Налицо преступный сговор с целью избежать максимального риска и предельно расширить возможности получения прибыли. Фото: agentgenius.com

Преступный Сговор

Бокс – отвратительный вид спорта. Здесь боксеров нагло обворовывают в соответствии с каждой буквой контракта и даже без него. Здесь уничтожают спортсменов физически, нанося непоправимый ущерб здоровью. Здесь президенты боксерских организаций объявляются банкротами или оказываются на скамье подсудимых.

Вдобавок, следить за этим видом спорта – настоящая мука для его немногочисленных поклонников. Если хорошие бои вдруг не отменяются в последний момент, считается вполне допустимым снарядить к ним такой андеркард, что не каждому под силу вынести это душераздирающее зрелище – парад хромающих ветеранов и беззубых новичков. Но мы стискиваем зубы и терпим – все ради того, чтобы дождаться БОЙ, событие, которое сотрет все неприятные воспоминания и в очередной раз дымовой завесой прикроет сомнительное будущее.

«Разногласия оказались настолько велики, что прийти к компромиссу не представляется возможным», – констатировали на специальном заседании в IBF. И самое ужасное для многих из нас в том, что два Олимпийских чемпиона, действующий чемпион мира и официальный претендент, даже не попытались договориться и сгладить противоречия. Не для меня, А.Беленький не даст соврать – пару недель назад он утверждал, что контракт будет подписан любой ценой и бой состоится, а я возражал. Кстати, как вам невинная провокация про «А и Б»? Никаких выводов, но все негодующе взвыли…

Они сели за стол и заняли привычные, предписанные традициями и общественным положением места

Легко сказать, что виноват Поветкин, отказавшийся сейчас выходить на бой (говорим Поветкин, подразумеваем его команду). Но правда в том, что система сложилась уже давно, и все игроки уже знают правила – они сели за стол и заняли привычные, предписанные традициями и общественным положением места.

Кристиан Майер, коммерческий директор Sauerland Event:

По некоторым свидетельствам, готов «хоть прямо сейчас выпустить Поветкина на одного Кличко, а Валуева на другого». Живо интересуется тем, каких затрат потребует проект Поветкин и сколько он принесет при успешном проведении плана.

Возможный скрытый интерес – потратить минимум, избежать крупных вложений, заработать деньги в краткосрочной перспективе.

Вилфрид Зауэрланд, глава Sauerland Event:

Владелец заводов и пароходов.

Возможный скрытый интерес – показать, кто в доме хозяин.

Тедди Атлас, тренер Поветкина:

Сохранить репутацию, не допустить легкой победы Кличко, а при возможности – обыграть Стюарда и Владимира и выиграть титул.

Возможный скрытый интерес – просто сохранить Поветкина непобежденным как можно дольше, гарантируя себе постоянный источник доходов.

Владимир Хрюнов, менеджер Поветкина:

Защитить интересы Поветкина, позволить ему заработать как можно больше и прийти к бою за титул.

Возможный скрытый интерес – спасти от «ястребов» в Sauerland Event, любой ценой сохранить «имиджевый» проект на плаву.

Атлас фактически лишил Зауэрланда и Майера возможности блефовать

Александр Поветкин:

Прогрессировать как боксер, выйти на бой за титул, нокаутировать Кличко.

Возможный скрытый интерес – заработать денег?

Владимир Кличко, чемпион IBF и WBO:

Сохранить титулы в семье. По-возможности нокаутировать следующего соперника и прорваться-таки опять на американское ТВ.

Возможный скрытый интерес – не допустить, чтобы организатором его боя был кто-то кроме брата.

Даррен Пиплз, президент IBF, около месяца назад вывел из состава правления бывшего президента Мэриан Мухаммед:

Сохранить отношения и с чемпионом, и с претендентом.

Возможный скрытый интерес – избежать судьбы Бобби Ли, осужденного по обвинению в коррупции.

«Давайте, так, – говорит Кристиан Майер. – Мне нравится идея боя Кличко – Поветкин. Но мне не нравится идея вкладывать в это деньги Sauerland Event. Мне платят за то, чтобы я следил за тратами и помогал компании заработать. Допустим, мы выигрываем конкурс заявок на право организации этого боя. В соответствии с правилами IBF, чемпион получает 75%, а претендент – 25. Чтобы выиграть тендер на право организовать этот бой нам понадобится сколько – 8-9 миллионов минимум? В идеале, чтобы иметь гарантии – 12-13. И 75% чемпиону? Извините, где вас учили экономике?»

Говорит Майер негромко, и его голос Александр Поветкин, находившийся в тот момент в тренировочном зале в Нью-Джерси, не услышал. Зато его тренер Тедди Атлас в точности знал, что скажут Майер и Зауэрланд.

«Промоутеры – они никогда не заботятся об интересах боксера, – кивнул он и сказал, обращаясь к собравшейся аудитории. – Мне нравится то, что мы делаем с Поветкиным, у нас уже многое получается, но я требую больше времени. Не хотелось бы, чтобы мы похоронили плоды многолетнего труда так одним махом».

