах прошедшего сезона и дошел до использования в роли центрального нападающего Джона О'Ши в безголевом матче первого тура с «Редингом» – командой, защита которой в итоге оказалась одной из худших в лиге. Требуется немало времени, чтобы эта плавающая система начала приносить успех. Поэтому в условиях жестко ограниченного числа тренировочных занятий ни одна из команд на Евро-2008 не будет играть без форвардов.

Может ли современный футбол в действительности функционировать без центрфорвардов и без ярко выраженной линии нападения вообще? «Да», – ответил «МЮ», выиграв в финале Лиги чемпионов

Однако даже в футболе на уровне сборных амплуа чистых форвардов исчезает. Из 16-ти команд, представленных в Австрии и Швейцарии, начинать игру с двумя нападающими собирается меньше половины. В первом международном матче между Шотландией и Англией в 1872-м участвовало 13 форвардов – на Евро мы не увидим столько до четвертого или пятого дня турнира. Однако переизбыток нападающих не гарантирует большого числа голов – тот самый первый матч закончился со счетом 0:0.

«Рома» указала путь два сезона назад, начав использовать в качестве единственного фронтмена Франческо Тотти, известного ранее как классический trequartista, располагающийся в пространстве между полузащитой и атакой. Представляя собой своеобразный фокус атак (аналогичным для «Челси», скажем, является Дидье Дрогба), он держал мяч, маневрировал и создавал пространство для партнеров, в которое они могли врываться. Схема «Ромы» таким образом часто превращалась из 4-1-4-1 в 4-1-5-0. «МЮ» обыграл «Рому» без Тотти 7:1 в прошлом году в четвертьфинале Лиги чемпионов (здесь Джонатан немного путает – в четвертьфиналах того сезона, в отличие от нынешнего, Тотти играл; ну да несущественно), но Алекс Фергюсон, который в общих чертах отошел от 4-4-2 еще после болезненного поражения 2:3 от «Реала» в 2000-м, увидел достаточно. Модель «Ромы» была взята на вооружение.

Большую часть прошедшего сезона «Юнайтед» использовал Уэйна Руни в качестве номинального фронтмена. Он постоянно отходил глубоко назад и, возможно, по выражению Фергюсона, был «слишком неэгоистичным». Но именно движение Руни и его умные перемещения (и то, как он менялся местами с Карлосом Тевесом) освобождали пространство для Криштиану Роналду, забившего в итоге 42 гола. Схема «МЮ», в сущности, представляла собой 4-2-4-0. Временами, особенно в европейских матчах, Фергюсон выпускал еще одного опорного полузащитника, и это обычно приводило к тому, что Роналду играл в центре в роли Тотти (4-3-3-0).

Ничего нового, на самом деле, в этом нет. Австрийская Wunderteam в начале 1930-х добилась значительных успехов с Матиасом Зинделаром, центрфорвардом, который постоянно отходил назад, а Всеволод Бобров делал то же самое в московском «Динамо», поразившим Британию в 1945-м. Затем роль атаковавшего из глубины Нандора Хидегкути поставила Англию в тупик, когда Венгрия выиграла 6:3 на «Уэмбли» в 1953-м. «Трагедией для меня, – вспоминает центральный защитник англичан Гарри Джонстон, – стала полная беспомощность, невозможность что-то этому противопоставить». Если Джонстон уходил за Хидегкути, он оставлял дыру в центре обороны, а если оставался сзади, форвард получал свободу действий.

Обыграв «Рому» в лигочемпонском четвертьфинале 7:1, Алекс Фергюсон взял на вооружение ее модель

Решением проблемы стала зонная защита, изобретенная Зезе Морейрой в Бразилии в 1950-х. Представления о том, что бразильский футбол – это лишь артистизм и свободное индивидуальное самовыражение, просто смехотворны. История тактики – история попыток достичь наилучшего баланса между атакой и обороной, и причиной того, что, скажем, Пеле и Гарринча получали такую свободу, было тактическое построение, позволявшее им это. Во времена своей первой победы на чемпионатах мира в 1958-м Бразилия спокойно играла в четыре защитника, закрывавших зоны, в то время как весь остальной мир по-прежнему упорно использовал трех игроков обороны с персональной опекой соперника в системе W-M.

Это было время, когда на первый план стала выходить систематизация футбола, понимание того, что футбол – не просто набор единоборств, но и система эффективного расположения игроков. Все началось в 1930-х в Швейцарии, где Карл Раппан, бывший игрок сборной Австрии, пришел в уныние от того, что его полупрофессиональный «Серветт» регулярно проигрывал физически более мощным соперникам. Он изобрел чистильщика для дополнительной страховки трех защитников, игравших персонально, и разрешал своей команде отходить назад, позволяя сопернику контролировать мяч. Похожее мышление позже привело Италию к катеначчо.

С развитием в 60-х спортивного питания и понимания роли физической подготовки великий русский тренер Виктор Маслов в киевском «Динамо» изобрел прессинг – этот момент может считаться моментом рождением современного футбола. Его команды активно атаковали владеющего мячом соперника, и система была настолько хороша, что позволяла ликвидировать разрывы, которые в других обстоятельствах противник мог бы использовать. Этот метод получил дальнейшее развитие в киевском «Динамо» великого Валерия Лобановского и «Аяксе» Ринуса Михелса. Стиль «Аякса» органично прививался футболистам, игравшим вместе с юных лет. Лобановский, первым начавший использовать в футболе компьютерные технологии, тем временем насаждал свое видение в «Динамо». При всем различии идеологий способ игры команд был почти идентичным.

В 60-е великий русский тренер Виктор Маслов в киевском «Динамо» изобрел прессинг. Этот момент может считаться моментом рождением современного футбола

Этот стиль достиг апогея в «Милане» Арриго Сакки, выигравшим Кубок чемпионов в 1989-м и 1990-м – последним клубе, завоевавшим главный европейский трофей два раза подряд. Тренер требовал, чтобы в тот момент, когда его команда не владеет мячом, расстояние между парой форвардов и четверкой защитников не превышало 25-ти метров. «Все наши игроки, – говорит Сакки, – всегда имели четыре ориентира: мяч, расстояние, соперник, партнер». Другими словами, никто не занимал фиксированную позицию, все было относительно.

С тем, что его философия приносила результат, поспорить сложно, но это не делало систему популярной среди игроков. Рууду Гуллиту, например, не нравились скучные однообразные тренировки, необходимые для достижения требуемого уровня взаимопонимания игроков.

«Я говорил ему, что пять организованных игроков всегда победят десять неорганизованных, – объясняет Сакки. – И я им доказывал это. Я брал пятерых игроков: Джованни Галли в воротах, Тассотти, Мальдини, Костакурту и Барези. Их было десять человек: Гуллит, ван Бастен, Райкард, Вирдис, Эвани, Анчелотти, Коломбо, Донадони, Лантиньотти и Маннари. У них было 15 минут, чтобы забить гол моей пятерке и единственное правило заключалось в том, что если мы перехватывали мяч, они должны были начинать со своей половины поля. Я практиковал это постоянно, и они никогда не забивали. Ни разу».

Сакки уверен, что футбол с тех пор вперед особенно не продвинулся. «Многие считают, что основное в футболе – самовыражение игроков, – продолжает итальянец. – Но это не так. Уж, во всяком случае, не только это. Игроки должны проявлять себя в рамках, предложенных тренером».

Сакки не нравится современная тяга команд к 4-2-3-1. Он считает, что использование двух опорников, создающих платформу для игроков атаки, потакает самолюбованию этих самых игроков атаки. Этим можно объяснить недолгое пребывание итальянца на должности спортивного директора «галактического» «Реала», когда Клод Макелеле вынужден был отрабатывать в обороне за Зинедина Зидана и Луиша Фигу. Как и Лобановский, Сакки ценит универсализм, умение сыграть более чем на одной позиции.