В этот момент Атлас фактически лишил Зауэрланда и Майера возможности блефовать. Если бы он всего лишь промолчал, могло еще создаться ощущение, что промоутеры Поветкина собираются выиграть конкурс заявок. Кличко вынужден был бы защищаться и упреждая их ставку, положить в конверт на тендере сумму в 15 миллионов (25% Поветкину и команде). Но Атлас играл хоть и за одной стороной стола с немцами, но ставил только за себя и Поветкина. Скорее всего, партнеры в тот момент крайне неодобрительно на него посмотрели и предложили выйти и обсудить дальнейший план на игру. В ответ на что Тедди, очевидно, со свойственной ему прямотой сказал: «Все, что вы хотите мне сказать, говорите при всех и прямо сейчас»

Все игроки этой стороны сбросили карты и малый банк ушел в карман К2 Promotions.

Все игроки этой стороны сбросили карты и малый банк ушел в карман К2 Promotions

Вилфрид Зауэрланд улыбнулся, пошевелил пальцами, со вздохом взглянул на экран компьютера, нажал кнопку «забронировать» и улетел на каникулы на острова. Играйте сами, – наверное, решил он в тот момент. С потерянными деньгами, уже вложенными в игру, он смирился. Игроки удалились на перерыв.

Спустя почти месяц, который в этой игре промелькнул, как коктейль-пауза, все вновь оказались за одним столом – там уже лежал контракт на бой.

«Мы знаем ваши карты, я вижу все насквозь, – пошевелил губами Виталий Кличко. У вас не получится нас обмануть. Поднимать ставку я не буду, условия следующие, подписывайте – или мы с братом встаем и уходим за другой стол, нас уже ждут».

Команда Поветкина задумалась и только теперь обратила внимание на то, что на столе денег, в общем-то, уже и нет. Владимир Хрюнов тонко заметил, что играть-то, в сущности, не на что, Николай Валуев встал из-за стола, достал телефонную трубку и, в очередной раз за последние несколько месяцев, набрал номер Дона Кинга, а из-за соседнего стола Владимиру Кличко приветственно помахал уже неоднократно проигравшийся Сэмюэл Питер, играющий уже больше на интерес.

Питер, так Питер. Поиграли – проиграли.

Sauerland Event: теряет процент от 2 млн. 278 тыс. 250 долларов. Получает репутацию игрока с невнятными целями и разбродом внутри организации. Но, по-видимому, сохраняет Поветкина как одного из главных игроков в этом весе, а также возможность заработать на предполагаемом отборочном турнире. Это минимум три отборочных боя, два полуфинала и финал. И будет там если не Арреола, то Адамек какой-нибудь для того, чтобы это можно было продать.

Из-за соседнего стола Владимиру Кличко приветственно помахал уже неоднократно проигравшийся Сэмюэл Питер

К2: Не теряет НИ-ЧЕ-ГО. Получает Сэмюэла Питера, который интереснее для дальнейшей работы с американским рынком – даже если HBO или Showtime (что скорее всего) не купит этот бой. Тратит меньше, чем на Поветкина, дерется в тех перчатках и с тем методом допинг-контроля, что больше всего удобен, освобождает себе пространство для дальнейших маневров – бой засчитывается как обязательная защита и на год Владимир может забыть о назойливых претендентах. Здесь интересы чемпиона и IBF совпадают: организация может спокойно получать свой процент с наиболее выгодных по мнению Кличко боев, и при этом заработать, выдавая санкции на отборочный поединок за место претендента.

Никто и ничего не потерял. Условно – капитализация Поветкина, говорят, упала. Как измерить? Посмотрим на следующие бои. Условно – удар по репутации Поветкина и Зауэрланда, который мог хоть что-то сделать с этой пресс-конференцией. С другой стороны, можно допустить, что это формальное и глубоко безразличное мероприятие, после отказа Поветкина прилететь в Германию, решили отменить, но не отменили – а в смысле PR-акций братьям Кличко опыта и таланта не занимать. А может, Вильфред понадеялся на Калле, Калле на Майера, Майер подумал о том, что денег там не дают и решил, что Поветкин с Хрюновым сами должны разбираться. И вышло так, как вышло. Глупо, конечно, но это в К2 хорошо – все решения принимает один единственный человек.

Остается только подраться. Мы будем ждать

Налицо преступный сговор с целью избежать максимального риска и предельно расширить возможности получения прибыли. Обвиняемые – все крупные игроки за этим столом. Проигравшие – телезрители, не получившие ни Кличко – Валуев, ни Кличко – Поветкин. Возможно, боев нет по той причине, что российское телевидение не видит способа наложить руку на наш карман и заработать на этих боях. А ведь мы заплатили бы.

Виталий Кличко – Николай Валуев? Пусть один никогда не считался хорошим боксером, а второй рвал себе ноги, травмировал спину и уже раз уходил из бокса. Два бойца, суммарный вес которых перевалит за 260 кг – да мы заплатим просто за то, чтобы увидеть, как под ними провалится настил ринга.

Владимир Кличко – Александр Поветкин? Да все только и жаждут увидеть, что дальше. Казнь Поветкина заказывали? Его поклонники братьев-украинцев будут сейчас демонизировать и сделают фигурой вроде Дэвида Хэйя. Ненависть возвращается и уже очень скоро будет здесь. Владимир уничтожит Питера, но рано или поздно ему придется вернуться к переговорам с Поветкиным. Но иногда «разногласия настолько велики, что прийти к компромиссу не представляется возможным» – и остается только подраться. Мы будем ждать.