По мнению Арриго Сакки суть футбола состоит в том, что игроки должны себя проявлять наилучшим образом в установленных тренером рамках

Возможно, взгляды Сакки с этой точки зрения являются основой для системы «МЮ», основанной на многопрофильных игроках – вингер здесь может играть центрфорварда, а центрфорварды могут быть атакующими хавбеками. Даже два опорника действуют более разнообразно, чем Макелеле. Универсализм порождает игровую плавность, а это означает, что классический центрфорвард уходит в прошлое. Маслов, изобретший 4-4-2 и критиковавшийся за это, предвосхитил современные достижения. «Футбол как самолет, – говорил он. – С увеличением скорости возрастает и сопротивление воздуха, поэтому впереди все должно быть как можно более обтекаемым».

При этом 4-6-0 – не панацея, как объясняет бывший шотландский тренер Энди Роксберг, ныне технический директор УЕФА. «Все шесть игроков в середине поля могут меняться, атаковать и обороняться, – говорит он. – Но вы должны для этого иметь в полузащите шесть Деку. Он не только атакует, но и много перемещается, вступает в борьбу и покрывает все поле. Деку – классический пример универсального игрока, свои навыки он сочетает с высоким уровнем функциональной готовности».

На семинаре в Белграде в прошлом году Роберто Манчини, который только что привел «Интер» к третьему подряд чемпионству и является одним из кандидатов на замену Авраама Гранта в «Челси», утверждал, что футбол, скорее всего, будет развиваться в сторону улучшения физической подготовки игроков, а не тактики. Сомнительно, однако, что эти два аспекта можно разделить – футбол киевского «Динамо» и «Аякса» стал возможным только с развитием спортивной науки, обеспечивавшей удовлетворение высоких требований к функциональному состоянию игроков. В полностью систематизированном командном механизме поблажек не давали никому – каждый должен был выполнять свою часть работы.

Так же как вингеры или хавбеки, форварды вынуждены меняться и заново обретать себя

Система без форвардов способствует быстрой, точной игре в пас в середине поля, что в удачный день выглядит здорово. Однако всегда будут моменты, когда игра в пас не заладится или когда команда будет вынуждена отбиваться и ей нужна будет передышка, чтобы подержать мяч и ослабить давление. Фергюсон признал, что этим летом он собирается приобрести центрфорварда на роль, которую Луи Саа – быстрый, мобильный и здорово умеющий действовать спиной к воротам – должен был играть, если б не травмы.

С улучшением физической подготовки требования к нападающим меняются, и не только потому что оборона на фоне усталости становится более уязвимой. Современные центрфорварды должны быть универсалами, своеобразным гибридом атакующих тандемов прошлого. Дрогба и Адебайор – и тараны, и голеадоры. Тьерри Анри или Димитар Бербатов способны отходить глубоко или смещаться на фланги и одновременно завершать атаки. Где-то между двумя крайностями располагаются Златан Ибрагимович, Самуэль Это'О и Фернандо Торрес. Так же как вингеры или хавбеки, форварды вынуждены меняться и заново обретать себя.

Что при этом мы вправе ожидать в плане тактики в Австрии и Швейцарии? Ни Сакки, ни Лобановский серьезных успехов на международном уровне не добились. Сакки признает, что невозможно разработать полностью систематизированный подход за время, которое отводится тренерам национальных сборных. Таким образом, индивидуальности на Евро будут решать больше, чем в Лиге чемпионов, – а это как раз то, что так не нравится Сакки. Не будет той слаженности, которая есть в клубах, и поэтому Роналду, к примеру, может оказаться изолированным в игре Португалии, чего почти не бывает в «МЮ».

«Системы умирают, – говорит Славен Билич, тренер хорватов. – Сейчас все решает движение десяти игроков».

Но даже на международном уровне тенденция очевидна – футбол все больше напоминает масловский самолет и опирается на игроков, которые из полузащиты поддерживают все уменьшающееся количество форвардов.

И все больше похоже на то, что Паррейра окажется прав.